Слезы Березы. Дневник Богдана Лебедева - Алина Есенина

– Приплыли, – Ярослав молниеносно достал из своего кармана порошок и подбросил в воздухе, подставляя под него ладонь. Голубые частицы которые по обычаю оседали на его коже, излучая магический свет, впервые померкли в лесной тьме, буквально растворившись в воздухе.

Мы с Ярославом обменялись встревоженными взглядами. Лес вокруг нас стал гуще, а шум природы лишь подчеркивал нарастающее напряжение. Тишина, которая окутала нас, казалась угрожающей. Мы остановились на мгновение, прислушиваясь. Никаких шагов, ни смеха, который бы выдавал присутствие Дарины и Златы.

– Может, они просто заблудились? – предложил Ярослав, но в его голосе слышалась неуверенность.

– Вряд ли. Мы же шли не так далеко, – ответил я, обводя глазами густые заросли и высокие деревья, которые преграждали нам путь. Тонкие лучи уходящего солнца пробивающиеся сквозь листву, лишь усиливали мрак, окружавший нас.

– Нам нужно искать, – произнес Ярослав с решимостью, и я кивнул, хотя внутри меня поднимался холодок тревоги.

Мы начали двигаться вдоль тропы, стараясь не забыть, откуда пришли. Каждый шорох, каждое движение между деревьями вызывали у нас настороженность. Я снова вспомнил о Дарине и Злате: может, им понадобилась помощь? А может, они наткнулись на что-то, что явно не следовало бы исследовать?

Под ногами хрустела старая трава и ветки, невольные свидетели нашей преследующей их тревоги. Время словно остановилось, и каждый шаг казался нам вечностью. Мы звали девушек, но наш голос терялся в лабиринте леса, и ответа не было. Ярослав остановился, вновь подбросив порошок, и его искры буквально на мгновение заполнили пространство вокруг нас. Обычно этот ритуал помогал увидеть скрытое, находить хоть какой-то выход из запутанных ситуаций. Но теперь он казался бесполезным: голубые частицы не только не вспыхнули, но и стушевались, будто сами понимали, что здесь ничего не поможет. Лес поглотил их, оставив нас в полной темноте.

– Что это значит? – мой голос прозвучал тихо, почти испуганно.

Ярослав нахмурился, снова повторяя ритуал. Результат был тем же: порошок не оставлял следа.

– Их кто-то скрыл, – пробормотал он, – кто-то сильный. Здесь магия, и она подавляет мою.

В голове зароились мысли. Лес всегда ассоциировался у меня с чем-то дружелюбным, но сейчас ощущался как ловушка. Ярослав стянул со своего плеча волшебный мешок и что-то прошептав вглубь него, вытащил короткий меч, покрытый рунами, а следом небольшую колбу с прозрачной жидкостью, похожую на ту, что они со Златой нашли сегодня в кладовой.

– Будь начеку, – сказал он, – что бы это ни было, оно не хочет, чтобы мы их нашли, – договорив, брюнет перекинул мне меч, и я поймал его, подпрыгнув в воздухе. Не смотря на свой маленький размер, он был достаточно тяжёлым.

Впереди, сквозь деревья, пробивался слабый свет. Мы двинулись туда, стараясь не шуметь, готовые к любой неожиданности. Но, признаться честно, я был готов процентов на двадцать пять.

19.00

Десять минут блужданий в потемках не принесли нам абсолютно никаких важных зацепок. Мы старались держаться вместе, однако каждый шаг давался всё тяжелее, а темнота, наступившая незаметно, уже окружала нас со всех сторон. Ярослав двигался быстро, и я еле успевал за ним. Его уверенные шаги звучали, как отголосок в этом бескрайнем мраке. Порой мне казалось, что вокруг нас сгущаются тени, и каждый шорох заставлял мое сердце колотиться быстрее.

В какой-то момент, когда я почувствовал, что дыхание начинает подводить меня, я окликнул его. Ярослав, не раздумывая, остановился, оглянувшись в мою сторону. Его лицо освещалось лишь слабым светом далекой звезды, и на мгновение мне показалось, что он выглядит как-то загадочно.

– Может быть, – начал я, стараясь восстановить дыхание и собрать разрозненные мысли, – обратишься в ворона, чтобы быстрее исследовать лес, наблюдая сверху? Это будет гораздо эффективнее, чем мы продолжим блуждать здесь, как две потерянные души.

Ярослав, задумавшись на мгновение, кивнул. Я увидел, как его глаза засверкали в темноте, он бросил волшебный мешок к моим ногам, а затем, вновь достал из кармана своих джинс голубой порошок, который, светился в его руках, как звездная пыль. Не медля ни секунды, он подбросил его над своей головой, и в тот же миг его тело начало трепетать, а затем стремительно преобразовываться. Вокруг раздался тихий шорох, и в следующий момент Ярослав уже стоял не на ногах, а взмывал в воздух, обретая свой истинный облик – черного ворона.

Став птицей, он расправил свои тяжёлые крылья и, сделав мощный взмах, устремился в темное небо. Я остался стоять на месте, поражённый тем, как быстро он исчез в бескрайних просторах.

– Постарайся выжить, – бросил он откуда-то сверху. Его голос доносился ко мне, словно эхо, рождающееся в глубине леса. Я лишь кивнул, хотя он этого не видел, пока наблюдал за тем, как он исчезает между ветвей деревьев. После его отлёта осталась только тишина, которую прерывали лишь звуки ночных существ и шорох листвы под легким ветерком. Подняв мешок с земли и повернувшись в следующую сторону, я побрел дальше в полном одиночестве.

20.00

Густой, почти непроницаемый мрак ночи, окутывал меня. Только силуэты деревьев, ощетинившихся колючими ветвями, вырисовывались на фоне неба. Где-то позади, из глубины этой тьмы, донесся знакомый женский голос, низкий и немного хриплый, словно он пробирался сквозь густую листву.

– Ты чувствуешь меня? – фраза, сказанная ею, прозвучала тихо, почти как шепот ветра.

Меня передернуло. Я уже слышал это, и кажется видел похожую картину. В одном из своих снов!

Холодок пробежал по спине, заставляя мои волосы встать дыбом. Сейчас, это был не сон. Это ощущение дежавю, пропитанное леденящим ужасом, сковало меня. Я попытался обернуться, но ноги словно приросли к земле.

– Кто здесь? – прошептал я, надеясь, что мой голос не дрогнет.

В ответ – лишь тишина. Еще более зловещая, чем шепот. Сердце бешено колотилось в груди, отбивая ритм моего страха. Я чувствовал, как она приближается, невидимая, но ощутимая. Её присутствие давило на меня, словно тяжелая плита.

Внезапно, прямо передо мной, в кромешной тьме, вспыхнул слабый огонек. Он мерцал, словно светлячок, и постепенно разгорался, освещая бледное женское лицо. Глаза её были черными, бездонными, и смотрели прямо в мою душу.

– Ты не уйдешь? – вопросительно прозвучал её голос, теперь громче и отчетливее. – Я не принадлежу тебе…

Женское лицо вновь погрузилось в беспросветную тьму. Я медленно отошёл на несколько шагов назад, напрягая зрение, и пытаясь различить хоть что-то в этом сумраке. Листва, грубая и шершавая на ощупь, казалась