Я один вижу подсказки 18 - Никита Красавин

— Уа… Чего?

— Вставай давай.

— Уже пора идти?

— Да.

Он вдруг замолчал на секунду.

— Кто такая Айгуль?

— А?

— Ты во сне произносил её имя.

— Просто одна знакомая.

Рокт хмыкнул, не став больше расспрашивать, и отошёл собирать свои вещи.

Я же, когда собирал свою сумку, был в некой прострации. Когда мы вышли из пещеры, когда пошли дальше по горам, меня этот сон не отпускал.

ДА ЧТО ВООБЩЕ СЕЙЧАС ПРОИСХОДИТ ДОМА?

Глава 24

Священная земля

Мы шли по узкому ущелью. Оно было мрачным, его стены поднимались высоко, из-за чего наш путь в основном был тёмным и холодным.

Под ногами буквально была толстая корка льда, сверху иногда срывался снег и падал. Повезёт, если упадёт рядом, иногда падал на голову.

Холод здесь был сильнее, чем в лесу. Отчего огненная энергия уходила довольно быстро.

Атмосфера в группе тоже была гнетущей. Люди мало говорили, в основном молчали, то ли от усталости, то ли от того, что темы кончались.

— На.

Я не сразу понял, что Свята обращалась ко мне. Девушка протянула мне деревянный флакон.

— Что это?

— Возьми, это тебя согреет.

Хотелось сначала отказаться, всё же в последнюю очередь меня волновал расход огненной энергии, всё же у нас был Амулет ХТ.

В нём энергии было так много, что хватило бы на несколько месяцев умеренного потребления. Замёрзнуть мне не грозило, но и отказываться от такой халявы не хотелось.

— Спасибо.

Я откупорил флакон, чтобы сделать глоточек. Вкус неожиданно был приятный: такой кисловато-сладкий, будто натуральный лимонад. Внутри сразу же расползлось тепло.

— На удивление вкусно.

— Мммм, — Свята просто довольно хмыкнула.

— Мы скоро придём?

— Почти пришли.

Кто бы знал, что «почти» будет таким точным. Через пару поворотов ущелье вывело нас к скале, на которой был нарисован необычный знак.

Чёрный жирный круг будто пытался предупредить увидевшего о чём-то. Под ним была надпись на языке племён:

«Священная земля».

Что?

Когда Лекс упоминал про неё, я думал, что это скорее образ в его голове. Кто же знал, что тут в буквальном смысле высечена табличка.

Я незаметно привлёк внимание рядом стоящего Рокта:

— Ты дорогу запомнил?

Путь был запутанный, множество поворотов, развилок, и от них кругом шла голова даже у меня.

Лекс же вчера всю ночь твердил о некой конкуренции, потому мне важно было знать: наше племя знает дорогу или нет. Рокт лукаво улыбнулся:

— Да.

— Ха…

Мы переглянулись, ничего больше не говоря. Так-то у меня не было мыслей, чтобы «заграбастать» чужую священную землю.

Я просто хотел знать то же, что знают другие. Тем более я даже не представлял, что вообще из себя представляет это место.

…

— ОСТАНОВИТЕСЬ!

Лекс крикнул, поднял руки вверх, из-за чего наша небольшая колонна остановилась прямо под этим кругом.

Он развернулся, лицо стало ещё серьёзнее, чем обычно.

— Прежде чем мы пойдём дальше, я должен сказать всем пару слов. Данная священная земля — важное место для наших племён.

— …

— То, что вы увидите, не должно покидать данное место. Если чужие племена узнают, то у них проснётся жадность, и они придут сюда, чтобы разорить данную землю.

Лекс говорил какую-то чушь. Тем более может показаться, что он говорил всем, но его взгляд постоянно переходил с трёх «мест»: моё лицо, лицо Рокта и лицо Ярва.

Я, чтобы побыстрее заткнуть его, сказал:

— Ты достал уже со своей тягомотиной. Понял. Я прекрасно тебя понял ещё десять раз назад.

— …

— Никто не будет трепать о твоей священной земле. Давай уже зайдём внутрь.

Повисла короткая пауза, местами где-то даже смешки. Так как ситуация действительно была смешная, все заметили, как Лекс достал нас.

— Ну раз так, то давайте войдём!

Он махнул рукой и развернулся в сторону прохода, явно намереваясь идти самым первым.

…

Мы двинулись вперёд по узкому коридору, выходя наружу. Первое, что бросилось в глаза, так это ясное небо без единого облака.

Солнце ярко светило прямо в глаза, но не стоит думать, что было тепло и что оно грело, — было чертовски холодно. Как писал Пушкин: мороз и солнце; день чудесный!

Со всех сторон виднелось множество гор, каждая со своим острым пиком. Из-за чего возникало ощущение, что мы стоим у входа в гигантскую крепость.

Данное место звалось священным не из-за гор, а из-за леса, что рос среди этого каменного кольца.

Причём не привычные хвойные, к которым я привык в этом испытании, а лиственные деревья. Их листья были зелёными с тёмными прожилками, а стволы — белыми, тоже с чёрными прочерками, точь-в-точь как у берёз.

Из-за чего можно было сделать вывод, что лес тут и лес снаружи были двумя разными лесами со своими особенностями, со своими тайнами, со своими полезными ресурсами.

Не найдя каких-то слов, я просто застыл на месте, разглядывая всё вокруг. То смотрел вверх, то вниз — всё казалось таким интересным.

— И как тебе?

Свята не смотрела на красоту вокруг, а пристально наблюдала за моей реакцией.

— Настоящее чудо природы.

— Это точно, — девушка улыбнулась. — У меня были такие же эмоции, когда я впервые тут побывала.

— Как вообще Лекс согласился привести сюда кого-то? У него такой же сложный характер.

Брови Святы чуть обиженно нахмурились.

— Вообще-то, это место нашла я. И это я его сюда привела.

— Что?

— Тот знак, круг у входа, я лично его нарисовала!

Признание было довольно неожиданным. Всю дорогу Лекс вёл себя так, будто данную священную землю он нашёл и со мной поделился.

Оказалось, что сама заслуга даже не его. Он просто наглым образом присвоил её себе, даже не понимая, что очень сильно сердил этим Святу.

…

Мы стояли на границе леса, не понимая, куда идти. Ведь никто толком не знал, где искать пропавший отряд Луны и Абры.

Само место было не таким уж огромным, но, чтобы обойти его, требовалось много времени.

— Где будем искать?

Лекс сразу отметил:

— Я не знаю, где именно они сейчас находятся, но я знаю, где находится та поляна с неизвестными травами.

— …

— Мы можем пойти туда напрямую, осмотреть её и попытаться найти их следы.

Я понимал, что такой подход правильный, но я также понимал, что, если они ушли так давно, то на той поляне они были где-то неделю назад.

Люди племени ждать там точно не будут. Даже если там умерли люди, мы даже тел не найдём, не то чтобы следов. Прошло