За порогом снежного утра - Лилия Талипова

Мы вчетвером стукнулись стаканами и выпили все до последней капли. Денис даже на миг улыбнулся, когда родители его поздравили с праздником и приобняли на плечи. Они даже его особо не знали, но все равно тепло приняли, усадили за стол и предложили немного перекусить.

Я же вспомнила о подарках и решила их отдать родителям прямо сейчас, пока снова не забыла с этой беготней. В мешке их было несколько штук, потому что я надеялась на присутствие бабушки.

– Мам, а где бабушка?

– Так, она не захотела ехать так далеко, со своими подружками осталась праздновать. Решили, что на днях заедем к ней сами, – улыбнулась мама, указав на место рядом с собой.

– Я вам тут подарки приготовила. Готовы открывать? – протянула каждому по три небольших подарка. Там все как я люблю, нужное и полезное. Вижу счастливые лица мамы и папы, которые кое-как распаковали подарки.

Я даже краем глаза увидела, как на это все смотрел Денис, не притронувшись к еде. Значит, ему все же неловко. Как-то нечестно по отношению к нему, что даже не подарила никакой вещицы.

Кое-что вспомнила и убежала в свою комнату, где не только переоделась в милое платье, которое ждало меня целый год, но и решила заглянуть в свою старую коробку, в которой у меня был небольшой склад вещей со школы.

Поставила стул и залезла прямо на каблуках, придержавшись за дверь шкафа. Увидела кончик коробки и попыталась ее аккуратно достать. Лишь бы только не упасть, а то мне сегодня на падения очень даже везет.

Но как только я дотягиваюсь и хватаю коробку, мой стул начинает покачиваться в разные стороны. Не успеваю удержать баланс и падаю назад зажмурившись. Но ни падения, ни боли я не почувствовала.

– Ты с ума сошла залезать так высоко в туфлях? – распахнула глаза и увидела удивленное лицо Дениса, который каким-то чудом словил меня. Из-за шока ничего даже сказать внятного не могла.

– Я…

– Там что-то важное?

– Да. Отпусти меня, и я покажу, – покраснела, поняв, что сейчас парень держал меня на руках и внимательно осматривал комнату в розовых оттенках.

Архипов усадил меня на кровать. Я подняла заклеенную коробку скотчем и попросила поднести мне ножницы. Денис взял их со стола и протянул мне.

– Садись рядом.

– И что там, может, быть такого ценного? – хмыкнул он, но все же сел на край кровати. Только сейчас, в такой близи и при ярком свете лампы я смогла нормально разглядеть Архипова.

От костюма Деда Мороза осталась лишь только красная шуба. Со своими темными волосами он выглядел куда серьезнее и старше, чем, когда был светлым и больше похожим на милого ангелочка. Но это была лишь только видимость. Все вокруг всегда замечали яркие голубые глаза в первую очередь. Да только все ошибались по поводу его невинной внешности. Он всегда был спокойным, рассудительным и действовал на холодную голову. Не зря считался самым умным, да только казался каким-то бесчувственным. Его и развеселить-то было трудно.

Одна Варя мне говорила всегда, что он радуется, только, если это связано с его любимым увлечением: может без умолку говорить о музыке. Однако он уже показывал пару раз свои улыбки, пусть и не совсем адресованные мне. Значит, не все потеряно.

– Тебе понравится увиденное, – посмеялась и раскрыла коробку. Там были мои старые девчачьи вещи: кулоны, браслеты, исписанные блокноты, заколки и банты, какие-то рисунки и старые альбомы, в которых хранились не только мои фотографии с родителями или бабушкой, но и с Варей.

Я не зря открыла ее снова, потому что вспомнила о той самой фотографии, которую когда-то выпросила у Архиповой для своей личной коллекции. Не хотела бы ее показывать Денису, но подарить все же ему что-то нужно. Тем более, это было связано с ним самим.

– Меня трудно удивить.

– А если так? – достала старую фотографию из альбома и протянула ее парню лично в руки. Его выражение лица мгновенно изменилось на изумленное. Так и знала. Архипов провел пальцами по ней и будто растаял на глазах.

– Откуда она у тебя? – Денис поднял на меня глаза.

– У Вари еще давно просила.

– Для чего?

– Ты мне нравился раньше. Хотела, чтобы хоть какая-то память была. Да и ты здесь улыбаешься, а это дорогого стоит, – отвела взгляд в сторону и сделала вид, что снова копалась в старых вещах.

– Помню это лето. Мы с сестрой жили у бабушки, игрались в поле чужом, чуть не получили от соседа. Еле как ноги унесли. Бабушка потом задобрила его яблоками и сфотографировала нас возле этой же яблони, – его губы расплылись в милой улыбке. Даже сердце вновь забилось быстро, что я удостоилась такой чести увидеть это вживую. – Я трудный ребенок в нашей семье. Не потому, что много косячил – это право остается за Варей. Та еще шалунишка. А вот я всегда был каким-то другим, более отстраненным. Мне хотелось быть всегда наедине с собой, учиться, читать книги. Потом начались олимпиады, всякие шахматы и конференции. Это то, что нравилось по-настоящему. Но люди вечно требовали от меня каких-то эмоций. Говорили, что больше похож на какую-то ледышку или каменную статую. Никто никогда не понимал меня, что я другой. Одна Варя дарила мне истинные эмоции – радость, счастье, переживания. Когда же окунулся в музыку с головой, тоже не одобрили. Вот и съехал, чтобы больше никто мне ничего не говорил.

– Надо же, как все запутано, – вздохнула я. – А я просто считала тебя замкнутым, поэтому и не настаивала на общении с тобой. Да и Варя отговаривала, что ты не особо любишь заводить новые знакомства.

– В этом она права. Но на самом деле я много чего о тебе знаю, Настя.

– Откуда?

– Варя твоя лучшая подруга, все уши прожужжала про то, какая ты милая и хорошенькая. И я прекрасно знаю, что ты всегда была где-то поблизости, караулила меня. То, что ходила со мной на конференции и другие мероприятия, – я выпучила глаза, почувствовав, как загорелись мои щеки от стыда.

Варя наверняка проговорилась. Подруга называется.

– Вот стыдоба-то какая, – резко встала с постели и подошла к окну, наблюдав за тем, как на ночных улицах пускали красивые салюты. Все небо было окутано ими.

– В этом нет ничего стыдного. Каждый имеет право на влюбленность. И Варя была права в том, когда говорила о тебе, – Денис подошел ко мне и встал рядом.

– О чем ты?

– Ты забавная.

– Что? – с непониманием посмотрела на парня. Он