Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

одно предложение, — никак не хотел униматься я, — в самолёте же куча вещей осталась. Может, перетащим хотя бы половину сюда — ночью холодно будет, а там в чемоданах тёплые вещи должны остаться.

— Мысль хорошая, — на секунду задумался он, — ладно, самолётом другие люди займутся, а вы вдвоём…

— Втроём, — встряла Люда, — тоже хочу на разведку.

— Хорошо, вы втроём идёте осматривать окрестности… тут дикие звери могут водиться, так что могу дать вам ракетницу — ничего более мощного у нас нет.

— Давайте ракетницу, — вздохнул я, — а что насчёт раненых, есть такие?

— Трое, — помолчав, ответил Ираклий, — но насчёт них не беспокойся, там всё под контролем.

— Хорошо, — ответил я, переглянувшись с Сереем, — мы готовы к разведке. Давайте ракетницу.

Командир, послал нас ко второму пилоту, Аликом его зовут, сказал, он всё и выдаст. Мы подошли к Алику, получили требуемое устройство без малейших вопросов, и направились к ущелью, которое промыла речка, впадающая в этот залив.

— Смотрите, — показала пальцем Люда, — рыба плавает.

Мы одновременно с Сергеем глянули, куда она показывает — действительно, там нарезали круги длинные и шустрые рыбины диаметром не больше 3–4 сантиметров.

— Гольцы это, — сказал я, — видели мы таких в Берёзовой бухте. Толку с них только мало, а поймать сложно, так что не отвлекайся от поставленной задачи.

— Есть, — чётко ответил Людочка, — не отвлекаться. А ты откуда про этих гольцов знаешь?

— Так всё лето сидели в гарнизоне на юге Камчатки, — ответил я, — там примерно такая же речка была, Берёзовый ручей называлась. В заливе можно поймать раз в десять больше лососей, чем в этом ручье грёбаном…

Люда затихла, а мы все втроём начали прыгать по камешкам по обеим сторонам местного ручья — по берегу тут пройти было очень сложно, кедровый стланик всё застилал. Примерно через пару сотен метров Сергей, который впередсмотрящим шёл, остановился и поднял руку вверх. Мы с Людочкой застыли в тех позах, в которых нас застал этот сигнал.

— Чего там, Серёга? — тихо спросил я.

— Медвежье говно, вот чего, — так же тихо ответил он. — По обеим сторонам ручья.

— Значит, здесь медведи водятся, — удивительно логично и так же не к месту заметила Люда.

— Получается, что так… — тихо ответил я. — Я слышал такую штуку — медведи не выносят громких звуков, поэтому, если орать что-нибудь или там весёлые песни петь, они от этого места стараются дистанцироваться…

— Я тоже про это знаю, — тихо ответил Сергей, — начнём что ли… Людочка, давай ты запевай, у тебя голос вроде получше наших будет…

Люда не заставила себя ждать и тут же заголосила «Вместе весело шагать по просторам», а мы с Серёгой подхватили «Просторам-просторам», но тут откуда-то спереди раздался громкий «Буммм»…

— А это ещё что такое? — спросили мы одновременно с Людой, а продолжил я один, — взрывают там что-то?

— Очень похоже на взрыв, — тихо отвечал Сергей, — но поручиться я не поручусь. Пошли посмотрим — где наша не пропадала…

И мы продолжили наши прыжки по тем же камням к перевалу… примерно через пару сотен метров слева нарисовался прогал в вездесущих зарослях стланика, а за ним достаточно большое и ровное место, поляна такая с редкими каменными берёзами на ней.

— Проверим, что там? По-моему бумкнуло где-то в этой стороне, — спросил я у народа, и народ дружно согласился.

Вся поляна была усыпана кустами черники… или голубики, я их путаю… среди которых пробегали и брусничные ягоды.

— По крайней мере, с голоду мы тут не помрём, — заметила Люда, закидывая в рот горсть черники.

— Вон там что-то синеется, — Сергей показал пальцем на дальний конец полянки, где торчала скала.

Мы дружно передвинулись в то место, обогнули слева скальный массив, выперший тут из земли, и увидели большой такой бассейн почти круглой формы, в котором периодически булькала вода.

— А ведь это гейзер, — первой догадалась Людочка, — меня родители в детстве возили в Кроноцкий заповедник — там похожие штуки работали…

— Ну да, — отозвался я, — в этом заповеднике ещё Махмуд Эсамбаев плясал в кино… — я начал вспоминать название фильма, но Сергей меня опередил, — в «Земле Санникова».

— Точно, — обрадовался я, — в ней… там ещё Олежек Даль водку пил на крыше колокольни, а Олег Анофриев пел душевную песню про бушующий мир.

— Я тоже вспомнила, — подтвердила Люда и в подтверждение напела один куплет из песни, начинающийся с «призрачно все в этом мире бушующем», — только это давно было, а сейчас закрыт этот заповедник для туристов. А здесь открыто…

И как бы в подтверждение её слов вода в ванне заклокотала гораздо громче, а потом оттуда вылетел фонтан высотой в пару-тройку метров… звук был почти таким же, что мы недавно слышали — буммм.

— А ты говоришь взрыв, — попенял я Серёге, но тот ничего не смог ответить, а только попробовал рукой температуру воды в бассейне.

— Градусов пятьдесят, — сообщил он, — наверно можно тут будет поплавать — говорят, что такие ванны полезны для организма.

— Поплаваем, — пообещал я ему, — а теперь давай заниматься вверенной нам задачей.

— Ага, — вздохнул он, — давай… дальше по ручью пойдём или как?

— Вы идите по ручью, — предложил я, — а я остаюсь здесь и обследую все окрестности.

— Не боишься потеряться?

— Шум ручья далеко слышно, — ответил я, — так что нет, не боюсь.

И мы разделились — они вдвоём упрыгали по камешкам к горному перевалу (не вечно же там будет подъём, должна и вершина быть вместе с перевалом), а я мысленно разделил поляну на квадраты и начал её обследовать. Продуктов человеческой жизнедеятельности мне совсем не встретилось, из чего я сделал вывод, что либо мы на острове находимся, либо в местах, не посещаемых человеком. А ещё я нашёл вход в пещеру, да… внутрь, конечно, не полез, но обозначил это место длинной палкой, с трудом вогнав её в грунт — мало ли, вдруг пригодится.

А вот продуктов жизнедеятельности животного мира было предостаточно — то же медвежье дерьмо мне встретилось минимум трижды. И ещё птицы верещали в верхушках берёз, какие именно, я не понял, но помёта и они много оставили. И в завершение, так сказать, моих исследований, я натолкнулся на большую кошку, которая сидела на берёзе и смотрела не меня злыми зелёными глазами. Я замер, как соляной столб, собираясь с мыслями… это наверно росомаха, подсказало мне моё второе я, они как раз такого размера бывают. Сам знаю, огрызнулся я, собирая всё, что помнил про этих росомах… Хью Джекмана в роли этого животного я сразу отмёл в сторону, и без Хью Джекманов тошно. Значит так — семейство куньих, длина до 80 см без хвоста, конкретно этот экземпляр был поменьше, но полметра в нём насчитывалось. Питается всем подряд, предпочитает падаль. На человека нападает очень редко, однако и такое случается. Хорошо лазает по деревьям… значит, мы вот что сделаем, сказал я сам себе, мы тихо и аккуратно будем удаляться от дерева с росомахой, не поворачиваясь к ней задом… и в глаза ей смотреть не надо, это вредно для здоровья.

Через полминуты я отошёл от этого места на приличное расстояние и увидел, как зверёк сиганул со своего насеста на траву и быстро скрылся в направлении только что найденной пещеры…. Фу, пронесло, подумал я, садясь на камень, но тут сзади очередной раз извергнулся гейзер, заставив меня подпрыгнуть на полметра вверх — нервы ни к чёрту, подумал я.

А тут и Люда с Сергеем вернулись, я издали услышал, как она распевала «Призрачно всё», отпугивая медведей.

— Ну рассказывай, — приступил к расспросам Серёга, — что обнаружил полезного.

— Давайте вы первые, — предложил я, — а я пока отдышусь.

Они спорить не стали, и Сергей приступил к отчёту о проделанной работе:

— Тут ещё с километр вверх, потом источник, из которого ручей начало берёт, потом вершина горы… снегу там полно.

— И что на вершине? — подстегнул я его, чтобы не останавливался.

— В трёх сторонах море, виден кстати дымок от наших костров на берегу, а в четвёртой стороне горы и пригорки сплошные. Одна гора ну очень высокая, километра 2, если не 2,5.

— Признаков жилья никаких не увидели? — продолжил пытать его я.

— Не, ничего похожего… это скорее всего Парамушир, очень большой остров, где Северо-Курильск на востоке, но пилить до города, я так понимаю, очень долго придётся, если мы решим пешком спасаться. К тому же не очень понятно, где он, этот Курильск. Ну а теперь твоя очередь.

— Особенно-то нечего говорить, — начал я, — пещеру вот только нашёл,