"Фантастика 2026-83". Компиляция. Книги 1-29 - Алекса Франс

Таня нахмурилась, только поджала губы. Но это всё ей уже не нравилось. Если у Михаила Александровича были дела, зачем он таскал её за собой? То по чайным, то к матушке своей. Она чувствовала, что здесь что-то нечисто.

— Я понимаю. Я подожду вас, — ответила она коротко.

Он же не отошел, а настойчиво предложил:

— Может, со мной зайдешь? Матушке тебя представлю. Что будешь как статуя в коляске сидеть?

— Я посижу лучше, Михаил Александрович. Неудобно. Одета я неподобающе для визитов.

— Нормально ты одета. Просто. А моя матушка любит во всём простоту. Она сама из деревенской семьи.

— И всё же…

— Татьяна, пошли. Зайдём на пять минут, я ей расскажу, что она просила, и поедем.

Скрепя сердце, Таня всё же слезла с коляски, оперевшись на руку мужчины.

В парадной слуга забрал у них верхнюю одежду и пригласил пройти.

Танюша нерешительно последовала за Немировым в палевую гостиную. На широком диванчике у окна сидела женщина лет шестидесяти, в светлом дорогом платье. Она гладила белую собачонку — левретку. Едва молодые люди вошли, дама с высокой причёской, с кудрями и лентами в волосах, встрепенулась.

— Миша? Ты так раненько?

— Матушка, доброго здравия, — заявил с порога Немиров и, подойдя к даме, наклонился и поцеловал ей руку.

Она же поцеловала его в тёмную макушку.

— Здравствуйте, — тихо сказала Танюша.

Ей было совсем неудобно. Она ведь даже не знала имени матери Немирова, а только вспомнила, что у Михаила Александровича есть ещё два старших брата, которые жили в столице.

— Это Осипова, Татьяна Степановна, матушка, — представил Немиров девушку, которая застыла в начале гостиной и нервно теребила пояс на своей простой тёмной юбке. — Я рассказывал тебе о ней давеча. Ее матушка моя деловая партнерша.

Чувствовала Татьяна себя неуютно и неловко в этой дорогой, красивой гостиной с зеркалами и мягкими диванчиками. Словно метла на изысканной клумбе.

— Пройди, милая. Погляжу на тебя, — велела барыня.

Михаил остался стоять рядом с матушкой и взглядом показывал девушке приблизиться. Таня сделала несколько шагов к женщине.

— Пригожая какая, и скромная, как я посмотрю, — заявила барыня, приветливо улыбнувшись девушке.

— Ещё очень умная, матушка, — громко зашептал на ухо матери Немиров, чуть склоняясь.

Они оба рассматривали Таню, словно какую-то диковинку. А Михаил Александрович ещё как-то хитро улыбался при этом.

Таня, ничего не понимая, смутилась.

— Хорошая девушка, Миша. Мне по душе, — произнесла одобрительно женщина.

— Значит, берём её к себе в семью, матушка? — выдал вдруг Немиров, выпрямляясь.

— Тебе с ней жить, Миша. Сам и решай. По мне так вполне приятная девушка, — ответила барыня и чуть улыбнулась Тане. — Присядьте со мной, милая, поговорим.

Девушка же недоуменно переводила глаза то по Немирову, то по его матушке, ничего не понимая. Точнее, понимала, что зачем-то он устроил ей смотрины у своей родительницы. И что это за фразы такие: «берём в семью» и «тебе же с ней жить»?

Таня совсем растерялась.

— Что всё это значит? — пролепетала она.

Барыня тут же округлила глаза и удивлённо посмотрела на сына.

— Ты что же ничего ей не сказал? Зачем сюда привёз. Ох, поганец! Как же так можно, Миша?! — пожурила его женщина и уже приветливо обратилась к девушке: — Вы уж простите его, душенька. Он всегда сдьяволит что-нибудь этакое.

Наконец Таня до конца убедилась, что придумал этот невозможный Немиров. Она вмиг побледнела и обратилась к барыне:

— Извините покорно, сударыня. Но мне пора.

Она ринулась из дорогой гостиной сломя голову. Но не успела даже дойти до парадной, как в чайной, что предваряла гостиную, её нагнал Михаил Александрович бесцеремонно схватил за локоть.

— Татьяна, подожди!

Глава 66

Таня резко обернулась к Немирову и выпалила ему в лицо:

— Вы зачем это устроили? Что за спектакль?

— Не спектакль. Хотел матушке тебя представить. Без её одобрения не могу я.

— Что не можете? — пролепетала Таня, перестав вырывать свой локоть из его широкой ладони.

— Неужто непонятно? — тихо вымолвил Немиров, склоняясь к девушке и говоря уже тише. — Нравишься ты мне, Татьяна. Сильно нравишься.

В следующий миг сильная рука мужчины схватила её предплечье. Михаил дёрнул девушку к себе, и она невольно впечаталась в его твёрдую грудь. Он стремительно склонился над ней, и его горячее дыхание обожгло танины губы. Он поцеловал её. Алчно, жадно, почти делая ей больно. Словно пытался навязать ей свою волю.

Однако Танюша вмиг опомнилась и начала вырываться. Пару раз даже стукнула кулачком по его широкой груди, и ей наконец удалось отвернуть свое лицо от его горячих губ.

— А ну пустите меня! Вы что, совсем уже?!

— Хватит вырываться! — прорычал он над ней, и девушку из рук не выпускал. — Люба ты мне, неужто непонятно?

Его признание еще больше взбесило Татьяну. Она была так возмущена поведением этого несносного типа, что даже забыла все правила приличия.

— Ах ты жук майский! Думаешь, разговорами сладкими меня заговоришь, так я и вольности тебе позволю?!

— Какие вольности, Таня?

Она сквозь зубы выдохнула, поняла, что надо чуть успокоиться, но не могла. Так ей хотелось залепить пощечину этому наглецу, но Танюша понимала, что это еще больше все осложнит. Потому возмущенно процедила:

— Думаете, денег у вас много, так вам все и позволено? Руки распускать да девок позорить?

— Да где я опозорил-то? Я серьезно ведь к тебе.

— Не хочу даже слушать. Сюда хитростью заманили, чтобы матушке своей показать?

— Да, а до того пирожными кормил, — оскалился он довольно. — Если бы ты сразу знала правду, то по своей воле не поехала бы на смотрины к матушке.

— Я ехала дела обсуждать, а не это вот всё! Да пустите уже меня, Михаил Александрович!

Она резко дернулась от него, снова толкнув его в плечо, и он наконец разжал свою ладонь.

— А если я и правда жениться на тебе хочу?

— Так я и поверила. Врёте вы всё! — выпалил возмущённо Танюша, отскочив от Немирова на пару шагов, и оправляя задравшуюся блузку. — Сначала порядочной девушке предложение делают, а уж потом в свой дом везут, а не