Королева мечей - Юлия Дмитриевна Бабчинская

Когда я устремляюсь к лестнице, Призрак окликает меня:

– Куда ты собралась? Мы не договорили.

– Я не собираюсь с тобой разговаривать.

От высоты у меня захватывает дух, я цепляюсь за перила и начинаю спуск.

– Ты ненормальная, – кричит мне вслед Призрак.

– А ты мерзавец!

– Рад это слышать!

Закусив губу, я делаю несколько неуверенных шагов вниз. Призрак у меня на хвосте, чтоб его!

– Если ты будешь падать, кто-то должен схватить тебя за шкирку, – кричит он.

– С чего ты взял, что я упаду? Ай… – В этот момент я действительно оступаюсь, а Призрак хватает меня за предплечье.

– Пусти…

Я вырываюсь и продолжаю свой безумный спуск, молясь о том, чтобы не упасть. Добравшись до цели, я тут же ныряю в проем, который ведет на другой уровень башни.

– Ты поиграть в догонялки со мной решила? А вроде бы обещала послушать! Как по-детски, Ирис!

Я застываю на месте, окруженная мебелью под белой тканью и пыльными предметами интерьера. Это помещение напоминает причудливый склад забытых вещей. Сквозь узкое оконце внутрь струится свет закатного солнца, приземляясь в самом центре и разделяя нас с Призраком. Мы стоим друг напротив друга, ловя ртом воздух, а между нами кружатся пылинки, как еле видимые следы нашего прошлого.

– Искра… – рычу я, сжимая легкую ткань своей юбки. Жаль, я не могу превратить Призрака в камень одним своим взглядом! Чтобы он больше никогда не смог разбить мое сердце.

Он делает шаг вперед, ступая в луч света. В сиянии этого алого солнца его глаза похожи на серебристые волны, в которых растворяются огненные искры. Я выставляю перед собой руку, будто предупреждая Призрака не подходить ближе. Но он все же идет дальше, пока моя ладонь не упирается ему в грудь. И тогда он обхватывает ее своими руками и рывком тянет меня на себя. Его ладонь следует по моей спине, грубая перчатка царапает шелковую ткань, посылая мурашки по позвоночнику.

Призрак запрокидывает мою голову, без лишних нежностей дернув за эти непослушные светящиеся волосы. Я не отрываю взгляда от его глаз. А в моих глазах он ничего не сможет разглядеть…

Его лицо совсем близко, он склоняется надо мной и шепчет мне в губы:

– Для меня ты всегда будешь фиалкой…

Наши губы находят друг друга быстрее, чем в голове собираются какие-то никчемные мысли. Это столкновение двух сил, двух миров, двух жизней, которым не суждено стать одной.

И последние обрывки разума Призрак забирает вместе с этим отчаянным поцелуем. Мои руки сами ложатся ему на плечи, впиваясь в кожу так сильно, будто я заявляю свои права на него. Пусть это даже не так. Это совсем не так.

Он стискивает мою талию, подхватывая меня слишком легко, и делает шаг вперед, усаживая на какой-то старинный комод, прикрытый тканью, припечатывая меня к стене. Мои ладони исследуют его плечи, шею, чуть колючий подбородок и гладкий череп – что совершенно непривычно.

Но разве не могу я притвориться, что он Булава, а я Искра, и мы два наемника? Разве это сложнее, чем изображать из себя невесту принца-дракона?

Тем более что мое тело требует свою награду. Оно так истосковалось, что я не могу противиться… Силоманты отталкивают друг друга, говорил мне Призрак, но как выяснялось, он и не силомант никакой, а просто мошенник… к которому меня непреодолимо тянет на физиологическом уровне, хотя внутри все клокочет от гнева, обиды и разбитых надежд.

Он целует меня с такой яростью и свирепством, что впору задуматься, а что же накопилось в его душе? О которой я совершенно ничего не хочу знать…

Мои ноги смыкаются у него на бедрах, и он вновь подхватывает меня, перенося к огромному круглому столу и чуть ли не бросая на него. Никакой нежности, никакого такта… Мы как двое варваров, нашедших свою добычу. Мое прекрасное платье трещит по швам, и я с силой закусываю губу, чтобы Призрак не услышал ни возгласа. Я не дам ему такой милости. Я полностью владею собой…

– Ох…

И все же. Я пыталась.

Не знаю, когда он успел снять перчатки, но его ладони теперь касаются моей обнаженной кожи, оставляя на ней огненные следы.

Я провожу ладонями вниз по плечам Призрака и ниже, стискиваю его запястья, будто пытаясь оттолкнуть, но он словно монолит: его не сдвинуть с места. Я хотела бы увидеть всего его, впитать взглядом… запомнить этот момент. Потому что он больше не повторится.

Я поддалась. Я получу свое. И уйду.

Его лицо прямо перед моим: Призрак хмурится, но вновь находит мои губы, целуя глубоко и неотвратимо.

Он снова ворвался в мою жизнь, забрав мое спокойствие. И я заберу его покой – я заставлю его впасть в безумие. Он будет умолять меня о прощении…

Призрак отстраняется и на мгновение нависает надо мной, чтобы посмотреть в глаза: мы оба знаем, что уже не будет как раньше. Не будет той наивности и легкости. Мы многое прошли порознь.

А дальше – больше нет границ или приличий. Наши движения слишком резкие, сумбурные, нетерпеливые. Мы и сами – хаос. Рвется ткань, бьются сердца, и на осколках былого счастья мы творим новую судьбу, и я больше не сдерживаю стонов, что срываются с губ. Впиваюсь зубами в его плечо, причиняя ему боль и в то же время пытаясь запомнить этот аромат на своих губах, на языке, аромат, что просачивается глубоко внутрь, растворяясь в моей душе, оседая там колючей пылью, от которой будет нестерпимо сделать новый вздох. Сладость и страдание, вот кто мы с ним, Свет и Тьма, в одном непостижимом клубке Предназначения.

С приходом ночи остывает и наш пыл. В комнате полнейший разгром, но мне нет до этого никакого дела. Надеюсь, что она так и останется забытым чуланом. Одно из покрывал расстелено на полу – я не помню, кто из нас успел соорудить это ложе или в какой момент мы вообще об этом подумали. Мы были слишком заняты друг другом и самими собой. Мое сердце все еще отчаянно колотится в груди, дыхание сбивается, и все же я заставляю себя сесть, подтягивая к плечам край покрывала. Кто-то из нас должен уйти первым. И я не позволю это сделать ему. Но сначала мне нужно прояснить то, что я поначалу упустила.

– Твои руки…

Он мычит что-то невразумительное, но я не поддамся этой сладостной неге, которая тянет меня обратно в его объятия.

– Твои руки, Призрак. Шрамы исчезли. Как это