Зодчий. Книга VIII - Юрий Александрович Погуляй

Ребята схватывали быстро, хоть я и не ждал от них каких-то особенных прорывов. Всё-таки ничего необычного со стороны Зодчего в этих действиях не требуется. Нужна гибкость мышления, некоторая дерзость и осознание собственной свободы. Львиная доля специалистов такого профиля о подобном только мечтать могла, однако это совершенно не означает, что никто из них не справится с задачей.

С первыми лучами рассвета я вернулся к себе домой. Несколько минут стоял возле окна, осоловело моргая и глядя на то, как верхушки деревьев меняют цвет под светом пробуждающегося солнца. Но вместо того чтобы упасть в кровать и забыться, я двинулся в свою лабораторию. Остановил модуль синтеза и загрузил в исследовательский блок отломанную обшивку «Ёжика». Запустил программу. Некоторое время монитор моргал, словно столкнувшись с энергетической аномалией, а затем экран очнулся, и процесс пошёл. Строка в самом низу возвестила о том, что до конца анализа осталось двадцать девять часов.

— А как же я, Хозяин? — прогудел за моей спиной вкатившийся в лабораторию Черномор.

— Семь хорошее число, — ответил ему я и зевнул, едва не вывихнув челюсть. Потёр глаза.

— Я отмечаю признаки хронической усталости, Хозяин. Позвольте порекомендовать вам отдых. Желательно три недели в мягком климате. У меня имеется несколько предложений о санаториях Краснодарского края и Одесской области. Хотите ознакомиться?

Я снова зевнул, но оставил слова робота без внимания. Спать. Спать!

Но когда я добрался до кровати, как телефон зажужжал. О как, Конычев!

— Простите за столь ранний звонок, — тихо сказал психомант, едва я ответил. — Надеюсь, не разбудил.

Не буду его расстраивать.

— Вы сильно опаздываете, Степан Родионович, — посетовал я. — Должны были быть ещё вчера.

— Были некоторые трудности, — уклонился он от прямого ответа. — Но всё уже решено. Ретивость некоторых подразделений, стоящих на блок-постах, достойна лучшего применения. Однако, слава Государю, разум побеждает даже устав.

— Я надеюсь, Степан Родионович, вы не оказались вне закона за эти дни? — нахмурился я.

— Михаил Иванович, мы подъезжаем к вашему дому, — отстранённо сообщил Конычев, словно ничего не услышал. — Сможете принять… Посылку?

Я сунул ноги в тапочки, побрёл к крыльцу и опять зевнул:

— Разумеется, Степан Родионович. Разумеется.

Две блестящие от чистоты машины оказались у моего дома через пятнадцать минут. Явно водник расстарался привести технику в порядок перед визитом к начальству. Зря. Мне важен результат, а не обёртка.

Из первого автомобиля выбрался Конычев, с наслаждением потянувшись. Лицо его было гладковыбритым и совершенно спокойным. А вот Волгин и его команда могли похвастаться многодневной щетиной. Командир «спецотряда» вылез из второго автомобиля.

— Ваше сиятельство, прибыли для дальнейших распоряжений! — старательно бодро сообщил он. Хотя видно, что с дороги устал.

— Отдыхайте, братцы, — попросил я. — Только технику выгрузите. На крыльцо.

Я указал за калитку. Командира «спецотряда» кивнул и постучал по крыше машины, вызывая бойцов. Вскоре багажник распахнулся, и гвардейцы потащили к дому технику, выбитую из ячейки Аль-Абаса. В основном гаджеты были свалены в кучу и раскиданы по полиэтиленовым пакетам. Однако нашлось даже два моноблока, и вроде бы не повреждённые. Какие технически подкованные культисты окопались в Астрахани.

На третью ходку из своего домика выбралось Нямко, покрытое инеем. Я уже пару раз пытался заманить его в тепло, но ведро упрямо оставалось на улице. Момент «эвакуации» барабашек постоянно откладывался из-за сопротивления Нямко. Однако сегодня доведу до конца. Уже рискованно держать их здесь.

— Ням? — поинтересовалось Нямко. Один из бойцов втайне перекрестился, перед этим воровато обернувшись на меня. Остальные поглядывали на ведро с настороженностью, да и оно само отвечало им взаимностью.

На последней ходке «грузчиков» из-за дома выпрыгнул Светко, остановился у крыльца, вращая колпаком фонаря. Ларионов, несущий несколько ноутбуков, едва не уронил свою тяжёлую ношу, когда увидел прыгающий столб.

Я тем временем посмотрел на заваленное техникой крыльцо и почесал затылок. М-да. Работы предстоит море. Нямко подошло ближе, взяло в руку один из телефонов.

— Ням? — спросило оно и потянуло к себе.

— Давай потом, — выдохнул я.

— Ня-ням, — ведро с жалостью отложило гаджет, отступило от крыльца, переминаясь с ноги на ногу. Светко вдруг засветился, и луч упал на брошенный телефон, который в тот же момент зазвенел, включаясь.

— Ням! — оживилось Нямко и протянуло руку.

Я взял засиявший телефон, прикрыл глаза, сканируя его и перенося всю информацию на диски Черномора. Много контактов, журналы звонков, фотографий, огромное количество удалённых записей и заметок. Кое-что могло быть полезным.

Но разбираться буду потом.

— Держи! Верёвки из меня вьёшь, — я протянул ведру мобильный, и то радостно запрыгнуло, забросило чёрный прямоугольник в себя и поскакало прочь.

— Далеко не уходи!

— Ням! — исчезло в доме Нямко.

Светко покачал плафоном, словно одобряя мой поступок.

— Ваше сиятельство? — появился в калитке Конычев. С отсутствующим выражением лица глянул на фонарь и шмыгнул носом.

— Да, уже иду, — я отошёл от крыльца, направляясь к психоманту, а тот полез за пазуху и очень бережно протянул мне картонную коробку, будто бы из-под дорогого вина.

— Прошу, ваше сиятельство, — невозмутимо произнёс он. Я принял добычу с внешним спокойствием, оценив посылку. Тяжёлая и запакованная так, что ей, наверное, можно было бы играть в футбол, не разбив содержимое. Множество слоёв пузырчатой плёнки и рифлёного картона. Как служба доставки, честное слово. Мой отец из этого мира на днях как раз ругался с кем-то из-за товаров ненадлежаще упакованных. Вокруг собиралась грохнуться вселенная принятых устоев, а батя строил новое дело по сети магазинчиков-складов и даже обзавёлся жёлто-чёрными грузовичками развозки. Это, на его взгляд, было гораздо важнее каких-то там войн со Скверной.

Ладно, хоть домой не просился, и то ладно. Под боком спокойнее. Да и матушка нашла себя, помогая отцу Игнатию в школе новых кварталов. По поводу Светы она меня даже и не третировала, однако, уверен, о свадьбе мечтала. Просто переключилась на другое увлечение. Так что пусть поможет бедному священнику милосердный бог.

— Надеюсь, это как-то скрасит наш провал, Михаил Иванович, — чуть склонил голову Конычев.

— Провал? — поднял бровь я. — Вы сделали больше, чем я ожидал.

— Но меньше, чем могли. Организация интересная. Мне хотелось бы заняться ими плотнее, однако совершенно точно не хватает зацепок, — Конычев поморщился. — Надеюсь, хоть что-то из барахла вам добавить информации.

Я посмотрел на крыльцо с коробками. После чего опустил взгляд на сокровище.

— Насчёт вашей подопечной, ваше сиятельство, — продолжил Конычев. — Кое-что удалось разыскать. Приятно, когда цель не прячется. Да и место она выбрала хорошее, там всегда найдётся кто-то с длинным языком.

Хм…

— Продолжай.

— Госпожа Ирина несколько