Нико Вайсхаммер - Сергей Извольский

Они мне сейчас и помогли, подбросив удивительно наглый в своем исполнении план — броском воткнув меч глубоко в песок, я развернулся и быстрым шагом направился к моршанской трибуне, на ходу снимая шлем. Лобанов остался на месте — вместе с пробудившейся силой крови слышу его, чувствую, ощущаю растущее удивление. Сейчас главное только, чтобы у меня слезы кровавые по щекам не потекли, иначе весь мой план лисе под хвост.

Когда приблизился к трибуне, увидел, как многие от удивления даже с мест привстают — как камарилья князя Олега и женская команда гимназии, а остальные зрители громко гудят.

— Арина Александровна, дорогая! — обратился я к агенту. — Скажи, а мне обязательно сражаться?

Вопросом поставил Арину в тупик, но она была княгиней не только по утерянному титулу.

— Вы уже на арене, господин барон, так что обязательно, — ответила ровным голосом, хотя лицо удержала с трудом.

— Он просто какой-то огромный и в доспехе паладина, я такого вообще не ожидал, — не оборачиваясь, ткнул я пальцем за плечо, разводя руками. Обескураженная Арина в этот раз уже не нашлась с ответом, глядя на меня с каменным лицом.

В зале начал нарастать недовольный гул, некоторые зрители смотрели на князя Моршанского — меня ведь объявили бойцом из его удельного княжества. Часть присутствующих по-прежнему кричала про подставу, в том числе иногда даже перекрывавшие весь остальной зал Эбигейл с Далией. Ванесса, герцогиня фон дер Остен-Сакен-Танненберг молчала, но надо же, на меня только что посмотрела больше трех секунд. Правда с презрением, но ее внимание я наконец привлек — уже маленькая победа. Принцесса Мина и странный длинноволосый парень с высоким пышным хвостом заметно обескуражены, а Луна и вовсе закрыла лицо руками пытаясь спрятаться от позора.

Зато князь Олег Воронцов-Моршанский наблюдал за мной с интересом приподняв бровь и бокал шампанского. Он видел расправу над Гектором и явно ожидал повторения подобного, ничуть не волнуясь о репутации — был бы на его месте другой номинальный владыка-покровитель, на реализацию пришедшего на ум плана я бы скорее всего не решился.

Несколько зрителей из княжеской камарильи закричали, показывая пальцами мне за спину — Лобанов, удивленный начавшейся комедией, все же решил прекратить балаган и подхватил молот, собираясь начинать меня раскатывать.

Периферию зрения у меня все сильнее красило багрянцем — еще чуть-чуть, и потекут по щекам кровавые слезы, так что представление надо заканчивать.

— Ну ладно, надо так надо, — низко поклонился я Арине.

Выпрямляясь, с разворота метнул шлем в шагнувшего вперед Лобанова, заносящего молот для удара. Попал четко в голову — пять килограмм дело сделали, не уронив, но оглушив противника. Занесенный для удара молот вывалился из его рук за спину, а я в два длинных шага прыжка миновал пошатнувшегося боярина, перехватив рукоять и раскручиваясь вместе с молотом. Сил поднять оружие как Лобанов у меня не хватит — издержки развития бойца-ликвидатора, а не дуэлянта: кровавая слеза усилила восприятие и ускорила реакцию, не сильно добавив мощи.

Лобанов успел обернуться и встретил максимально простой, но неприятный удар молота широкой грудью. Отшатнулся, но снова на ногах удержался, да что ж такое — поэтому вдогонку, опираясь на поставленный на землю молот, я в прыжке ударил ему в грудь двумя ногами.

Только сейчас огромная машина рухнула навзничь с глухим лязгом. Приземлившись, с надсадным пронзительным криком я вновь раскрутил тяжеленный молот, усилием поднимая его для удара сверху. Лобанов забарахтался, пытаясь встать, но тяжелое оружие опустилось ему на голову — попал четко, в мгновенно сплющенное забрало. Затылок вбило в мокрый песок, на шейный горжет брызнуло кровью из-под шлема, а Лобанов как упавший на спину жук заворочал руками и ногами.

Забрало вмято внутрь, но неглубоко — все же броня тамплиеров, тем более паладинов, крепкий орех. Выглядит ужасно, но там максимум нос сломан и губы разбиты. Подтверждая мои догадки Лобанов перекатился, пытаясь подняться — он сейчас ничего не видит, смотровую щель смяло. Поймав момент, я ударил ему окованным мыском сапога под опорную ногу, а когда Лобанов упал, сам рухнул сверху, вбивая ему колено в шею.

— Сдавайся или смерть, — негромко проговорил я.

Подумав немного, Лобанов затих, сделав вид что потерял сознание. А он не идиот, надо же, и кровавую жажду почувствовать не успел — тогда пришлось бы убивать, без вариантов. Теперь мне бы ее еще приглушить, чтобы контроль не потерять.

Быстро поднявшись, волоча за собой молот — вдруг у Лобанова нехорошие мысли появятся, я прошел к своему шлему, надевая — уже чувствую, как по щекам бегут щекочущие дорожки кровавых слез. Наощупь сняв со шлема свою двойку треф, подошел к поверженному и недвижимому Лобанову, приложил карту к пятну крови на шейном горжете. Теперь все, все что мог я сегодня сделал — главное только сейчас не упасть перед зрителями.

Жажду я погасил — внутреннее усилие сродни тому, которое можно использовать, избавляясь от икоты с задержкой дыхания. Ушла сверхъестественная мощь, но пришла вялая слабость: усиление крови у меня как оказалось на очень хорошем уровне, вот только использовал я его для поднятия тяжелого молота, а не для быстрых маневров, поэтому откат может быть категорически неприятен.

Вместе с заменившей силу слабостью вернулось привычное восприятие. Шепчущий шелест жажды крови из ушей тоже ушел, возвращался нарастающий гомон трибун.

— … наш победитель, Нико Вайс! — вернулся и голос распорядителя, до этого момента для меня неслышимый как нечто незначительное.

Невидимый до этого момента распорядитель арены уже спустился ко мне из-под потолка на специальной платформе. Очень высокий, на голову выше меня дампир в классическом костюме с алой бабочкой, но при этом с молодежной прической уложенных в беспорядке белоснежных волос. Красный лорд, надо же — один из могущественных древних, вот это неожиданность.

— Нико, пару слов для зрителей, — глянули на меня глаза с двумя черными точками зрачков без радужки.

Вот сейчас уже опасно будет, причем гораздо более чем недавно в поединке. Ведь если сказать что-то неправильное и настроить против себя клан Назаровых, можно приобрести проблем гораздо больше, чем увечья в поединке с Лобановым, которых я только что счастливо избежал.

Глава 15

Судя по реакции ошеломленных зрителей, решение лорда-распорядителя почтить Нико Вайса беседой довольно незаурядный случай — Луна видела и слышала, как на столиках