Нико Вайсхаммер - Сергей Извольский

— Пойдем, ему надо выспаться.

Что-то в поведении матери Луне не понравилось и она, едва зайдя к себе, не закрывая дверь встала на пороге. В пустом тихом доме был слышен шум воды — Арина принимала душ. Луна прислушалась, потом немного посидела на подоконнике у открытого окна глядя на звездное небо. Когда вода в душе на первом этаже стихла, Луну подтолкнуло будто импульсом, и она выглянула в коридор. Так и есть — Арина, в халате, поднялась по лестнице и скользнула в комнату к Вайсу.

Луна с малых лет приобрела умение скрываться в тенях — если она не хотела, чтобы ее заметили, могла избегать чужого взгляда. Она часто этим пользовалась, вот и сейчас довольно легко догнала Арину и скользнула следом за ней в комнату, притаившись в углу. Тут же испугалась последствий — если мать включит свет будет не очень удобно, но Арина выключатель трогать не стала, подошла к кровати.

Вайс спал на спине, как его оставили — дыхание ровное, но неглубокое, с хрипотцой. Арина сбросила халат, оставшись в нижнем белье и скользнула под одеяло — повернув Вайса набок, прижалась к нему сзади.

Некоторое время ничего не происходило, но Луна вдруг неожиданно отчетливо почувствовала ритмичный отзвук ауры — мать делилась с Вайсом энергией, отдавая ему свою жизненную силу. Серая практика — не запрещенная, но и неодобряемая, используемая только внутри кланов строго среди своих из-за побочных явлений. Ведь тот, с кем поделились жизненной силой, к своей батарейке мог привязаться, сродниться аурой, поэтому подобное практиковалось обычно только внутри камарильи.

Прошло около пяти минут, после чего Арина наконец выскользнула из-под одеяла. Набросила на себя халат, заметно пошатнувшись и сутулясь словно от огромной усталости, вышла из комнаты.

Луна проводила ее взглядом и фыркнула раздраженно. Ее бесило вообще все происходящее, просто наизнанку выворачивало. Постояв немного, девушка сделала шаг к выходу, но вдруг сбросила с себя толстовку и подошла к кровати, глядя на бледного Вайса, который лишившись энергетической подпитки опять начал дышать с хрипотцой.

Замысел казался идиотизмом — что она вообще здесь делает? При этом в груди поднималась злость — сейчас она всем покажет, никто больше глянуть в его сторону не посмеет, да кому он вообще нужен этот бумажный барон — мелькали в голове девушки самые разные, часто взаимоисключающие мысли. Не снимая шорт, Луна скользнула к Вайсу под одеяло и крепко прижалась. Переворачивать его на бок не стала, обняла и по-хозяйски закинула ему ногу на живот.

Полежав немного, подождав пока кожа в местах касания нагрелась, Луна начала синхронизировать дыхание. Вдох, выдох. Вдох… Выдох. Снова вдох, и опять выдох — с каждым она отдавала спящему понемногу энергии. Она никогда такого не делала, но в гимназии как-то увлекшаяся преподавательница-ворожея мельком рассказала теорию — упомянув, что процесс сложный и первый опыт нужно получать только под присмотром.

Луна никогда не равняла себя со сверстницами, всегда и во всем чувствуя превосходство. И не со сверстницами тоже — испытывая и к старшей сестре, и к матери легкое пренебрежение. Белла была красивой, но простушкой, мать не обладала сильной кровью — в семье именно Луна была самой способной и лучшей, чему сейчас нашлось подтверждение. Делиться энергией оказалось совсем легко, совершенно никакой сложности, о чем она слышала от некоторых.

Вдох-выдох, вдох-выдох — с каждым разом Луна, радуясь своей особенности превосходства и умению контролировать процесс отдавала понемногу энергии. Сейчас этот наглый выскочка проснется, и она как будто между делом выскажет ему… выскажет что-нибудь, главное сделать это надменно и походя, упомянув его глупость в решении держать ее в неведении и доверять только матери важные дела.

Луна слишком отвлеклась и с очередным отдающим силу выдохом вдруг почувствовала резко накатившую слабость вместе с ощущением стремительного падения. Так бывает иногда во сне, когда просыпаешься в испуге, осознавая себя на кровати — но в этот раз получилось ровно наоборот: теряя сознание Луна рухнула в бездну, отчетливо ощутив, как умирает душа.

Глава 16

Проснулся от ощущения полета-падения, невольно резко дернувшись. Распахнув глаза, удивился — свеж, бодр, заряжен энергией. Обычно использование чуждых способностей во время кровавого усиления влечет гораздо более сильные последствия — недельные головные боли, ломоту в костях, общую слабость и разбитость, а я сейчас как после долгого и продуктивного отдыха в отпуске.

Вот только у меня никогда в жизни не было отпуска. Мысль мелькнула, мгновенно забывшись, когда получил ответ о причине отличного состояния — слишком уж сильный почувствовал холод прижавшегося ко мне девичьего тела.

Резко вскинулся, так что с плеча в водопаде потерявших серебряный блеск волос безжизненно упала голова Луны. Соскользнув с меня, девушка безвольно перевернулась на спину раскинув руки. Выглядит так, как будто пару недель не ела — истощена, синяки под глазами заметны даже несмотря на сильный загар, кожа в лунном свете серая. Ресницы едва подрагивают, сухие потрескавшиеся губы разошлись — с болезненным испуганным всхлипом девушка открыла глаза и затихла, вздрогнув в последний раз. Все, умерла.

Отпустив Луну, соскочил с кровати. Не очень удачно — запутался в одеяле, едва не упал и нелепо взмахнув руками, разогнавшись врезался в створку шкафа. В себя пришел, но координация еще нарушена из-за влитой рывком чужой энергии. Снова чуть не упал, открывая шкаф, но по итогу все же рухнул — вместе с вешалкой со своим френчем. Зарычав от злости на непослушные руки, кое-как добрался до кармана и достал футляр с инъектором. Не раздумывая воткнул себе в плечо и сбив пластинку предохранителя, нажал на кнопку. Раздалось легкое жужжание, моя кровь заполнила широкую прозрачную колбу, скрывая кристалл прототипа и набирая в себя сияние, пульсирующее одновременно с ударами моего сердца.

Несколько секунд я смотрел на инъектор с недоумением, не веря своим глазам. Оттенок «кардинал» — ошеломленно понял я, увидев результат изменений. Но задумываться об этом было некогда — болтаясь как пьяный пассажир во время качки в Ла-Манше, то и дело припадая на четвереньки я добрался обратно до кровати и почти рухнув на Луну, воткнул ей инъектор в середину груди, незамедлительно вводя светящуюся жидкость.

Секунда, вторая, третья — вены под кожей девушки на миг засветились, по мере того как усиленная прототипом кровь стремительно разошлась по мертвому телу, но больше никакой реакции. Даже веки распахнутых глаз не шелохнулись,