Легендарный Повар 2 - Гриша Гремлинов

— Да, выбрал, — подтвердил я.

Мы вернулись в лавку. Анастасия всё так же стояла у прилавка, доедая булочку. Увидев нас, она облегчённо выдохнула.

— Папенька, ты всё-таки позволил ему что-то взять?

— Позволил, — буркнул Мраков, не глядя на дочь. — Только это не подарок, а за деньги.

— Конечно, заплачу, — я поставил отобранные овощи на прилавок и отсчитал пять медяков. — Вот сумма, на которую набрал.

Мраков посмотрел на монеты, потом на меня. Его лицо снова пошло пятнами — то ли от стыда, то ли от гнева.

— Забери, — сказал он глухо, отодвигая деньги. — Не надо мне твоих медяков! Оставь себе или коту на корм.

— Игнат Савельевич, мы договаривались…

— А я передумал! — рявкнул он, стукнув кулаком по столешнице.

Бекон, крадущийся к корзине с булками, на секунду покосился на старика, а потом спокойно вернулся к своему занятию. — Я имею право передумать! Моя лавка, что хочу, то и делаю! Если я хочу отдать тебе эти… эти огрызки даром, значит, отдам! Потому что…

Он запнулся, не в силах закончить свою фразу.

— Потому что ты единственный, кто зашёл за две недели, — тихо закончила за него Анастасия. — Не стражник и не вышибала. Просто человек с котом.

Мраков дёрнул плечом, отворачиваясь к стене. Его сутулая спина теперь выглядела совсем беззащитной.

— Забирай, Винтер, — сказал он в стену. — И вали отсюда, пока я не начал жалеть.

Я помедлил, глядя на его согнутую спину, и пожал плечами. Затем убрал медяки в карман, подхватил ящики с овощами и вышел на улицу. Анастасия выскользнула следом.

— Спасибо вам, господин Винтер, — прошептала она, и её глаза снова наполнились слезами. — Вы очень добрый человек. И булочки ваши… я никогда их не забуду. Честное слово. Таких вкусных я не пробовала за всю свою жизнь. Папенька тоже запомнит, как попробует. Вы уж простите нас ещё раз.

— Не за что, — ответил я, осторожно высвобождая руки. — Удачи вам в столице. Бекон, пошли.

Анастасия кивнула, вытерла глаза и вернулась в лавку. Я слышал, как она тихо заговорила с отцом, кажется, уговаривая пойти чай пить. Мраков не отвечал. Только скрипнула половица под его шагами. Бекон выскочил ко мне через несколько секунд, держа в зубах кусок булки.

— Добытчик, блин. Идём, — сказал я. — Своих бед хватает.

Кот фыркнул, поправил добычу в зубах и зашагал в сторону рынка. Из лавки донёсся приглушённый голос Анастасии: «Папенька, ну не дуйся. Он же по-человечески…». Мраков в ответ что-то неразборчиво, но уже без прежней злобы. Я постоял ещё немного, глядя на покосившуюся вывеску, потом вздохнул и перехватил ящики поудобнее, а свободной рукой подхватил корзину. Котомку я уже забил до отказа, так что придётся нести всё самому.

Бекон нашёл чистое место, быстро доел булку и потом требовательно посмотрел на меня, мол, а ещё есть? Я усмехнулся и покачал головой, корзину-то я оставил у Мракова.

— Дома поедим, как доберёмся.

Солнце ещё не начало клониться к западу, только тени стали гуще. Овощей, которые я купил, хватит на несколько дней, не больше, так что план с Мраковым провалился. Нужно искать другого торговца. Надо будет поспрашивать новых знакомцев. Или пора со всей ответственностью подойти к собственному огороду? Магия дриады отлично помогла своим благословением, я видел, как посаженные овощи уже заметно подросли.

Так глубоко ушёл в мысли, перебирая варианты и прикидывая, сколько времени осталось до открытия трактира, что не заметил, как за моей спиной мелькнула тень. Бекон громко зашипел, и я удивлённо остановился.

— Эй, Винтер, чего ты здесь забыл? — раздался за спиной насмешливый голос.

Я резко обернулся, насколько позволяла моя ноша. В трёх шагах от меня, поигрывая коротким мечом, стоял красномордый торговец, а за его спиной маячили двое дюжих молодцов с дубинами. Бекон вздыбил шерсть и распушил хвост, прижал к голове уши.

— Князь велел кланяться, — осклабился толстяк, перегораживая путь. — И передать, что твой трактир сгорит до того, как ты успеешь испечь хоть одну булку. А сам ты, Винтер, отправишься кормить червей.

Он кивнул приятелям, и те двинулись на меня, перехватив дубины поудобнее. Я бросил свою ношу, выхватил нож и попятился к стене, чувствуя, как гулко колотится сердце.

Бежать было некуда.

Глава 15

Толстяк осклабился, а рожа пошла бурыми пятнами, что, казалось бы, сейчас лопнет. Он предвкушал расправу за своё унижение на рынке. А нечего было тухлятиной торговать. Толстяк хоть и был с мечом, но опаснее были те двое с дубинами. Они как раз расходились в стороны, беря меня в клещи. Я попятился, лихорадочно соображая, как выкрутиться. Нож в руке против двух дубин и меча почти бесполезен, длины не хватит для нормальной атаки. Но зато у меня есть Система и характеристики. Они-то видят дохлого подростка. Нападавших ожидает хороший сюрприз.

Пока мы с толстяком буравили друг друга взглядами, Бекон начал атаку первым. Он взвился в воздух, метя когтями в лицо правому громиле. Тот взмахнул дубиной, пытаясь отбить кота, но промахнулся и получил полный набор когтей в щёку. Взвыл на одной ноте, выпустил дубину, пытаясь содрать с головы пушистого ниндзю. Левый, не глянув на товарища, рванул ко мне, занося своё оружие. Я ушёл в сторону перекатом. Помогла ловкость, и меня лишь задело потоком воздуха.

Противник сделал шаг ко мне, и я с колена полоснул его ножом по икре. Рана получилась неглубокая, зато длинная. С таким ножом можно было и насквозь мышцы разрезать, но мне нужно было вывести из боя, а не убивать. Громила отскочил от меня и запрыгал на одной ноге, хватаясь за ногу. Кровь залила штанину, дубина покатилась по мостовой, освобождая мне путь.

Я глянул на Бекона, тот уже спрыгнул со своего врага и теперь дразнил его, свесившись с выступа на стене. То хвост опустит, то лапой потянется. Громила достать его не мог, но злость на кота никак не отпускала.

Толстяк же, видя, что происходит, побагровел и сам кинулся на меня, выставив меч. Куда этому увальню против моих 12 Ловкости⁈ Как по мне, он двигался неуклюже, едва справляясь с объёмным животом. И как он только меч в этих пальцах сосисках держать умудрялся⁈ Я сделал