Смотритель маяка 4 - Артём Град

— Так достаточно густо⁈ — по комнате прокатился звенящий хохот.

Стоя у самого окна, я чувствовал его сковывающий холод, два пистолета в руках были взведены заранее. Я бросил взгляд на улицу — ничего, туман полностью заполз на маяк.

— Знаешь, да, — я улыбнулся одной стороной рта — Достаточно!

Прогремел выстрел, оглушив меня на несколько секунд. За это время я выпрыгнул в окно и повис на штормовом щите. Забираясь по несколько раз в день к себе в окно, я хорошо изучил каждый сантиметр оконного проема — Хоть какая-то польза от этой замерзшей двери —

Когда ко мне вернулся слух, вся кухня уже превратилась в огромную морозильную камеру, которую давно не размораживали.

— Сука… еще висеть здесь, пока не сгорит. — с этими словами я выпустил второй заряд, и черный кристалл принялся за работу.

Упираясь ногами в стену маяка, я подтянулся и запрыгнул внутрь, когда половина комнаты была заполнена паром. Капли стекали со стен, глаза смотрели через узкие щелки. Температура как в сауне, когда один из вас, не спросив, плеснул на раскаленные камни целый ковш.

Дождавшись конца, я выжал свою мокрую насквозь рубаху, забрал кошку и вернулся домой. Оставлять животное там было преступлением.

— Нора! — вскрикнула Лили и бросилась ко мне, когда я вошел на маяк Бенжи. — Прости меня, прости…

Девушка обнимала кошку, целовала и тискала, сделав из шерсти какую-то мочалку.

— Нора, значит, — я почесал щетину, — На маяк приходил туман, и полагаю, что не за Норой.

Здоровый глаз Лили расширился, а нем читался шок.

— Но Артур говорил, что мне ничего не угрожает.

Я пожал плечами:

— Выходит, соврал…

— Нет, нет… он не мог — она опустила глаза в раздумьях. — Может, это не его приказ?

— А вот это правильный вопрос, Лили. — я сложил руки на груди, мокрая рубашка неприятно липла к телу — И ты права, на тебя был именно такой план.

Растерянность сменялась в девушке решительностью, брови сдвинулись, она собирала план.

— Если не он, то… Я была лишь гарантом, что он не откажется. И раз его перевоплощением теперь движет месть, я стала не нужна. А при желании можно сказать, что меня убили вы…

Мне ничего не оставалось, кроме как похлопать в ладоши. Логика была железной и точной. Однако следующей фразой девушка меня ошарашила…

Глава 21

— Я хочу вернуться. Я смогу его убедить.

— Ты в своём уме? — спросил я. — Мы только что вытащили тебя оттуда.

— Он не такой. Я знаю его. — Она говорила тихо, но твёрдо. — Артур не чудовище. Его просто сломали. Марсель давит на него, мучает, обещает бессмертие. Но я могу до него достучаться.

— Он втянул тебя в это — я не повышал голос. —

— Хотел защитить. — Лили отвернулась. — Если бы не втянул, Марсель убил бы меня, как других смотрителей.

— А рука? — я кивнул на место возле стола, где некогда лежала отсеченная конечность. — Ты думаешь, он скажет спасибо за то, что мы её отрезали?

— Он поймёт. — Она подняла на меня взгляд. — Объясню, что вы не хотели зла. Что вы спасали меня. И что я вернулась сама.

Я покачал головой, наивная простота…

— Марсель не дурак. Он раскусит тебя в первую же минуту.

— Может быть. — Лили шагнула ко мне. — Но если я не попробую, то буду до конца дней гадать, могла ли я его спасти. Ты бы поступил иначе?

Я промолчал. Она попала в точку.

— Если он уже превратился, — сказал я наконец, — ты умрёшь. Или станешь заложницей.

— Знаю…

— И ты готова на это пойти?

В ее взгляде не было страха. Только усталость и решимость.

— Я люблю его, Владимир. Даже после всего. Не могу просто сидеть и ждать, пока вы его убьёте.

Решение было непростое. С тяжелым выдохом я достал из кармана грозовой кристалл от маяка Артура.

— Держи. — протянул ей. — Если что, ты знаешь, что делать…

Она взяла кристалл, сжала в ладони и кивнула.

— Спасибо. Надеюсь, не придется.

— Не за что. — я отвернулся. — Кошка, Нора, кажется… Проси Екатерину присмотреть.

Мать Бенжамина, которая стаяла тут же, ответила мягкой улыбкой. Лили подошла к пушистому талисману своего маяка и присела рядом. Та поднялась на задние лапы, ткнулась мордой ей в шею и заурчала.

— Я скоро вернусь, — сказала Лили.

— Удачи тебе…

Она шагнула в портал. Окно свернулось за ней, оставив нас в тишине. Екатерина вопросительно посмотрела на меня. Я пожал плечами и ответил лишь:

— Любовь зла…

На кухне хозяйка уже поставила две миски. Нора уже сидела в углу, нахохлившись, и косилась на местную кошку, имени ее я не знал, которая развалилась посередине комнаты, делая вид, что той не существует.

— Они подружатся? — спросил я.

— Со временем, — ответила Екатерина. — Сначала пошипят, потом привыкнут.

Нора сделала осторожный шаг к миске. Местная лениво открыла глаза, зевнула и отвернулся.

— Прогресс, — сказал я и отправился к сыну смотрителя.

Бенжи нашелся в мастерской, что было не удивительно. Он сидел на табурете, сгорбившись, и крутил в руках отвертку, не глядя на неё. Новый прототип жилета лежал на верстаке недособранный, пара ремней болталась, бокс для земли был открыт, кристалл вынут и положен рядом.

— Как ты? — спросил я, прислоняясь к дверному косяку.

Он пожал плечом, не поднимая головы.

— Нормально.

— А так и не скажешь.

Парень промолчал. Отвертка в его пальцах сделала полный оборот, и сорвавшись, упала на пол со звоном.

Я шагнул внутрь и подошёл к верстаку. Сунул руку в карман штанов и нащупал кулон с рубином, который мы нашли на разбитом маяке. Красный камень блеснул в свете свечей.

— Держи, — сказал я, протягивая кулон Бенжи.

Он поднял голову, посмотрел на украшение, потом на меня.

— Это тот самый? С мертвой шеи? — он усмехнулся кривой улыбкой.

— С пиратской, можешь не сомневаться.

Юноша взял кулон, повертел в руках, и в глазах его мелькнуло что-то тёплое.

— Я хотел подарить его маме, — сказал он тихо. — На день рождения отца. Ну, знаешь, будто от него.

Хорошая мысль, Михаил бы одобрил.

— Она обрадуется, — сказал я. — Ничего, что припозднился.

Бенжи сжал кулон в кулаке и сунул в карман. Потом снова уставился в верстак.

Я посмотрел на его руки, на жилет, на разбросанные инструменты. И тут меня осенило.

— Слушай, — сказал я. — У тебя есть верёвка? Не шибко толстая, вроде цепочки, что на кулоне.

Он моргнул, не понимая, к чему я клоню, но кивнул и достал из ящика моток пеньковой бечёвки.

Отрезав кусок локтя в полтора, я вынул