Смотритель маяка 4 - Артём Град

Третье облако висело выше остальных, плотное, как войлок. Я влетел в него и сразу понял — здесь что-то есть. Не туман, нет. Огромное масса облака, длиной в несколько километром, хранила в себе несколько кристаллов. Срывая их руками с невидимых нитей, я радовался, как мальчишка. Пальцы коченели от холода, но это меня не останавливало.

Система перед глазами говорила, что маяк остался далеко. Маленькая точка внизу, подсвеченная ярким огнём. Вокруг неё на радаре было чисто, ни точек, ни сигналов. Никто за мной не следил.

— Хорошо. Чем дальше, тем меньше шансов, что меня заметят. —

Но пора было возвращаться обратно, зацепив по пути ещё пару облаков. Турбины гудели приятно перегоняя воздух через сопла. Ветер свистел в ушах, и я поймал себя на том, что впервые за долгое время чувствую что-то похожее на покой.

В небе не было тумана, Марселя, Терранов и прочей дряни. Только я, облака и кристаллы. Все это не на долго, и хотелось ценить каждый момент.

Когда я вернулся на маяк, небо на востоке уже начало светлеть. Звёзды побледнели, горизонт налился серым, и первая полоса рассвета прорезала край неба. Я вышел через облачный маяк на морской и постоял несколько минут у окна, глядя на разгорающуюся зарю. Потом снял жилет, повесил его на крюк у двери и сел за стол, высыпав добычу.

— Восемь белых кристаллов, Боцман! Жирный улов!

Кот спрыгнул с подоконника, подошёл ко мне и ткнулся мордой в ладонь. Шерсть у него была холодной, словно он просидел у открытого окна всю ночь. Я почесал его за ухом, и он заурчал, прикрыв глаз.

— Скоро, Боцман, — сказал я тихо. — Скоро всё закончится.

Собрав кристаллы со стола, я отнес их в кабинет. — Надо не забыть заменить один в кулен Мирель — Боцман вернулся на окно и теперь смотрел на океан. Уши его ловили каждый звук, каждый рывок волны, приходящий снаружий. Муссоны несли запахи, одним из которых был отчетливый запах смерти. Я научился различать его совсем не метафорически.

— Ты чего? — спросил я.

Кот не обернулся, подергивая хвостом.

Я подошёл к окну. Солнце только поднялось, раскрасив воду в розовые и золотые оттенки.

Принеся из погреба пару рыбин, я отрезал кусок и положил в миску. — Пора бы уже свеженькой наловить, нерест прошел. А я все по маякам шляюсь… — Боцман не сразу подошёл, а посидел, подумал, затем неторопливо спрыгнул с подоконника и ткнулся мордой в еду.

— Предчувствуешь, — сказал я. — Я тоже.

Несколько зеленых кристаллов на столе. Смотрителям нужна защита. Я принялся плести. Верёвка, узел, кристалл, ещё верёвка, ещё узел. Пальцы работали на автомате. Я делал их один за другим, не считая. Для Тьяго, для смотрителя с четвёртого маяка, для нового парня с котёнком, для себя — запасной. Для Екатерины и даже для Лили. Марсель про кулоны не знал, и это было нашим козырем.

Когда я закончил, на столе лежало семь готовых подвесок, семь шансов выжить. Теперь надо раздать их, как дед мороз раздает подарки. Солнце уже поднялось, ветер стих, оставив в покое гладкий, как стекло, океан. Хороший день ожидается.

Я открывал порталы один за другим и отдавал кулоны смотрителям, сопровождая инструкцией по применению. Одни относились скептически, предпочитая держатся от тумана на расстоянии даже по время боя, другие благодарили.

— Спасибо, — сказал сторож из детского сада. — А как я узнаю, что пора?

— Я открою все порталы, просто следи и будь готов.

Хлопнул его по плечу и пошел дальше.

Новый смотритель с маяка, где погиб и родился кот, встретил меня с топором в руках, опять. Но узнал, опустил оружие и улыбнулся.

— А, это ты! А я думал, туман этот

— Пока нет, — ответил я, протягивая ему подвеску.

— Ого. Спасибо. — сказал парень и расспросил о деталях.

Последним был маяк Тьяго.

Он не спал. Сидел на берегу, в том же месте, где мы говорили в прошлый раз. Миска лежала у него на коленях, свернувшись клубком. Увидев меня, он поднял голову и кивнул.

— Держи, — я протянул ему подвеску. — Лучше и вовсе не снимать.

Тьяго принял её, оценил плетение и надел, запрятав под рубашку.

— Владимир, — сказал он. — Ночью здесь был туман.

Я замер.

— Атаковал?

— Нет. — Он покачал головой. — Не атаковал. Постоял на границе контура, чего-то подождал. Я думал, он полезет, уже вот приготовился — Он показал горсть черных кристаллов. — Но нет, убрался с рассветом.

— Странно, — сказал я.

— Это ещё не всё. — Тьяго помолчал. — Он впервые отразился на радаре. И не на обычном. На радаре зелёных кристаллов.

— Что ты имеешь в виду?

— То и имею. — Миска спрыгнула, позволив Тьяго подняться — Будешь дома, проверь, что-то здесь не чисто, это уже не просто туман.

— Но у меня нет зелёного радара, — сказал я. — Его отключил предыдущий смотритель.

Тьяго задумался. В глазах его мелькнуло тревога.

— А может, это не смотритель отключил, — сказал он тихо. — Может, это Марсель отключил. Чтобы ты не видел его приближения?

— Не знаю, это уже не важно. Я попробую включить этот чертов радар.

Глава 22

Тьяго поселил во мне настороженность, которая сочеталась с тем, что я подслушал в комнате «он не знает». Чего я не знал, и что давало Марселю преимущество?

Вернувшись на маяк, я миновал спящую Мирель, кота и направился прямиком к системе.

— Чертов радар… — информация отсутствовала. Ни заблокированных окон, ни сносок или шестеренок на экране. В разделе пятого радара была та же бессмысленная надпись

«Облачный маяк отключен»

— Да включен твой маяк, системная твоя голова!

Когда мне казалось, что зацепка найдена, она на деле не вела ни к чему.

Я дошел даже до схем и рецептов в библиотеке — Если есть проклятая гидропоника, почему нет схемы подключения радара⁉

На балконе галереи во всю пекло солнце, теплые металлические поручни на ощупь были покрыты тонким слоем соли, как недельная пыль на подоконнике. Свежий влажный ветер немного успокаивал, — Я найду, обязательно найду — крутилось в голове.

— Ты не спал? — раздался за спиной сонный женский голосок. Мирель зевала, опираясь плечом на стеклянную дверь с еще закрытыми глазами. — Я видела сон, где мы уже победили. Там еще кошки были, много кошек… Они такие — она зевнула снова, не открывая глаз — Вжуух, и стреляли зелеными глазами…

— Хах, было бы отлично… — мне ясно представилась эта картина — Кошки, стреляющие глазами, определенно бы