Неукротимый Бастард 5 - Сергей Измайлов

Ветки цеплялись за одежду, несколько раз били по лицу. Я уже почти не чувствовал, сухая на мне рубаха или мокрая от пота. Дважды мы чуть не сбились с нужного направления. В первый раз компас показал небольшое отклонение, которое ещё удалось исправить. Во второй всё оказалось хуже: знакомый ориентир на карте никак не собирался показываться на глаза. Я снова посмотрел на схему.

— Если идти прямо, должны выйти почти точно к точке.

— А если мы уже чуть сместились, то пройдём мимо, — заметила Софья.

— Потеряем время на обход.

Она кивнула.

— Зато не потеряем направление. Давайте привяжемся к тому оврагу и дальше пойдём вдоль него. Он на карте хорошо обозначен.

Я несколько секунд смотрел на схему.

После истории с болотом идея опять выбирать самый короткий путь казалась уже не такой замечательной.

— Хорошо. Идём по ориентирам.

— Сегодня весь вечер кто-нибудь убеждает меня идти медленнее, — пробормотал Марк и тихо вздохнул.

— И пока мы всё ещё не утонули и не заблудились, — заметил Никодим.

— Аргумент.

Дальше двигались именно так. К последней контрольной точке мы пришли не первыми. К этому моменту все основательно устали. Сапоги были в грязи, одежда пропиталась потом, на руках появились мелкие царапины от веток, а дыхание после последних подъёмов стало тяжёлым, но все восемь были на месте. Никто не потерялся, никто не остался в лесу, никого не пришлось вытаскивать из болота или тащить на себе. Это уже можно считать неплохим результатом.

Через четверть часа все отряды выстроились на площадке, теперь уже хорошо освещённой. Валерий Степанович стоял перед нами с журналом.

— Как вы поняли, цель упражнения была не в скорости, — сказал он, закрывая записи. — А в способности ночью не потерять направление, людей и здравый смысл одновременно. Нужно быть внимательными ко всему, охранять свой отряд на пути к цели и понимать, когда прямой маршрут перестаёт быть лучшим. — Он оглядел группы. — В целом справились более-менее неплохо. За исключением одних.

Валерий Степанович повернул голову к стоящему чуть в стороне отряду. Магический светильник показал всё, что ребята пытались скрыть: почти вся группа была чуть ли не по грудь перепачкана грязью.

Марк несколько секунд молча смотрел на них, потом медленно повернулся к Никодиму.

— Я ничего не говорил про потерянное время, я сразу был за обход.

— Конечно, — рассмеялся Никодим.

Даже Валерий Степанович усмехнулся.

— Вот вам наглядный пример того, что иногда сто лишних шагов экономят несколько часов вытаскивания товарищей из болота.

Грязная группа выглядела совсем не впечатлённой этим жизненным уроком.

Когда разбор закончился, мы направились в сторону общежития. Наконец-то выглянула луна, и стало хоть немного лучше видно дорожки там, где магических светильников было недостаточно. После нескольких часов движения почти вслепую даже слабый лунный свет казался настоящим подарком.

— Кто бы мог подумать, — пробормотал Марк, устало переставляя ноги, — что обычная кровать будет казаться мне настолько привлекательной.

— Забыл про пирожки, — усмехнулся Дмитрий.

Марк сразу немного оживился.

— Может быть кто-то и забыл, а вот у меня лично всегда есть запас! Сейчас приду в комнату, съем пяток, запью компотом и сразу спать.

— Вот для чего на самом деле нужны стратегические запасы, — заметил я.

— Именно! — Марк поднял палец. — Наконец-то хоть один человек в этой группе понимает основы военного дела.

— Ну хоть с нами поделишься? — рассмеялся Никодим.

— Свои надо иметь, — буркнул Марк.

Прошёл ещё несколько шагов, выдержал паузу, потом сам рассмеялся и махнул рукой.

— Конечно, поделюсь. Я же не зверь какой-нибудь.

* * *

По одной из второстепенных дорог северо-восточнее Солнцеграда двигалась небольшая группа обычных неприметных людей в составе вполне заурядного хозяйственного обоза.

Со стороны всё выглядело совершенно естественно: пара телег, нехитрый груз, неторопливо идущие рядом люди в простой неброской одежде. Кто-то вёл лошадь под уздцы, кто-то лениво переговаривался о дороге, погоде и ценах на продукты, один из мужчин даже время от времени поправлял сползающий мешок, изображая обычного помощника торговца.

Но если присмотреться внимательнее, для знающего человека под капюшонами и широкими шапками угадывались несколько знакомых лиц: Борис Николаевич Каменский, Остап Афанасьевич, Виктор, Степан и несколько проверенных бойцов.

Разговаривали они нарочито спокойно, однако каждый внимательно следил за обочинами, лесом и редкими встречными. Оружие было спрятано под плащами так, чтобы при необходимости до него можно было добраться одним движением. Люди старались двигаться чуть сутулее и медленнее, чем обычно, изображая усталых возчиков, и только слишком внимательный взгляд мог заметить, насколько грамотно они держат расстояние друг от друга.

Борис Николаевич шёл возле первой телеги и вроде бы больше всего интересовался поведением лошади, но на самом деле уже давно следил за дорогой впереди.

На узком участке между лесом и неглубоким оврагом показался вооружённый отряд без каких-либо знаков принадлежности.

Каменский едва заметно прищурился. Уже одного взгляда хватило, чтобы понять: на обычных разбойников эти люди совершенно не похожи. Хорошее оружие, добротные сапоги, подогнанная по фигуре одежда, уверенная манера держаться. Даже стояли они не беспорядочной толпой, а так, чтобы перекрыть дорогу и одновременно не мешать друг другу. Слишком правильно.

Борис Николаевич продолжил вести под уздцы запряжённую в телегу лошадь и не изменил ни шага, ни выражения лица.

Почти поравнявшись с отрядом, он поднял голову и обратился тому, что был впереди:

— А вы, мил человек, часом не заблудились?

— Мы-то часом нет! — грубо ответил тот, кого Каменский ещё до первых слов мысленно определил командиром. — Вот вы, похоже, точно зашли не туда. Торговые обозы здесь редко ходят.

Борис Николаевич невозмутимо пожал плечами, будто услышал совершенно обычное замечание, а сам тем временем успел отметить положение ещё троих вооружённых людей, расстояние между ними и едва заметное движение одного из лучников в глубине группы.

— Знаю, — спокойно ответил он. — Мы регулярно здесь ходим. Каждые две недели. Неделю туда, неделю обратно.

Командир неизвестных нахмурился.

— Так если ты сам здесь нечасто бываешь, — с нарастающим раздражением продолжил он, — то откуда знаешь, что мы тут не свои?

Каменский чуть склонил голову набок, внимательно разглядывая собеседника.

— Да говор какой-то немного не местный, — с простоватой ухмылкой произнёс он. — Наверное, столичный или северный какой.

Взгляд незнакомца мгновенно изменился. Борис Николаевич это заметил, значит, задел куда надо.

— Что-то ты разговорился чрезмерно, торгаш! — уже не скрывая раздражения, рявкнул военный и положил руку на рукоять меча. — Показывай, что там везёшь! Может, и нам что понравится и пригодится?

— Да ничего особенного мы и не везём, — виновато развёл руками Каменский, продолжая изображать безобидного торговца. — Капуста, картошка да репа со