Его Дубейшество - Сергей Витальевич Карелин

— А может, это проделки агентов Саранчи? — задал я вопрос, мучивший меня уже долгое время.

Будь это правдой, то влиянием этих агентов многое можно объяснить.

— Да, помню, как я не дал развить эту тему Сергею Михайловичу на одном из ваших занятий, — покивал директор и поправил съехавшие на нос очки. — Именно этого я и боялся. Что мы начнём подозревать всех вокруг…

Степан Степанович замолчал. Я тоже ничего не ответил. Не на что было отвечать. Я помнил то занятие у Сергея Михайлович. Он показывал нам рядового пехотинца Саранчи, рассказывал о разных видах врага и хотел поделиться ещё каким-то знанием, но директор остановил занятие.

— Может, вы правы и дело в шпионах, — снова заговорил директор, возвращаясь за стол. — Может, в простой человеческой глупости. И самонадеянности. Как бы то ни было, наш государь считает, что врагу надо дать жёсткий отпор. Максимально жёсткий. Чтобы показать ему, что мы всё ещё сильны и нечего даже думать покушаться на нас.

— И поэтому он решил усилить войска лучшими студентами из всех академий, верно?

Степан Степанович кивнул.

— Пришёл указ. По сотне с каждого учебного заведения страны. К счастью, как вы поняли, вас хотя бы отправляют не на западный фронт.

Хм, думаю, замысел Императора весьма простой. Для начала показать, что с нами связываться себе дороже, а если не поможет, ударить посильнее, чтобы охладить самые горячие умы. Правда, если страхи того же Сергея Михайловича правдивы и это всё дело рук агентов влияния Саранчи, вряд ли план Императора сработает. В общем, поживём-увидим.

— Когда отправка? — спросил я.

— Не сейчас. После Нового Года. Я всё ещё составляю списки, но вас, Дубов, и ваших подруг я уже включил. За короткий срок вы стали одними из лучших студентов. Даже с учётом плохой посещаемости занятий.

Эх, шила в мешке не утаишь. Мне и правда со всеми этими поездками пришлось пропустить пару занятий. Ладно-ладно, пару десятков!

— Так что используйте оставшиеся недели для подготовки. Я уже договорился с Сергеем Михайловичем об усилении ваших тренировок. Три раза в неделю.

У меня аж чуть челюсть на пол не упала. Три раза! Да я от одной тренировки отходил по три дня. Мышцы болели, синяки и ссадины. Впрочем, эффективность таких тренировок была для меня неоспоримой. Но три раза в неделю…

Не успел я отойти от этой новости, как директор меня добил:

— И говоря «ваших», я подразумеваю всех вас, Дубов. То есть княжну Василису Онежскую, Лакроссу Морок, Агнес Шмидт и Веронику Молчанову. Я в курсе ваших отношений и некоторых… похождений. — Степан Степанович загадочно улыбнулся, но улыбка быстро погасла. — Из вас получилась хорошая боевая единица, целый отряд, можно сказать. — Он украдкой оглянулся на старый доспех. — Заговорил почти как военачальник… Что за времена настали… Отправляю студентов на войну.

От директора я вышел в полной прострации. Не спасло даже непривычно глубокое декольте секретарши Степана Степановича, эльфийки Оксаны. Посмотреть там было на что, но мне сейчас не до этого.

Из огня да в полымя, как говорится. Не успел вернуться с турнира, на котором чуть не самоубился об Саранчу, как отправляют на войну. Хорошо, что не прямо сейчас. Но те три недели, что остались до Нового года, погоды особо не сделают. Ладно, предположим, пять недель. Ведь наверняка директор отсрочит нашу отправку на время сдачи экзаменов. Найдёт повод, чтобы мы подготовились получше, в этом я не сомневался. А затем нас отправят на одну из южных застав. А может, вовсе в Среднюю Азию.

Ладно, что-то меня эти мысли начали угнетать. Проблемы буду решать по мере их поступления. Путём наступления на них самих. А пока у меня накопилась целая куча дел. Раз завтра выходные, отправлюсь в город их решать. Правда, и на сегодня хватало. Например, утолить голод. С чего я и решил начать, спустившись в столовую.

Поздним вечером народу здесь осталось немного. Но те, кто были, проводили меня глазами до раздачи. Кто-то с завистью, а кто-то с обожанием.

Основной ужин уже прошёл, поэтому на разнообразное меню рассчитывать не приходилось. Впрочем, повара академии готовили сносно, не стоило переживать.

Я взял поднос и набрал большую тарелку плова, миску густого борща и несколько люля-кебабов. И конечно же, компот из сухофруктов. Странно, но я по нему соскучился.

Успел я насладиться только борщом и половиной плова, как в столовую ворвалась Агнес, на ходу крича кому-то позади неё:

— Я же говорила, что где еда, там Дубов!

И уже через секунду она со смачным шлепком приземлила свою сочную задницу справа от меня. Следом в столовую вошли княжна, оркесса и Вероника.

— Господи-и-ин! — завопила последняя, обнимая меня и прижимая головой к объёмной груди, чуть не в декольте на форме засовывая. Хотя я был бы не против. — Наконец-то вы вернулись!

Молчанова села слева от меня, а напротив — княжна с оркессой. Они сильно подружились за время турнира, и между ними уже не летали искры, как раньше. Разве что чуть-чуть. Для поддержания бодрости.

— А мы тебя в твоей комнате ждали, Коля, — продолжала Агнес, будто невзначай проведя рукой сверху вниз по комбинезону, под которым прятались её зелёные прелести.

— А что вы в ней забыли? — удивился я.

— Как что, господин? — с другой стороны вторила Вероника. Руки она свела вместе, тем самым подчёркивая и приподнимая своё главное достоинство. — Мы хотели послушать ваши истории, конечно же. Из первых уст, а то всё сплетни да сплетни…

— Куда ты пропал с поезда? — спросила княжна с самым невинным видом. — Директор вручал тебе благодарности за второе место в турнире? Хотя многие говорят, что тебе стоило бы отдать первое.

— Ага, если бы он очками с нами не делился, то точно его бы занял… — протянула Лакросса, повесив голову.

А Василиса стыдливо покраснела, будто чувствовала вину.

Я просто пожал плечами в ответ:

— Я туда шёл не ради первого места. А вот ты, кстати, так и не призналась зачем, — ткнул вилкой в княжну, — договорилась с Метельской и забрала Янтарь…

— Тот самый? — оживилась ещё больше Агнес, потеряв ко мне всякий интерес. — Который Янтарь Облачного Древа? Его ещё называют Слёзы Нирвалариона. Расстреляйте меня семеро, если это не философский камень для целой кучи