"Фантастика 2026-188". Компиляция. Книги 1-13 - Харальд Хорф

Это была Дана Ордынцева – неужто проследила за ней?.. Не успела Лара об этом подумать, как Дана уже бросилась к ней. Больно вцепилась в локоть:

– Снова ты?! Так я и знала! – зло прошипела Дана.

– Отвяжись!

Должно быть, от неожиданности Лара весьма ловко развернулась и пихнула Дану в плечо. Да не слабо. Та попятилась и, в конце концов, упала.

Лара в жизни никого не била. Даже в детстве, в глупых ребяческих играх. Малейшее проявление грубости с чьей-то стороны, едва повышенный голос – и она впадала в панику, каменела на месте. На глаза накатывали слезы, и Лара тотчас бежала под защиту няньки-Акулины.

И сейчас бы ей перепугаться, извиниться, помочь Дане встать…

Однако Лара, хладнокровно поправив стянутый Даной рукав, вернулась к нише-лестнице, скоро и уверенно взбежала наверх. Была бы хоть какая-то дверь или крышка, Лара непременно захлопнула бы ее, спасаясь от разъяренной Даны – но о том строители дома почему-то не позаботились.

И лишь там, на крыше, под открытым небом, Лара поняла, что сама себя загнала в ловушку. Других лестниц, дверей, переходов здесь не было – круглая открытая площадка и зубчатая стена башни, ее огораживающая. Не очень-то высокая стена. Не считая зубьев, она едва доходила Ларе до пояса.

В центре же площадки имелось небольшое длинное возвышение, вроде каменного стола… только это был не стол. Скорее, ложе. Вся его поверхность оказалась испещрена мелкой убористой вязью – символами, перевода которым не было ни в одном известном Ларе языке. Лишь вязь по периметру, самую крупную и выщербленную особенно глубоко, Лара узнала. Этот же рисунок был начертан по кругу ее медальона.

А в изголовье ложа имелось углубление, где находился совсем не почерневший от времени кинжал с длинным трехгранным лезвием и массивной рукояткой, увенчанной свирепой оскалившейся звериной головой.

Это был не стол. Это алтарь.

Лара попятилась, пока не прижалась спиною к зубьям стены. Ей казалось, что она даже видит бурые потеки крови на сером камне. Она знала, что это невозможно, дожди давно смыли бы любую кровь… но она все равно их видела.

Замерла, в ужасе уставившись на алтарь, и Дана. Напрасно она забралась следом. Совершенно напрасно.

– Что это? – спросила та, едва шевеля губами.

– Алтарь. – Лара подивилась ее недогадливости. – Разве вы не знали, что вашего дядюшку, Николая Ордынцева, убили в замке. Именно здесь его и убили. На этом самом месте.

– Кто убил?..

– Я бы на вашем месте лучше спросила, чем его убили.

Лара почувствовала, что снова падает в забытье – как там, на лестнице. Однако весь ее страх, тяжелыми цепями прежде сковавший тело, как будто отступил разом. Позволил вздохнуть легко, как никогда прежде, и уступил место полному безразличию к тому, что происходит вокруг. Происходить все будет так, как захочет Лара. Только это она и знала.

Она сделала несколько шагов к алтарю – осторожных, но не робких. И взяла кинжал. Массивная рукоять уместилась в ладони удивительно уютно. Лезвие сияло, будто только что из кузницы, а острое окончание, не толще швейной иголки, искрилось, поймав отсвет полной луны.

– Красиво… – Лара любовно провела пальцем по ребру лезвия, уже не столь острому. – Таким, наверное, и впрямь удобно разломать ребра и добраться до сердцевины. А вот резать им будет сложновато…

Лара перевела взгляд на бывшую подругу. Дана сейчас выглядела поистине жалко – ее била крупная дрожь, и она жалась к стене. То и дело бросала взгляды на лестницу, от которой, по глупости своей, отошла достаточно далеко. Но бежать не решалась – изображала гордячку, как всегда.

Изображала, впрочем, недолго. Она вдруг набралась смелости и – отчаянно бросилась к спасительной лестнице. Не успела, дорогу ей проворно перегородила Лара. Дана вскрикнула, показывая себя настоящей истеричкой:

– Что ты делаешь? Не подходи!

Лара ее почти не слышала. Мыслями она была далеко, в том счастливом будущем, где не будет этой во всем мешающей девицы. Там, где Александр Наумович зовет ее дочкой, не опасаясь, что несносная Даночка обидится; где он женится на доброй Анне Григорьевне, и у Лары появится все, чего она долгие годы была лишена – любящая семья. И не просто любящая, а состоятельная. Ведь этот американский миллионер, Джейкоб, он без ума от нее! И он сам бросит к ее ногам все возможные земные блага…

– Лара! Остановись, не делай этого… – Лара вздрогнула, услышав окрик Рахманова.

Обернулась на лестницу в полу – да только там никого не было. Голос как будто прозвучал в ее голове. Но еще более Лару удивляла Дана, которая пятилась от нее, как от чумной, покуда не споткнулась и не завалилась спиной на каменное ложе. Боялась она клинка, который Лара сжимала в руке.

Лара не помнила, как взяла его в руки. Не помнила, зачем его взяла. А осознав – зачем – вскрикнула и отбросила его в сторону, как ядовитую змею.

Диковинный ритуальный кинжал не иначе как чудом, угодил точно меж зубцов башенной стены – и тяжело упал вниз, в темноту ночи.

– Даночка… Дана, простите, ради бога… я не знаю, что это было!

Лара на негнущихся от страха ногах бросилась к ней, помогла подняться. Дана, бледная и вялая, не противилась – казалось, она вот-вот лишится чувств. Она даже поблагодарила Лару, совсем не отдавая себе отчета. Лара увидела, что та пришла в себя, лишь когда глаза Даны снова расширились в ужасе. Но нет, она смотрела тогда не на Лару – куда-то мимо ее плеча. А потом выше и выше…

Лара повернула голову очень медленно: сил не осталось на бурные эмоции. И то, что она увидела в темном, усыпанном звездами небе, даже не слишком удивило ее.

Это был дым. Черный, густой, будто отголосок пожара. Щедро перемешанный с серебряной искрой. Лара уже видела этот дым. Однажды – перед тем, как он обрушился на голову мальчишки-вора.

Понимая, что будет дальше, Лара крепче ухватила за руку Дану, и так вцепившуюся в нее мертвой хваткой, а после – за узорчатый край каменного ложа. Лара была готова. Медальон ли был ей помощником, или же просто не осталось сил бояться – она знала, что не отпустит Дану, даже если ее станут резать по живому.

Черный дым словно подслушал ее мысли – невероятно, но он начал рассеиваться. А потом и вовсе уплыл вниз…

– О, Боже мой… ты видела это? Ты видела? – всхлипнула рядом Дана.

Глупая, она думает,