Луна и драконы - Марина Сергеевна Комарова

– Что будем делать? – задал вопрос Ла-гуа, паря надо мной.

– Есть предложения?

– Не отвечай вопросом на вопрос! – возмутился он. – Я всего лишь цветочек, откуда мне знать такие великие вещи, как тебе?

Я фыркнула. Ишь подлиза мелкий. Беда, что сейчас даже при всём желании мало что сделаешь, поэтому, взвесив все за и против, я подошла к двери и коснулась колокольчика.

Мягкий звон оповестил, что всё сделано правильно. Заняв место на диване, я расправила юбку и чинно села, сложив руки на коленках.

Кхон-рап-чаи явился спустя несколько минут и уставился на меня глазами-провалами. Несколько жутковато, когда на тебя так смотрят, но главное – не терять лица и играть до конца.

– Уважаемый, где тут можно принять ванну? У меня процедуры ухода за телом, если пропущу хоть день, то пугать можно будет мною, а не тобой.

Такого поворота Кхон-рап-чаи явно не ждал. А кому сейчас легко?

Глава 25

Ваттана Накхон, мать дракона, хозяйка десяти небес (на десятом никто не был, поэтому не докажут, что его не существует), Ма-покронг не могла найти себе места.

Она ходила туда-сюда по своим покоям, едва не рыча от ярости. Эта соплячка, неуместная и несуразная, что она себе возомнила? Вот так просто взять и отправить мать императора в Обитель горных вершин?

Поначалу Ваттана просто не поверила в услышанное. Решила, что уже проблемы со слухом, возраст даёт о себе знать. Но потом поняла, что этот толстый кот Муруи не шутит. Ещё и старается выглядеть менее довольным, чем на самом деле.

– Великая Ма-покронг, это распоряжение её величества, – сообщил он, склонившись как можно ниже. – Я не в силах оспаривать её приказы. Прошу понять.

В груди закипало от гнева и обиды. Она, конечно, помнила, что Вонграт не посчитался с её мнением, в этом он был до ужаса похож на своего отца, но чтобы всё вот так продолжалось…

– Ненавижу, – прошипела она.

Чешуя опасно приблизилась к коже, превращая лицо красавицы в драконью морду.

– Госпожа, – подал голос Чальи, который хоть и стоял на коленях, но прекрасно чувствовал настроение хозяйки, понимая, что можно спокойно говорить и не получить наказания.

– Что? – резко отозвалась Ваттана.

– Рискую навлечь ваш гнев, но скажу: ваша невестка не хочет вам зла.

Ваттана резко остановилась. В глазах сверкнули золотые искры. В мгновение ока оказавшись возле него, она длинным ногтем подцепила подбородок Чальи и вздёрнула вверх.

– Говори.

Он спокойно посмотрел на неё. В чёрных глазах не было ни намёка на страх. Чальи знал её много лет, поэтому философски относился ко всем проявлениям эмоций. Ну немного посердится, ну даст выход эмоциям – с кем не бывает? К тому же уважаемая Ма-покронг может себе это позволить в очень узком кругу.

Чальи некоторое время помолчал, словно подбирая слова, потом произнёс:

– Её величество ни разу не пыталась навредить вам.

Ваттана сложила руки на груди, сверля его взглядом. Но говорить ничего не стала, быстро вспоминая все встречи с невесткой. Что ж, это так. Только вот где гарантия, что не сделает этого в дальнейшем?

Клану Вечерних лотосов она не доверяла. Когда-то её муж и Танхва были друзьями, спасали один другого на поле боя. Потом что-то пошло не так, они начали отдаляться. Но её Рунг был человеком слова, поэтому, когда старый друг появился на горизонте и напомнил, что они собирались сочетать браком детей, не отказал.

Ваттана была против. Заключать союз с Лотосами? Зачем? Клан обладает очень малой властью, не имеет потенциала в развитии империи, не славится своими мастерами. То, что она слышала о дочери Танхвы, её совершенно не прельщало. На месте императрицы должна быть та, кто сумеет железной рукой держать весь совет, но при этом не идти напролом. Все знают, что за каждым великим мужчиной стоит женщина, которая может вовремя направить на нужную дорожку.

Ваттана любила сына, не считала его ни слабым, ни глупым, однако прекрасно понимала, что ему не хватает гибкости. Вонграт – прекрасный военачальник, он справляется с государственными делами, но в политике нужна лисья хитрость. Этого ему не хватало, возможно, появится с возрастом. Пока она сама подсказывала сыну, что могла, но ведь придёт время, когда за ней явится смерть. У Вонграта должна быть опора и поддержка. И эту роль предназначена выполнять жена. Пусть между супругами не будет любви, но обязаны быть взаимопонимание и уважение.

Вонграт не любил Сойлинг. Поначалу был против этой свадьбы, но потом принял волю отца. Причины не озвучивал. Ваттана подозревала, что с Сойлинг он бы разбирался потом, после возвращения.

Ваттана резко выдохнула, сцепив руки. Вернётся. Он вернётся.

– Я не доверяю Сойлинг Сопхе. Поначалу она была бестолковой девчонкой, а теперь совсем изменилась. Как это понимать?

Чальи выдохнул, потом нахмурился:

– Я слышал, что ритуалы в храме Солнцеглаза способны на невероятные вещи. Возможно, бог на нашей стороне.

– И дал этой пустой яичной скорлупе немного мозгов? – поморщилась Ваттана. – Неплохо бы. Я б точно не отказалась.

Продолжить ей не дали появившиеся слуги и стражник.

– Госпожа, всё готово, – произнёс он.

– Я не еду, – сказала Ваттана, не глядя на него.

Стражник растерялся. Она понимала, что в первую очередь ставит в неловкое положение его. Приказ императрицы нужно исполнять, но силой тащить Ма-покронг, которая тут значительно дольше, тоже плохой вариант.

Как бы дальше всё развернулось, неизвестно, если бы не раздался чей-то крик:

– Госпожа! Госпожа! – Растолкав всех слуг, в покои влетел личный посыльный Ваттаны. – Госпожа! Срочная новость! – Он упал на колени.

– Встань, – сказала она без выражения. – Что случилось?

– К вам прибыл посланник из… из…

– Не спеши. Говори с толком.

– Посланник из Обители горных вершин!

Все находившиеся в помещении еле слышно ахнули. Даже Чальи изменился в лице. Ваттана нахмурилась. Посланник оттуда? Воистину странные дела творятся в империи Исан, если кто-то из мудрецов решил здесь появиться. Последний раз такое было перед боем… последним боем Рунга.

– Пригласи, – коротко сказала она.

* * *

Повозка Ма-покронг ехала узкими горными дорожками. Вниз смотреть не стоило – на такой высоте обязательно закружится голова, потом проблем не оберёшься.

Ваттана сидела на подушках, косясь на высокого крепкого мужчину в одеждах монаха из Обители горных вершин. В голове до сих