Серый Волк (не) для Красной девицы - Светлана Малеёнок

— Диету.

— Да, диету, хоть и с боем, но, с помощью королевы Эльжбеты, худо-бедно, да соблюдает! Опять же, отвары пьет. Подагра отступать стала. Ну зачем все портить? А, Серенький? — я умильно посмотрела на серьезную морду волка и, забывшись, почесала его за ухом. И лишь увидев осоловевшие от удивления глаза зверя, поняла, что, собственно, приласкала сейчас мужчину! Отдернув руку, я смущенно крякнула и, встав с корточек, вернулась в своё кресло. — Я тебя слушаю, рассказывай!

Волк обежал меня и запрыгнул на тахту.

— Я понял, чей запах учуял на балконе! Сначала я его не узнал, но там, на клумбе, я нашел носовой платок, который имел узнаваемый запах жениха Катарины, Бухтояра.

— Ты так хорошо запомнил его запах? — я удивленно подняла бровь и все же взяла кружку с совершенно остывшим чаем. Новость оказалась так себе, ничего особенного, но вот от сухомятки я уже начала икать.

— Нет, тогда в лесу не запомнил. Но я недавно встретил его здесь, во дворце, когда он злой, как черт, выходил от Катарины.

— Ну и что здесь такого? — пожала я плечами, удовлетворенно выдохнув и ставя на стол пустую кружку. Катарина пока здесь обосновалась, рядом со своей теткой. Обогрета, накормлена, ну и жених сюда за ней явился. А тогда они, наверное, поссорились, мало ли что бывает, вот ты его и видел разозленным.

— Так, да не так. Я последние дни на всякий случай следил за Катариной. Просто не верилось мне, что такая амбициозная штучка…

— Кто? Какая? — я аж подалась вперед, услышав от Серого новое интересное выражение.

— Ну, по-другому, это исполненная тщеславия, своенравная девушка.

— Ух ты! Интересные в вашем мире выражения! Ладно, продолжай!

— Так вот, следил я за ней, но ничего особенного не замечал.

— А ночью ты за ней тоже… следил? — не удержалась я от ехидного вопроса, уж больно он меня волновал.

— После того случая, когда я прошелся ночью по дворцу в набедренном фартуке и белой шляпе, поползли слухи, что ночью встречали в дворцовых переходах приведение Дитриха Первого, прадеда нынешнего короля. Оказывается, он был со странностями. Мог выйти из помывочной как есть, в полуголом виде, и пойти, куда собирался. Так вот меня за него и приняли. Я не мог не воспользоваться этим, вот и ходил по коридорам, пугая встречных, а заодно подслушивая разговоры в альковах. Босиком-то я ходил совершенно беззвучно!

— Ты рисковал! Катарина тебя видела в этом… наряде! Она могла рассказать, кто это на самом деле наводит ночами страх на обитателей дворца.

— Могла, конечно, не спорю. Но пока она надеется, что я уступлю ее… притязаниям…

— Так и скажи, что домоганиям! — фыркнула я.

— Не важно. Короче, в ночные прогулки мне подслушать ничего не удалось, но, когда я как-то раз на рассвете обернулся волком и уже возвращался в наши покои, увидел Бухтояра, который выходил из комнаты Катарины. Он был зол и, обернувшись, бросил ей напоследок: «…тем лучше! Если Жозефина и есть та девушка, то ты мне теперь не нужна!»

— Что? Он упомянул меня? И что он этим хотел сказать? — внезапно мои руки похолодели, а сердце забилось быстрее.

— Я тогда не был уверен, но теперь, когда он явно к тебе пытался пробраться, ночью, тайком, цель у него совершенно не благородная! Боюсь, тебе грозит опасность.

Я замерла, буквально скованная вдруг нахлынувшим на меня страхом, а Серый продолжил:

— Но и это еще не все! Сейчас там внизу, я учуял еще один знакомый запах, от другого нехорошего человека. И это вторая плохая новость. Боюсь, Настён, мы переходим в осадное положение!

Глава 35

Суровые будни

Серый

День прошел в обычных хлопотах, связанных с лечением Его Величества. Из-за того, что его привычный рацион был ему недоступен, Дитрих Четвертый был не в духе, что и не стеснялся это демонстрировать.

Но и в свете последних событий Настена тоже была не в настроении, поэтому, наплевав на чувство самосохранения, общалась с королем на повышенных тонах, втолковывая ему, словно малому ребенку, прописные истины про вред гастрономических излишеств и алкоголя для его монаршего здоровья.

На что Его Величество во всеуслышание возражал, что, дескать, смысл быть королем, если придется себя всячески ущемлять в своих желаниях. С чем, собственно, я был с ним согласен.

Но Настена и здесь не смогла промолчать, вставив свои пять копеек, в том смысле, что быть королем — это не столько привилегия, сколько большая ответственность. И что для того, чтобы мудро управлять королевством, монарх должен пребывать в добром здравии!

Что ответит Настене, но визуально Жозефине, Его Величество, я дожидаться не стал, едва заметив, как его лицо медленно, но верно багровеет, поспешил на помощь «старушке». Мигом проскользнув в дверь малой гостиной, быстро и взволнованно проговорил о том, что очень важное зелье уже готово, и его нужно срочно снять с огня! Ухватив подол юбки «ведуньи под прикрытием», потащил ее к двери, мимоходом успев заметить, что король от удивления забыл причину своего негодования, и, вздохнув, вернулся к тарелке с овощами.

Все те дни, пока Настена мучила его диетой, Дитрих Четвертый временно не посещал совместные со своими придворными застолья, а завтракал, обедал и ужинал в гордом одиночестве. Сначала компанию ему составляла королева. Но когда Его Величество во время очередного психа смахнул стоявшие перед ним совершенно несъедобные, на его взгляд, блюда, наряд Ее Величества впору было немедленно выбросить. С тех пор король мучился своей диетой в гордом одиночестве.

Но, насколько мне было известно, скоро «мучения» короля диетой должны получить значительное послабление, за счет достаточного ассортимента вкусных и в то же время диетических блюд, рецепты которых дала «ведунья» шеф-повару Его Величества. Должен заметить, что несколько подобных рецептов дал и я, чем до невозможности удивил всех местных работников ножа и поварешки.

Сбежав от королевского гнева, мы отправились к себе, и у дверей наших апартаментов наткнулись на топтавшегося у дверей принца. При нашем появлении глаза Винсента вспыхнули радостью, и он, с благоговейной улыбкой, протянул Жозефине огромный букет цветов! Та приняла его и бросила на меня растерянный взгляд. И я был с нею совершенно согласен. Его Высочество уже совершенно не обращал внимания на внешний вид старой ведьмы, видя перед собой лишь прелестное личико Настены.

Поблагодарив за букет, «ведунья» сослалась на сильную усталость и срочный заказ на отвар для батюшки принца, и помахав тому ручкой, скрылась за дверью, едва не прищемив мне и