Два сплетенных венца - Рейчел Гиллиг

– Все в порядке? – тихо спросил он.

– Я привязан к столбу, у меня раскалывается голова, а рядом со мной слабейший из рода Ю за последние пять веков, – пробормотал Кошмар. – Лучше не бывает.

– Уик мертв. – Голос Петира звучал так, словно он был готов последовать за братом.

Рэйвин почувствовал, как сжалось все его нутро. Он судорожно втянул воздух и, прикрыв глаза, пытался найти верные слова – но не мог.

Джеспир отыскала их за него, и голос ее был полон боли:

– Мне так жаль, Петир.

И их окутала тишина.

– Элспет, – Рэйвин наконец справился со своим голосом, – она в порядке?

– Да. – Кошмар привычно щелкнул зубами. – Но чем больше она говорит, – многозначительно добавил он, – тем труднее мне сосредоточиться. Потому-то мы и попали в эту передрягу.

Голос Элспет, ее проницательный нежный голос, не оскверненный елеем и злобой Кошмара, звучал так близко, так по-настоящему, что Рэйвин, одержимый желанием утонуть в его звучании, вдруг подумал о возможности вновь быть с ней вместе после того, как они выберутся из этой западни. Но сперва ему надо было понять, где они оказались и кто заточил их.

– Мне показалось, ты что-то говорил о безопасном пути до следующего нашего обмена, если мы пересечем это проклятое озеро, – процедила Джеспир сквозь зубы.

– Владычице Леса нет нужды в грубых стенах и веревочных путах, ты, маленькая тупица, – огрызнулся Кошмар. – Наши пленители – люди, в том нет сомнений.

Рэйвин вытянул шею, пытаясь увидеть как можно больше.

– Кто-нибудь успел кого-нибудь разглядеть? – поинтересовался он.

– Я видела только сапоги, – отозвалась Джеспир. – Две пары охотничьих сапог с потертыми шнурками и стоптанными подошвами.

– Женщины, – добавил Кошмар. – Это были женщины.

Думать было больно. Что Рэйвин знал точно – так это что они в нескольких милях от Бландера, и мили эти дались нелегко. Столь далекая от города крепость была бесполезна для короля, да и, будучи капитаном дестриэров, Рэйвин знал все укрепления Бландера как свои пять пальцев. Так кто же, чтоб ему провалиться, выстроил то, что их окружало?

– Я вижу наше оружие, – прохрипел Петир с другой стороны столба. – Оно свалено в кучу у самой стены. – Он поерзал и рассмеялся: – Они не заметили нож у меня за голенищем. – Его голос сорвался, и смех утих, словно это причиняло ему боль – смеяться без брата. – Я не дотянусь до него.

– Кто-то приближается, – прошипел Кошмар. – И этот кто-то светится. – Он щелкнул зубами. – Они забрали себе твои Карты, капитан.

Фигура человека, сжимающего в грязной руке Карту Зеркала, соткалась перед ними, словно ниоткуда.

– Очнулись наконец, – голос и впрямь был женским.

Она была высокой и носила одежду, которую Рэйвин мог бы носить, играя роль разбойника: кожа, шерсть и штаны, заправленные в высокие стоптанные сапоги. Капюшон ее плаща землистого цвета прятал волосы – кроме пары каштановых косиц у висков. Лицо было скрыто маской, но не разбойничьей – костяной: на ее лице красовался бараний череп.

– У тебя отличные Карты, дестриэр, – заметила она, крутя Зеркало в пальцах. – Эта, да еще Черная Лошадь и Кошмар – пригодятся. А вот от Девы вряд ли здесь будет толк. – Она склонилась к Рэйвину, и бараний череп уставился на него своими пустыми глазницами. – Как голова? Я слыхала, голова от дыма трещит.

– Она знает, что трещит, – раздался новый женский голос откуда-то со стороны Джеспир. – Потому она и готовит его с таким удовольствием. На этот раз крепковато вышло, сестра, они целую вечность в отключке провалялись. – Голос умолк ненадолго, а потом вновь зазвучал: – Ты дестриэр?

– По мне не видно? – вопросом на вопрос отозвалась Джеспир.

– Вообще-то нет, – протянул голос. – У тебя в лице нет грубости и жестокости.

– Подойди ближе, – оскалилась Джеспир, – и увидишь.

Когда Рэйвин наконец увидел вторую женщину, то понял, что одета она сходным образом. Только маска отличалась: череп был волчий. Она была так же высока и широкоплеча, как и ее подруга.

– Кто вы? – поинтересовался он, прищурив глаза.

– Отрава Бландера. – Та, что носила баранью маску, широко развела руками в притворном приветствии. – Мерзкие изгои. Зараженные. – Она широко улыбнулась. – Добро пожаловать, дестриэры. Вы не задержитесь надолго, но ваши последние часы на этой земле будут полны чудес – это я вам обещаю.

* * *

Эта крепость не была ни укрепленной, ни хорошо охраняемой. Здесь не было часовых, среди дюжин мужчин, женщин и детей, проходивших через двор, где привязали пленников, почти никто не носил оружия, за исключением, разве что, нескольких луков и охотничьих ножей – все они были мирными обывателями. Кроме тех двух женщин в масках.

Хозяйку бараньего черепа звали Ото, а ее сестру с черепом волка – Хесис. Они нарезали круги вокруг столба, словно хищные звери, и ни на секунду не допускали даже мысли, что Рэйвин и в самом деле может оказаться таким, как они, – зараженным.

– Я знаю, кто ты такой, – ухмыльнулась Хесис. – Племянник нашего гнусного короля. И ты хочешь, чтобы мы поверили, будто Роуэн мог назначить зараженного капитаном своих дестриэров?

– Неважно, во что ты веришь, – огрызнулась Джеспир. – Это правда.

– И все же мы нашли в его кармане амулет – голову гадюки.

– Это запасной, – пропыхтел Рэйвин, извиваясь в своих путах.

Хесис рассмеялась и двинула кулаком ему прямо в лицо. Он ударился затылком об столб, и у него в глазах помутилось – такой невыносимой оказалась боль.

Кошмар тихо зашипел.

– Допустим – только на секунду, – что мы тебе верим. – Ото покрутила рукой, словно отбрасывая эту мысль, как нелепую и недостойную. – Если ты заражен – в чем твоя магия?

Это был простой вопрос – и на него был долгий и сложный ответ.

– Я не могу использовать Карты Провидения, – выдавил Рэйвин сквозь слепящую боль.

– И поэтому у тебя в карманах целый арсенал? – с недоверием прищурилась Ото.

Рэйвин прикрыл слезящиеся глаза.

– Некоторые Карты мне пока еще подвластны.

Хесис сжала зубы.

– Звучит не слишком-то правдоподобно, дестриэр.

Она ударила его снова.

– А твоя магия? – требовательно спросила Джеспир. – Дашь нам оценить преимущества наших похитителей?

Хесис пропала из поля зрения Рэйвина, и ее голос зазвучал откуда-то со стороны Джеспир.

– Я могу видеть глазами ворон, – сказала она. – Они говорят со мной, шепчут мне и делятся со мной. Так мы вас и нашли. Вы много шума наделали в лесу, много гнезд разорили. Я видела, как охотничий отряд в черных плащах пересек Шепчущее озеро и направился в нашу сторону, – в ее голосе