Крадуш. Чужие души - Болдырева Ольга Михайловна

Карел нахмурился.

— Тебе нужно какое-то необычное зелье?

— Нет, мне удачно подвернулось помещение, которое можно переоборудовать в лабораторию. Но где это самое оборудование в городе приобретают, не имею понятия. Не по аптекам же бегать? Хочется все заказать сразу и в одном месте.

Карел призадумался.

— Ничего не смыслю в алхимии и лабораториях. При дворе служит мастер... старый и вредный, но дело свое знает. Видел бы ты его царство склянок! Я спрошу. — На последней фразе лорд Киар душераздирающе зевнул, едва успев прикрыть рот ладонью.

— Спасибо! Тяжелый день? — посочувствовал я.

— Ужасно! — честно признался Карел. — Я, откровенно говоря, домой шел, мечтая, как уткнусь носом в подушку... Мой дом недалеко. Обычно-то я в замке наместника ночую, но сейчас ближе идти до особняка Бенайлов.

— Устал и все равно отвлекся на меня?

— Ты один из немногих, кто не кривится при моем приближении и не цедит слова, будто общается с кучей мусора. В лицо мне такое никто не скажет, конечно, они не самоубийцы — лебезят и поклоны бьют, как положено. Но за спиной ненавидят. Я не жалуюсь, честно. В основном мне плевать на всех, кроме наследника…

Такая незамысловатая искренность тронула меня.

Я бы ни за что не сознался в такой слабости, как жажда общения, хотя мне было знакомо это чувство. И сразу стало понятно беспросветное одиночество, окружающее Карела всю его жизнь. Неудивительно, что он потянулся к первому, кто, ничего не зная о нем, не отшатнулся, не испугался, а отнесся как к обычному человеку.

— А рассказы об эльфах действительно меня интересуют, — спокойно продолжил Карел, — думаю, грешно упускать возможность пообщаться с живой легендой.

— Ты еще не успел разочароваться? Легенда из меня так себе, признай.

— Какая есть. У моего дома нет очереди из эльфов, жаждущих внимания, — незлобно поддел Карел и потер глаза.

Концерт закончился, площадь стремительно опустела, как и ресторан, посетители за соседними столиками быстро рассчитывались и покидали насиженные места.

— Иди спать. Надеюсь, это не последняя встреча, и тебе еще надоест общаться со мной...

Карел снова зевнул.

— Спать — согласен. А что надоест — даже не надейся.

В этот раз я закрыл глаза на то, что он оплатил весь счет, вино стоило так, что за бутылку можно было продаться ресторану в рабство.

— Доброй ночи, Кериэль, я постараюсь не забыть и завтра узнать про оборудование для лаборатории.

Лорд Киар первым поднялся из-за стола и, вежливо кивнув на прощание, быстрым шагом направился куда-то вбок, за кафедральный собор. Я же подошел к собирающимся артистам и бросил в шляпу для пожертвований горсть медных монеток. Не то чтобы мне так уж понравилось выступление орчанки… Голос у нее так себе, но все-таки что-то он во мне задел, хоть я и был отвлечен беседой.

Признаю, я и сам с удовольствием бы попел, выдайся такая возможность. В этом легенды не врут — мы, эльфы, очень любим музыку и от рождения обладаем абсолютным слухом. Но одно дело — собираться под сенью вековых дубов Первоземья и под переборы гитар петь древние баллады. И совсем другое — здесь, на новом месте, голосить на площади рядом с бродячими артистами или вдруг запеть перед клиентами борделя вместе с девочками… Даже не знаю, что из этого звучит сомнительнее.

Хотя музыка людей мне всегда казалась более живой и яркой по сравнению с холодными и какими-то отстраненными мотивами перворожденных.

Глава 10.2

Конечно же, до борделя я не дошел.

— А Карел считал тебя умным оборотнем, — сообщил Вальтеру, когда меня затащили в темный проулок и прижали к горлу острое лезвие. Самого перевертыша я не видел, поскольку он подкрался со спины, зато запах табака его спутницы узнал моментально.

— Неужели? — над ухом раздался свистящий шепот, а лезвие сильнее надавило на кожу.

Порез был неглубоким, но неприятным. Второй раз сегодня пачкаюсь в крови. Или раз уже перевалило за полночь, очередное нападение засчитывается в новый день?

— Карел сказал, что ты не станешь сильнее вредить своему клану и поймешь: если со мной что-то случится — подозрения падут на тебя, — пересказал часть беседы, надеясь, что Вальтер образумится и отпустит меня.

— Уже все равно! — прошипел оборотень. — Когда утром о произошедшем узнают, меня изгонят!

Триада! Печально, и в первую очередь — для меня. Без клана Вальтер долго не протянет. Семьи перевертышей вечно грызутся друг с другом, и оставшегося без поддержки оборотня быстро прикончат. Значит, терять Вальтеру нечего. Но я верил в лучшее.

— Давай ты просто отпустишь меня, и мы разойдемся по домам. Я даже поклянусь, что не расскажу ни единой душе о нашей встрече. Идет?

У Карела же нет души, верно?

Провести ритуал над оборотнем не получится: нелюди для этого не годятся из-за различий между их душами и человеческими, а живым отпускать Вальтера нельзя. Он затаил зло и не оставит попытки отправить меня на тот свет.

Заговаривая перевертышу зубы, я судорожно придумывал план спасения.

— По домам? Что же Карел, — имя лорда Киара почему-то прозвучало издевательски, — не поселил тебя рядом с собой, если вы так замечательно подружились? Почему оставил в бедняцком квартале?!

Я чуть с мысли не сбился. Что, простите?

— Мне и здесь хорошо, — про себя порадовался, что перевертыш не успел проследить за мной до борделя, тогда бы я точно от потока сплетен не отмылся.

В обозримом пространстве не было ни воды, ни огня. Хоть ночной горшок в окно бы вылили! Незаметно вытянуть магией камни из брусчатки задача сложная, со стихией воздуха я знаком слабо, а для сонного или парализующего заклинания не хватало концентрации — лезвие кинжала, готовое перерезать мне горло, сильно отвлекало. Тем более оборотень заметит, если я отпущу его руку, в которую вцепился изо всех сил, и начну плести колдовской узор.

Что ж, если идей, как освободиться, нет, значит, пойдем более сложным путем. Сосредоточившись, я отправил весь магический резерв к горлу, точно к месту, куда прижималось лезвие.

— Вальтер, хватит пилить мне шею по миллиметру, так ты до утра провозишься! — возмутился я, когда клинок еще раз дрогнул. — Что за садизм? Это вообще-то больно!

Оборотень хрипло рассмеялся.

— Забавный эльф. Если бы ты только удержал