Маг сельского профиля 3 - Алексей Викторович Широков

— Кто посмел потревожить мой покой?!! — стоило моей окровавленной руке опуститься на обложку, как воздух в гостиной потемнел, сгустился и грянул суровый голос, казалось, идущий сразу со всех сторон. — Я пожру душу этого нечистивца, развею её по сорока планам астрала, а высохшую оболочку…

— Уймись. — я надавил на книгу своей волей, вложив её в импульс силы. — По праву наследника требую признать меня хозяином!!!

— Никогда!!! — голос превратился в рёв. Во тьме вспыхнули алые глаза, а поднявшийся ветер принялся трепать мне волосы. — Я сожру твою душу и наконец, вырвусь из этой тюрьмы!!! Умри!!!

— Да щаз-з-з! — несмотря на жуткие завывания и антураж атаки я практически не почувствовал. Призрак, заключённый в гримуаре, а никем иным эта сущность быть не могла, давил на психику, заставляя напугаться, чтобы потом из страха слепить оружие, но… я не боялся. После того, через что мне пришлось пройти какой-то там призрак был мелочью не стоящей внимания. Так что я лишь надавил сильнее, перегоняя свою злость в силу. — Подчинись или я сам развоплощу тебя, лишив посмертия!

— Ой, ну шо все такие нервные, уже бедному еврею и пошутить нельзя, — внешние атрибуты исчезли столь же быстро, как и появились. — Подумаешь, немножко перенервничал. А кто бы нет на моём месте! Приходят, кричат, грязными руками в душу лезут!

— Признаёшь или нет⁈ — я не собирался вестись на такие детские уловки. — Считаю до трёх, потом развоплощаю. Силой данной мне Марой…

— Да признаю, признаю!!! — а вот теперь в голосе призрака послышался настоящий страх. — Пред стихиями, Небом и Адом признаю тебя своим хозяином! Доволен⁈

— Вполне, — я убрал руку. — Представься. И проявись. Не хочу казаться идиотом, разговаривающим с книгой.

— Добрейшего вам денька! — перед нами появился прозрачный образ полненького мужчины, в потёртом костюме образца конца семнадцатого века. — Таки здравствуйте. Позвольте представиться, доктор магических искусств, ординарный профессор и заведующий кафедрой некромантии факультета наук о смерти Варшавской академии магии Казимеж Вжебицкий. К вашим услугам господа, и конечно же, прекрасная дама!

— Вы поляк? — я с интересом разглядывал профессора, и остальные от меня не отставали.

— Уже почти триста лет как покойный, — отмахнулся Вжебицкий. — Национальность с возрастом начинает казаться удивительно второстепенной!

— И всё же! — я улыбнулся. — Как вас зовут по-настоящему? Я же всё равно рано или поздно узнаю.

— Ой, шо за молодёжь нынче пошла, никакого уважения ни к годам, ни к должности! А ведь я старше вас, молодой человек, в шестнадцать раз! — потряс пальцем перед моим носом призрак, но натолкнувшись на взгляд, как-то сдулся, осел и отвернулся. — Якуб Лейбович. И таки шо, тоже будете третировать старого мёртвого жида?

— Почему? — я пожал плечами. — Поверьте, сударь, я сужу людей не по национальности, а по поступкам. Да и у нас в стране категорически не приветствуется сегрегация по любому признаку. Даже то, что вы призрак для меня не является причиной чтобы оскорбить вас или как-то принижать. За привязку извините, но это было необходимо. Видите ли, я лишь недавно встал на стезю некроманта. И мне пригодился бы наставник, особенно столь знающий как вы.

— Ученик⁈ — рывком развернулся ко мне профессор. — Хм… Тьма и смерть… метка Маржанны, метка Велеса… хм… хотя нет, это он просто одарил… шрамы на душе… обширные повреждения, от которых так и прёт астралом… что ж с этим можно работать. Сударыня, господа! Позвольте откланяться! Мне срочно нужно составить программу обучения!

— Не было забот, купила баба порося, — под дружный смех коллег я вздохнул, глядя на место, где только что стоял призрак. — И ведь не скажешь, что ему триста лет. И по-нашему чешет, только в путь.

— Скорее всего подсматривал и подслушивал. — сделала логический вывод Акулина Сафроновна. — Но в целом тебя можно поздравить. Если Кутайсов натаскивал тебя на практическую часть, то профессор явно возьмётся за теорию.

— Коротая устарела на пару сотен лет, — хмыкнул Коротков. — Впрочем, будет видно. Лишним оно точно не будет, но, к сожалению, теперь мне эту книгу в свою коллекцию не получить.

— Не расстраивайтесь, — Всеволод Кириллович как начальник мне нравился. Было видно, что он заботится о своих людях, не кидает их под молотки и в целом весьма лоялен, хоть и требователен. — Может в сундуках что-то будет. Не зря их тут аж шесть штук!

— Возможно, — Небогатова обошла выставленные в ряд сундуки. — Даже очень возможно. Но если я не ошибаюсь, сами эти лари представляют собой высокую ценность. Видела я такие руны на византийских работах начала тысячелетия. Да и приданое Софьи Палеолог в таких же привозили. Если я права… впрочем, не будем забегать вперёд. Лука, открывай по очереди! Посторонним к сундукам лучше не лезть, можно не то что без руки остаться, но и без головы, а ты уже здесь хозяин, раз тебя гримуар признал.

Мне самому было интересно, так что тянуть я не стал, усилием воли заставив выкинуть себе из головы профессора и его науку. Будет ещё время, а пока нужно довести дело и опись до конца. Поэтому я просто шагнул вперёд, с усилием подняв тяжёлую крышку и уставился на нутро сундука, забитое одеждой. Тут уже Акулина Сафроновна взяла всё в свои руки, доставая шмотки по очереди и давая им описание.

— Медвежья доха. — выдернула она первую попавшуюся вещь. — Обратите внимание на сохранность. Будто вчера сделали! Вещь, конечно, ношеная, но всё ещё как новая. Значит я была права! Это обережные лари! Лука! Ты просто обязан отдать нам хотя бы один! С ним срок хранения ингредиентов вырастет в разы!!!

— Давайте сначала закончим с описью, а затем будет делить добычу, — я не стал указывать, что в принципе никому ничего не должен, только двадцать процентов государству, а остальное было моим по закону. Жадностью или алчностью я никогда не страдал. Если сундуки действительно обладали такой способностью, то почему бы и не поделиться. Один тогда точно себе оставлю, а может и не один, а с остальными посмотрим. — Что там у нас в следующем?

В итоге четыре сундука оказались забиты вещами. Шубы, кроме медвежьей дохи ещё как минимум три, из