Маг сельского профиля 3 - Алексей Викторович Широков

— Можно что-нибудь сделать? — хоть я много раз обещал, что не стану вступаться на эту дуру, если серьёзно накосячит, но и промолчать не мог. Пусть она бестолковая непроходимая дура, сама виноватая во всех своих проблемах, но это была наша дура, родная. А я всегда стоял за своих до конца. — Я понимаю, что проступки серьёзные, но всё же.

— Знаешь, а на самом деле можно, — удивил меня Александр Михайлович. — иначе я бы тебе звонить не стал. Но требуется твоё личное присутствие. Однако сначала ты должен определиться, возьмёшь ли её на поруки. По другому никак не получится. Откажешься — я всё пойму. Ведьмы — это не тот контингент, ради которого стоит рисковать репутацией. Не оценят, не поймут, ещё и виноватым сделают. Но всё же.

— Я приеду. — пусть Мартынов во всём был прав, но и я не мог отказаться. — Часа через три буду. Это с запасом, на всякий случай, может быстрее получится.

— Замечательно, — по голосу начальника оперативного отдела было непонятно, рад он или не особо, но то, что он держал руку на пульсе всего, что происходит в области, это было однозначно. — До меня слухи дошли, что ты там наследство Алабашева принял. Поздравляю. Когда к нам поедешь, захвати посох, кольца, что тебе не нужны, атамы, если будешь продавать. Сразу здесь и оценят, пока будем с ведьмой разбираться. Если сохранность хорошая — выкупим всё. Даже огнестрельное оружие.

— Пистоли не продам, — я тут же прикинул что из найденного мне не нужно. — Повешу в кабинете на стену. И один из атамов заберу, который поменьше. Сойдёт в качестве засапожного ножа. Остальное привезу, мне оно всё равно по стихиям не подходит. А ну и медиатор «Щита» тоже заберу, он из чёрного оникса, на порядок лучше моего нынешнего.

— Добро. — не стал давить Мартынов. — Тогда жду. Как подъедешь, посох и остальное в магазин занеси, там в курсе будут и ко мне поднимайся. Всё, до связи.

— Конечно поезжай! — естественно, я ничего не стал скрывать от Алсу, и та, на удивление, не стала вставать в позу. — Не скажу, что мне это нравится, но ты прав, Наталья своя, и если есть возможность ей помочь, надо обязательно сделать.

— Неожиданно, но будь по-твоему, — я чмокнул девушку в щёку. — Вернусь — покажу что там за украшения были. Выберешь себе что-нибудь.

— Ах да, пока не забыла! — тут же тормознула меня Урусова. — Я поговорила с мамой. У неё есть знакомый ювелир в Новосибирске, и она попробует с ним договориться об оценке. Но это не всё! Я тебе не говорила, но моя мама была актрисой. Закончила Щуку, даже в кино снималась, это потом уже с папой познакомилась и пошла учиться на искусствоведа. Так вот, она говорит, что может узнать на Мосфильме, нужны ли им натуральные вещи семнадцатого века, в отличной сохранности. Там костюмеры постоянно что-то такое ищут для исторических съёмок. И если повезёт, могут забрать все тряпки за хорошие деньги.

— Конечно, пусть узнает, — идея избавиться от кучи ненужного мне барахла была отличной. — С меня подарок, выберешь что-нибудь из драгоценностей. Или если ничего не понравится, можно монеты подарить, они тоже древние и ценные. Разберёмся короче. Всё я побежал. Дом в твоём распоряжении, я не знаю вернусь сегодня или нет, так что если хочешь ночуй здесь. А пока хозяйничай. Хован! Тащи вниз пищали и посох! Может получится сбагрить их областникам. Всё, целую, не скучай. Скоро увидимся, и надеюсь, я вернусь с хорошими новостями. Правда, понять бы, какие именно будут хорошими.

Глава 20

Глава 20

Глава 20

— Приветствую, Александр Михайлович. Не опоздал? — я пожал руку Мартынову. — Мчался на всех парах.

— Нормально, пусть пока ещё помаринуется, сговорчивей будет. — отмахнулся начальник оперативников. — Я смотрю, ты приоделся. Алабашевские богатства?

— Они самые, — я нервным жестом поправил гайтан с амулетами. Не привык носить их постоянно, обычно ограничивался перстнем, но теперь пришла пора менять привычки. — Повезло просто.

— Везёт тем кто достоин, — не дал мне поприбедняться Мартынов. — Наследие Алабашева ещё до революции превратилось в байку, но каждый новый маг пытался его найти. Однако преуспел только ты. И дело не в том, что ты некромант. Думаешь, поместье они не осматривали? Но никто ничего не нашёл.

— Говорю же, повезло. — я не собирался приписывать себе каких-то невиданных качеств. — Скажите лучше, насколько всё серьёзно? Я про Наталью. Каковы шансы её вытащить?

— На самом деле неплохие, — огорошил меня Александр Михайлович. — Ты уж извини, что я жути нагнал по телефону, но мне требовалось с тобой встретиться лично. Присаживайся. Чай будешь?

— Буду. — Я не стал вставать в позу. — что там вообще произошло? Во что эта дура вляпалась?

— Согласно протоколу, вечером двадцать девятого декабря, Жильцова Наталья познакомилась в ресторане «Волна» с неким Калугиным Ярославом Ярославовичем, тридцати двух лет отроду, частным предпринимателем.

— Нэпманом, — перевёл я на понятный язык. — который бухал в ресторане. Серьёзный нэпман или так шушера?

— Ближе к шушере, — не стал поправлять меня начальник отдела, хоть официально определение «нэпман» считалось уничижительным и не использовалось. — Три точки уличной еды, правда в довольно людных местах, так что деньжата у Калугина водятся. Что он тут же продемонстрировал, начав угощать понравившуюся ему девушку, стараясь произвести впечатление. И произвёл, на свою голову.

— Он не понимал что ли, что перед ним ведьма? — не сказать, чтобы ведьмы имели какие-то отличительные черты, особенно если они были молоды и красивы, но всё же через пару минут общения любой адекватный человек мог понять, кто именно перед ним находится. Прятаться ведьмы не пытались, считая это ниже своего достоинства, чай на дворе не средневековье, на кострах их никто не жёг, а Натка так и вовсе не умела. — Или ретивое взыграло?

— Ага, взыграло, — подтвердил мою догадку Мартынов. — По словам свидетелей Калугин решил во что бы то ни стало переспать с Жильцовой, о чём неоднократно заявлял. И своего добился.

— Впрок ему это