Режиссер Советского Союза 1-8 - Александр Яманов

семимильными шагами. Речь о других направлениях. В каждом небольшом городке есть ДК, где дети могут учиться живописи, скульптуре или музыке. Государство дает возможность им развиваться, устраивая многочисленные конкурсы и выставки. Это огромное подспорье для молодых талантов, которое вряд ли есть в других странах. Или вот возьмем товарища Пузик.

Капитонова сделала недоуменное лицо, а Оксана встрепенулась на своем табурете. Я же указал рукой в сторону будущей белорусской Агаты Кристи, дабы журналистка поняла, о ком речь.

— Оксана Пузик — начинающий автор, у которой блестящее будущее. Вот скажите, в какой-нибудь западной стране маститые писатели дали бы путевку в жизнь новичку? Нет! Потому что конкуренция, и никому из них не нужен новый человек, который будет мешать господам зарабатывать деньги. А у нас авторитетные писатели, наоборот, помогли молодому дарованию.

Уже подходя к подъезду, решаю, что получилось неплохо. Проехался по художникам, но по делу. Часть из них совсем зажрались, а другие занимаются какой-то фигней. Коллег из киноиндустрии особо не трогал, наоборот, превозносил. Сделал неплохую рекламу для Пузик, заодно похвалил белорусский комсомол и тамошних писателей. Товарищи должны оценить мой жест. Еще хорошенько лизнул руководству страны и Минкульту в частности. Но это дело нужное — думаю, мой жест оценят. Самое главное, чтобы язык не застрял в начальственной жопе, а то будут воспринимать как лизоблюда. С другой стороны, мне необходимо подстраиваться под новую реальность. Значит, необходимо играть по общим правилам, хотя я и далее собираюсь покусывать разного рода козлов. Буду выстраивать образ этакого талантливого бунтаря, но соблюдающего определенные правила и идущего в ногу с товарищами. Практически со всеми нужными людьми я общий язык нашел, продолжаем работать по плану.

Когда уже поднимался на свой этаж, перед моим мысленным взором опять промелькнули стройные ножки товарища Капитоновой. Хороша, спору нет. Но за дверью меня ждет не менее интересная женщина, а в некоторых местах и более аппетитная. Сегодня я точно не собираюсь спать на диване, даже если у кого-то болит голова.

Глава 19

Капитонова позвонила через два дня. Про интервью сказала, что редакторы будут думать и советоваться, так как слишком много получилось острых вещей. Но в целом народу понравилось, так как беседа свежая и непохожая на большинство советских интервью. И еще она обозначила дату и адрес, где меня вроде как ждет хозяйка местного литературного салона. Далее потрепались о всяких мелочах, Светлана обещала держать в курсе дела, и на этом разговор закончился.

Долго размышлять не было времени. Сходить на сборище представителей разных направлений советского искусства не помешает. Хотя бы для того, чтобы понимать, чем дышит интеллигенция этого времени. Все-таки мой круг общения ранее ограничивался шапочным знакомством с актерами одного театра и по мелочам. Значимые фигуры молодого помощника режиссера всерьез не воспринимали и с откровениями не лезли. А с учетом венецианского приза и успеха плакатов с календарем, я теперь сам по себе фигура, пусть пока и мелкая. Поэтому схожу — себя покажу и пообщаюсь.

Но сейчас нет времени думать о подобных глупостях, надо работать. Мы наконец-то закончили просмотр всего отснятого материала. Долго спорили и даже сильно поругались с Моисеичем. Здесь еще и Пузик влезла на правах соавтора, с ней тоже поорали друг на друга. Надо сказать, что наша бобруйская царевна пообтесалась и начала показывать характер с коготками. Я лично это полностью приветствую, потому что надо уметь отстаивать свое мнение.

Самое интересное, что разногласия между тремя сторонами конфликта были совершенно разные. Зельцер напирал на то, что надо оставить наиболее гладкие моменты, убрав всю остроту, дабы пройти приемные комиссии. У нашего старшего товарища все еще присутствует суеверный страх перед разного рода начальниками, которые хорошенько били в молодости его по рукам. Пузик же больше напирала на романтическую линию, грозя превратить социальную драму в любовный елей. Я был примерно посередине, еще и пытался продвинуть наиболее эпатажные моменты. Не секс, его у нас в картине не было. Просто отсняли несколько достаточно резких кадров на предмет одиночества и мыслей сорокалетней женщины. Сейчас это еще не очень принято. В итоге попаданец и белорусский комсомол победили старого ретрограда!

Далее начался самый настоящий ад. Сидеть по двенадцать часов в небольшой и душной комнате перед маленьким экраном — то еще занятие. Хорошо, что мужики сдержали слово и пахали наравне с нами, только курили как сумасшедшие. На одном из перекуров я задал вопрос Андрею.

— Это не мое дело, конечно, — произношу тихо, чтобы не услышали остальные. — Только буду откровенен. Не понравился мне ваш Михаил, который по свету.

— Ну, ты прям глаз-алмаз, Анатолич, — хохотнул монтажер. — Мишаня — известный стукачок, только меру знает. Если ты там чего криминального или особо политически неправильного скажешь, то сдаст. А так — бухает с нами и нормально общается, хотя держит народ в тонусе. Подобных типов лучше держать поближе, ибо всем спокойнее. Трудовую дисциплину нарушали вместе, так что не переживай.

М-да. Странные у них здесь обычаи. Хотя вспоминаю работу в стройкорпорации. Будучи начальником отдела, сам удивлялся, откуда в людях столько дерьма. Было такое впечатление, что почти весь коллектив стучит друг на друга. Утрирую, конечно, но в людях я тогда сильно разочаровался. Времена меняются, а народ остается прежним.

* * *

В мое время этого дома на пересечении Каретного Ряда и Садово-Каретной уже нет. Поднимаясь по ступенькам обшарпанной лестницы на третий этаж, я начинаю вспоминать про саму хозяйку квартиры и сообщество, которое здесь обитало. Я все-таки не такой знаток советской богемы (или как правильно называются эти люди?), но многое вспомнил.

Хозяйка — действительно милая девушка. Не знаю, почему современники считали ее безумно красивой. Я бы сказал, что Алена умеет себя подать. И есть в ее облике что-то такое готическое, но без излишней мрачности.

— Алексей? — собственно, Басилова и открыла дверь. — Заходите. Можете не разуваться, только протрите ботинки.

Здороваюсь, вручаю Алене пакет с вином и выполняю необходимые процедуры. На кухне, откуда несло запахом табака, раздался мужской смех. Хозяйка приветливо улыбнулась и повела меня за собой. В весьма необычной комнате с черными стенами сидело человек семь. Поздоровался со всеми и был представлен звонким голосом Басиловой. Из присутствующих узнал только Губермана и Окуджаву. Первого, потому что читал его в свое время и видел фото. Второго можно узнать и в этом достаточно молодом возрасте.

Чуть позже в комнату ввалилась компания из четырех человек, с которыми я тоже вежливо поздоровался. Солировал среди них совсем молодой