Псевдоним «Испанец» 1-9 - Евгений Юллем

Распахнулась дверь и на пороге возник Род.

— Ты как, Гарс? — спросил он обеспокоенно.

— Я в норме. У вас что?

— Да капитан и караульные схватились за мечи.

— Ну и как?

— Неудачно. Порезались.

— Ясно. Тела только уберите. Я тут буду сеанс мозговой терапии проводить.

— Память читать? Так и скажи, а то мы люди необразованные…

— Прекрати кокетничать, Род. — приказал ему я. — Разберитесь там, а потом зайдите ко мне.

— Хорошо, — и Род закрыл за собой дверь.

Я потер ладони, морально готовясь, и наложил их на виски ван Макоси…

Когда я оторвался от грязной бездны его сознания, то аж плюхнулся на задницу. Да, много, ох сколько много я почерпнул из его головы! Надо все записать и переправить Арию. В королевстве развился такой заговор, что только вешать и вешать. И Тарисо, точнее эскадра Макоси, было одной из ключевых пунктов этого заговора. Вовремя успел…

Я пошарил в тумбе адмиральского стола и вынул початую бутылку флотского рома. Пойдет… Вынув зубами пробку, я хорошо заглотнул из горла. Плохо это, плохо, знаю. И не любитель я этого зелья. Но вот после читки чужих мозгов помогает только это. Как средство смыть всю гадость прочитанного.

— Все, мы готовы! — Род открыл дверь. — Э, только не в одно рыло!

— На, — поставил я бутылку на стол. — Сам знаешь, что я лечусь.

— Единый, прими за лекарство! — воздел очи горе Род и присосался к горлышку в позе астронома, глядящего на звезды.

Крякнул, выдохнул, занюхал рукавом.

— Та еще гадость. Хуже нашего пайкового рома. Уж адмирал мог себе позволить что-нибудь получше…

— Привычка — вторая натура. Как и у некоторых легионеров-алкоголиков…

— Э, зачем так говоришь, да? — подражая айзанцам сказал Род. — Куда девать эту тушу?

Он от души пнул расплывшуюся гору в адмиральском мундире. Аж золотые пуговицы затряслись.

— В щкаф его засунь.

— Эй вы там, бездельники! Помогайте! — крикнул он в приемную.

— Все шумишь и шумишь… Вроде еще не нажрался, — попенял ему вошедший Бенидан.

— Да тут будешь шуметь. Наш Гарс адмирала уконтрапупил, — Род опять потянулся к бутылке. — Отпраздновать на радостях…

— После отпразднуем, — я отобрал у него бутылку, вбил пробку и убрал пойло на место. — Сейчас игра продолжается. Бенидан, ты из нас самый представительный, переоденься в капитанский мундир. Надеюсь, вы его не сильно кровью заляпали?

— Нет, Сид все сделал чисто. Укол в глаз.

— Так вот, переоденься в капитанский мундир. На втором этаже сидит начальник штаба флотилии капитан-командор ван Адингдон. Проводи его сюда. Желательно, вежливо.

— А если не пойдет или драться начнет?

— Дашь в репу и тащи волоком, — отмахнулся я. — Доставьте мне его сюда, короче!

— Есть, — и Бенидан скрылся за дверью.

Капитан-командор ван Адингдон, судя по воспоминаниям адмирала, сильно не нравился Макоси. Но кроме внутренних контр и личной неприязни было и еще одно основное отличие — он не был замешан в заговоре. Как адмирал его терпел — непонятно. Только вот снять он его не мог при всем желании или нежелании, Адингдон происходил из старой роялисткой семьи, имеющей влияние пусть и небольшое, но достаточное, на дворянство и жизнь в королевстве. И ставил его начштабом не Макоси, он достался ему через морское ведомство. А вот на адмиральскую должность он вполне подходил.

Судя по тому, как вежливо впустили в открытую дверь кабинета капитана Адингдона, сопротивление он не оказывал.

— Капитан-командор? Я…

— Я знаю, кто вы, Ваша Светлость, — мягко перебил меня адмирал. — Видел вас на королевском балу. А потом еще и здесь, в Тарисо.

— Вот как? — хмыкнул я. — Тогда еще лучше — представляться не надо.

— Я полагаю, отсутствие здесь адмирала Макоси имеет под собой серьезные основания? — он обвел взглядом кабинет.

— Вполне.

— И где он?

— Вон в том шкафу, — кивнул я на сей предмет мебели. — Точнее, там его тело.

Судя по лицу капитана, ему это не очень понравилось. Ничего, привыкнет.

— Это ваши методы работы с личным составом?

— Все зависит от того, с кем работать. Прекрасно знаете, что он был порядочной скотиной. А вот то, что вы не знаете. Он был еще и вовлечен в заговор старых родов, устроивших только что покушение на Его Величество. Так что, согласно закону, я имел право его казнить. Прилюдно. Но сделал это тихо, чтобы не устраивать потеху штатским.

— Право?

— Читайте, — я катнул ему свиток с печатью, который до сих пор употреблялся для особо важных документов. Архаизм, конечно, но традиции…

Ван Адингдон ломаться не стал — стянул со свитка шнурок с печатью, вспыхнувшей у него под пальцами, затем углубился в чтение.

— Генерал-губернатор Тарисо? — поднял он на меня взгляд.

— Собственной персоной. И если вы скажете, что это немногого стоит, то будете арестованы и преданы суду.

— Нет, я признаю вашу власть и ваше право, — наконец решил для себя капитан.

Не врет, в ауре не появились желто-зеленые тона лжи и предательства, которые я так не любил.

— В таком случае я назначаю вас командующим лундийской эскадры на Тарисо, — я показал ему жетон Воли Короля, который у меня так и не отобрали. — Поздравляю, адмирал Адингдон!

— Э-э… Служу короне и королю, господин генерал-губернатор!

— Первый ваш приказ — арестовать вот этих вот офицеров и гражданских, вовлеченных в заговор, — я пододвинул к нему лист бумаги.

Пока мои ребятки ходили за капитаном, я быстро вспомнил основных фигурантов и набросал имена на листке. Нет, все-таки считка памяти имеет неоценимое значение, когда надо узнать правду. Вот только после этого — на погост или в лучшем случае в дурку.

— Высоко берете! — вздернул брови Адингдон. — Тут практически весь старший командный состав…

— … назначенный покойным адмиралом. Это проблема? Так как, сами справитесь или вам поможет в этом рота Королевского Легиона, которая вот уже как полчаса вошла на Тарисо и заняла портал и его окрестности?

Вот тут я не блефовал. Вооруженная до зубов рота моих спецназовцев уже была в городе. Задача — занять портал и окрестности, подготовить и удержать плацдарм для приема королевских войск. По возможности без жертв — не хватало нам еще гражданской войны здесь. Но если будет оказано вооруженное сопротивление — отвечать, и жестко. А на тот случай, если вдруг флотские заартачатся, то две пусковые установки и ракеты позволят им отбиться и потопить мятежные суда.

— Справимся сами, — угрюмо ответил адмирал.

Понимаю его. Подавление бунта среди своих никому не нравится. Арестовывать вчерашних друзей и товарищей всегда приходится с тяжелым сердцем. Особенно когда долг велит одно,