Псевдоним «Испанец» 1-9 - Евгений Юллем

а чувства другое. Вот и посмотрим, справится адмирал или нет. Если не справится — будет резня, хорошая и упорная, о которой не забудут еще лет сто или двести. А это нам не надо.

— Если не справитесь — у меня задача уничтожить всех бунтовщиков. В том числе и вместе с кораблями. Прольется много крови, а я не лью ее зря, только по делу. Пусть это будет вашим стимулом.

— Разрешите идти выполнять приказ? — спросил ван Адингдон.

— Разрешаю, — кивнул я.

Вот и посмотрим, какой ты адмирал. И пойдут ли за тобой люди. Ну а мне пора издать пару указов, как заправскому губеру, который штампует их со скоростью принтера, не задумываясь о содержании. Только я как раз знал, о чем писать.

Действие продолжилось на следующее утро, когда эскадра доковыляла до Тарисо. Все-таки Нкечи решила порезвиться и дала пару залпов. Наверное, чтобы настырные преследователи отстали. У одного из кораблей полностью отсутствовал бушприт, второй лишился юта, а у третьего мачта была надломлена и висела под углом на сохранившемся такелаже. Да, придется заказать мастеру Варрасу книппели, чтобы сносить мачты легко и просто, а также и борта проламывать. Разрывные бомбы и шрапнель как-то не особо нужны, да и на корабле они опасны при ненадлежащем обращении, как выяснилось с эльфийским крейсером. В отличие от гномов пушки у меня — вспомогательное оружие. Чтобы как в этом случае — просто попугать или утопить всякую мелочь, на которую ракету жалко.

Так что, когда слегка покоцанные корабли отшвартовались у пирса, экипажи попали в оцепление роты морской пехоты, оставленной на Тарисо. Ну а там уже постарались легионеры, переодетые в матросскую форму, своими методами отделяя козлиц от агнцев, или проще — козлов-заговорщиков от невиновных.

Ван Адингдон сдержал свое слово. Мне это понравилось — выполнить донельзя неприятный приказ в точности, без сомнения и рефлексии.

Ну а тех уже ждали — тюремные фургоны Ордена, прибывшие из Сенара, гостеприимно распахнули свои железные дверцы с зарешеченными окнами.

После того, как я быстро расписал основное, что узнал из головы Макоси и отправил его с нарочным Арию, последствия не заставили себя долго ждать. При всех его недостатках брату было не занимать скорости реакции, и орденские, поднятые по тревоге, примчались в Тарисо быстрее собственного ика. И, как только набили фургоны, сразу же умчались в Сенар — не надо было держать задержанных здесь во избежание бунта и попытки их освободить.

Я же разбирался с делами Макоси, нагло заняв его кабинет. А со всеми делами, не связанными с флотом, посадил разбираться Сида, отправив его в губернаторскую резиденцию — наместник ты бывший или нет? Мне пока и здесь дел хватит.

Вот и сейчас раздался стук в дверь

— Милорд, к вам адмирал ван Адингдон! — легионер из моей личной охраны открыл дверь.

— Пусть зайдет, — устало потер я глазницы.

Бумаги Макоси, разложенные сейчас на столе по разным стопкам содержали как совершенный мусор, вроде заявок на матросские сапоги и пеньку, так и многие интересные вещи. Вчитываться только приходилось, портить глаза.

— Ваше…

— Садитесь, адмирал, — указал я на кресло напротив. — Без титулов и именований, они слишком много сил и времени отнимают.

— Ваше приказание выполнено. Обвиняемые в измене офицеры арестованы и переданы Ордену.

Хитер адмирал, обиняками говорит. «Обвиняемые» — слово ни о чем. Типа, вы их обвиняете, но они считаются пока невиновными. Пока королевский суд не докажет их вину. Или не выбьет признание, «царицу доказательств», в чем искусны королевские мастера заплечных дел, а проще — палачи. Только вот это уже не моя забота. Потому что все, что мне надо, я уже увидел в памяти Макоси. Это, считай, одно из коронных доказательств.

— Похоже, между нами возникла недосказанность, адмирал. Я никого не обвиняю, я получил доказательство, что они виновны. Как? Просто считав в памяти Макоси все, что мне было нужно. Откуда бы вы думали, я знаю фамилии и должности ваших подчиненных? Списки экипажа листаю?

— Не знаю, господин генерал-губернатор.

— Я так понимаю, вопросы возникли не только у вас, — полуутвердительно сказал я. — Так?

— Так, Ваша Светлость.

— И у кого еще?

— Сегодня будет заседание офицерского собрания.

— Когда?

— В восемь часов пополудни.

— Не рановато ли для увеселений?

— Кто свободен от несения служебных обязанностей, тот сможет присутствовать.

— Хорошо, — сказал я. — Я там буду и отвечу на ваши вопросы, чтобы больше не было кривотолков и недомолвок. Пусть ваши подчиненные задают вопросы и получат ответы.

— Любые?

— Относящиеся к службе и ситуации, сложившейся во флотском экипаже. Это вас устроит?

— Более чем, Ваша Светлость.

Я подъехал к зданию офицерского собрания. А хорошо живут флотские! Огромный трехэтажный белокаменный особняк с гимнастическими и просто залами, буфетами, библиотеками и прочими развлечениями для скучающих вне службы господ офицеров и их жен. По-нашему это можно было назвать ДК, да собственно говоря, оно им и было. Балы, спектакли, лекции, кружки по интересам…

Я скинул плащ и предстал во всей своей красе. Нет, парадный мундир с килограммами висюлек я надевать не стал, да и не таскал я его с собой. Хватит и обычного пятнистого камка Королевкого Легиона без знаков различия и прочей мишуры.

— Пойдемте, Ваша Светлость, нас ждут! — поклонился мне ван Адингдон.

— Пойдемте, — согласился я.

Мы прошли через белокаменное фойе и подошли к черному входу в зал. Сегодня он была моей сценой.

Адингдон открыл дверь и выпустил меня к трибуне. Да, собственно, таковой и не было. А вот в зале… Он был набит битком господами офицерами.

Я обшарил глазами зал, ловя на себе их взгляды. Настороженные, кое-где враждебные, угрюмые… Аудитория была явно настроена недружелюбно. Ну что же, мне не привыкать. И не надо меня подталкивать к трибуне, адмирал, я этого не люблю!

— Здравствуйте, господа! — я включил усиление голоса так, чтобы могли расслышать все. — Я — новый генерал-губернатор Тарисо, герцог Бертелани. Вы обо мне так или иначе слышали, поэтому на этом я останавливаться не буду, кто хотел — тот узнал. Не буду вам толкать речь о родине, войне и нелегком часе испытаний — вы это и сами знаете. Оставим духоподъемное и патриотическое пустословие и перейдем сразу к делу. Задавайте вопросы. Хотя основных, как я вижу, только два. Первый от вас — можете ли вы мне доверять? Второй, мой — могу я доверять вам? Прошу!

Я жестом показал на зал рукой, предчувствуя хорошую трепку…

Глава 18

Я проснулся, рывком выдернув себя из объятий Морфея. Да, умотали меня