Древесный маг Орловского княжества 12 - Игорь Павлов

бы! Дневной Ярославец с высокого ракурса завораживает всякого. Одна лишь Люта осталась невозмутима, улыбнулась себе под нос и встала в сторонку, чтоб не путаться под ногами у верзил.

— Вот это да!! — Заорал рыжий, не стесняясь.

— О Перун!! Мне не кажется⁈ — Загорланил белобрысый. — Сашка, глянь!! Ты видишь то же, что и я?!!

— Ааааа, Марена раздери, — схватилась за голову княжна, глазища выкатив.

Внимание гостей в первую очередь привлёк наш ирский Дворец — колоссальное по своей величине гранитное строение, подчёркивающее моё могущество и статус короля в целом. И лишь после притягивают внимание чистые улочки, красивые, ровно стоящие домики да домища. Парки, сады и водные каналы. Рынки, прямоугольные поля с посевами ржи и пшеницы. Нескончаемые потоки людей на главных дорогах, красочный блеск отовсюду, куда ни глянь. Ну и конечно же мощные непрерывные линии ирских стен, уходящие за горизонт.

К этому прибавить суету на локальных стройках, движение военных отрядов, отвечающих за правопорядок и прочие хаотичные перемещения горожан. Отсюда видно даже наш главный полигон, где вечно идут тренировки. Ну и площадь с трибуной проклёвывается. Вдалеке можно разглядеть и нашу линию железной дороги, которую протянули уже довольно далеко, пока я там дурью маялся.

По всему городу развеваются флаги на шпилях, их просто не счесть. Не сложно заметить и огромное кладбище на востоке за Новосёлками, где захоронены тысячи наших героев и защитников.

Побыв немного в растерянности, княжна берёт себя в руки и рассматривает всё более осознанно. Судя по выражению на лице, подмечает детали.

— А там что? — Снова подала голос, спросив про баллисты и установки.

— Дальнобойные орудия, — поясняю. — Если интересно, покажу, как работают, но чуть позже.

— А вон то? Кладбище? Почему так много крестов? — Переводит внимание в нужное место, как истинный ратный воин.

— Не курии, не демоны, моя хорошая, — отвечаю, вздыхая. — А люди город защищали. Вон они и лежат теперь в земле, тридцать тысяч героев.

— А там, что там! — Взвизгнул вдруг рыжий, указывая на нашего волота, плетущегося с охапкой деревьев, как с вязкой дров. — Мне не чудится⁈ Это великан⁈

— Великан! — Подтвердил белобрысый. — И чего он так свободно разгуливает? А люд, чего люд не боится?

— Его зовут Изюм, — отвечаю с улыбкой. — Это тоже наш горожанин, который хорошо помогает в стройке. Люди его любят, как родного. А он только и рад.

— А как ты его…

— А почему…

Минут через пятнадцать примчал взмыленный комендант, который спас меня от нескончаемой полемики гостей. Сашка ещё держалась скромно. А вот витязи её как давай закидывать меня тупыми вопросами, перебивая во время попыток отвечать.

— Доброго здравия, ваше величество! Как я рад, что вы с Лютой прибыли в сохранности, — выдал Честимир, немного запинаясь. И быстро доложил, что в городе без серьёзных происшествий.

Выслушав его, представил гостей, начиная с княжны и дал указания приготовить им лучшие покои в Замке. А заодно накрыть в малом зале поздний обед. А то закрутились мы в Ростове, толком и не позавтракав, и не пообедав.

— На совещание всех звать? — Уточнил комендант.

— Нет, только Пересвета, Ивара и Гойника найди.

Позаботившись о размещении гостей и отправив Люту на выходной, я поспешил проведать жёнушку. Нагрянув во Дворец, выяснил, что она гуляет в Ангеловом парке. Когда — то на его месте стояла роща, где мы признавались друг другу в любви и жили совершенно туманным будущим. А теперь, когда я вижу её белым днём в окрестностях города в окружении фрейлин, слуг и красных плащей, то понимаю — её будущее в моих руках.

Ещё на подлёте всполошил зевак и всю её свиту. Приземлившись неподалёку, не успел дух перевести, Василиса уже мчит ко мне бегом! Разрумяненные щёки, глазища огромные, на золотых кудрях корона с красным рубином, чёрно — красное платье в золоте — стилю Тёмного королевства не изменяет, даже когда меня нет. Мужественно тащит на себе весь символизм. Моя пузатенькая.

— Милый мой, — протягивает, толком не отдышавшись.

Бережно принимаю её в объятия, прижимается, как сиротка. Народ вокруг собирается, горожане со всех сторон рвутся к нам.

— Не по клумбам, назад! — Орёт стража. — Обходите! Стоять! Назад!

А нам с ней плевать, стоим, милуемся, воркуем. А вокруг люд, что сериал смотрит. Кто плачет, кто смеётся. А я глаза в глаза смотрю. Моя уютная, преданная девочка. Какой же я козёл… периодически.

Сбоку обозначилась моя надёжная Гайянэ. Посмотрела чёрными глазами пытливо и просто кивнула с лёгкой улыбкой. Пока я в отлучке, она, как глава гвардии от Василисы не отходит. За что очень ей благодарен.

Постояли немного с жёнушкой и двинули гулять вместе. Но вскоре становится некомфортно, люд всё подтягивается, собираются сотни. Откуда такой ажиотаж, понять не могу. Никто не жалуется, просто рассматривает нас, как диковинных зверей.

До кучи навстречу Истислава тащится со своей свитой, тоже фрейлин себе набрала страшненьких дурнушек. За счёт казны эти нахлебницы, торгующие сплетнями, не плохо так устроились. Мне просто некогда было разбираться с бумажками, которые мне по их части подсовывали…

— Ярослав! Мальчик мой! — Орёт старуха. — Дайте, и я вас обниму, ваше величество!

Обычно стараюсь с ней не пересекаться, но сейчас нельзя при людях показывать свой негатив. Поэтому исполняя формальности, здороваемся, обмениваясь любезностями. Но очень скоро у старой ведьмы вся полемика приобретает лишь одну мысль — где ты столько времени шлялся, мальчик мой.

Посадив Василису в карету, пообещал, что увидимся чуть позже. А сам вернулся в Замок на поздний обед, где уже какое — то время меня дожидались гости да вызванные мною главы.

Отрадно, что княжна Александра переоделась в женское платье и немного прихорошилась. Видимо, быстро смекнула — в моём городе мир и порядок, что драться ни с кем не надо. Или поняла, что сопротивление просто бесполезно. Верзилы её тоже без брони, сидят в камзолах, но с оружием. Сразу на баронов стали похожи, хоть рожами всё же не перестали напоминать тупых крестьянских детин.

Стоило явиться, Пересвет сразу бросился ко мне, подхватил, расцеловал в обе щёки.

— Остромилушка на сносях! — Сообщил мне родственничек, отпряв, но плечи мои не отпустив.

Остромила беременна? Да твою ж Морозову. Похоже, мамка уже в Академии спилась в расстроенных чувствах. Она ж Пересвета на дух не переносит.

— Ну поздравляю, — усмехнулся я, держа в уме, что сводная сестра не совсем человек. И желая всем сердцем, чтоб малыш родился без отклонений.

— А у тебя, как всегда, — шепнул Пересвет, заговорчески подмигнув.

— Ты о чём? — Опешил я.

— Что ни поход, то новая баба, от