Экзобарон. Том 2 - Михаил Ежов

Когда «Иерихон» добрался до обратной стороны, ярко освещённой солнцем, аватар бортового ИскИна резко повернулся ко мне.

— Ваше благородие, я только что уловил чёткий сигнал чёрного ящика, идущий с поверхности планеты! До него примерно четыреста километров.

— Ты уверен? — спросил я. — С планеты?

— Да, мой господин. В этом нет ни малейших сомнений.

— Но как это возможно? Неужели корабль совершил аварийную посадку?

— Этого я пока определить не могу. Но надеюсь, что так и есть. В противном случае придётся допустить вариант крушения.

Я побарабанил пальцами по подлокотнику кресла.

— Из-за чего «Сирин» мог рухнуть на планету?

— Не представляю, ваше благородие. Никакой информации, кроме сигнала чёрного ящика, с него не поступает.

Это было странно. Корабли такого размера, как «Сирин», строятся в космосе и никогда не садятся на планеты. В этом просто нет смысла. Если это то место, которое указал команде звездолёта пиратский капитан, спрятавший свои сокровища, то могли ли сработать автоматические наземные системы обороны, приставленные к схрону? Хм… Если даже и так, то какой же они должны быть мощности… Нет, что-то не сходилось. Тем не менее, мысль, что «Сирин» угодил в ловушку, меня не покидала.

— Какие буду указания, ваше благородие? — выдержав паузу, осведомился Иерихон.

— Полагаю, нам придётся спуститься и выяснить, что произошло, на месте, — ответил я.

— Позволю себе заметить, господин, что это крайне рискованно. Мы не представляем, что случилось, и нас может постигнуть та же участь, что и «Сирина».

— Тут ты прав. Но нельзя же просто развернуться и улететь. Кто-то из команды мог выжить. Сделаем вот, что: приблизимся к орбите, выставив щиты на полную мощность, но не здесь, а с другой стороны планеты. Высадим десант на пароме и подлетим на нём к месту, откуда идёт сигнал.

— Это всё равно рискованно, ваше благородие.

— Ну, выбор я тебе озвучил. Выполняй приказ. Я лично возглавлю высадку.

Спустя полчаса на паром были загружены четыре мехарыцаря, включая «Пересвета», а также шагоходы-амфибии высокой проходимости. С собой я брал Мурину и два десятка гвардейцев. Все были облачены в броню и вооружены до зубов.

«Иерихон» лёг в дрейф на околопланетной орбите и открыл шлюз, через который паром вылетел наружу, окунувшись в чёрную пустоту космоса.

Паром управлялся ИскИном корабля и проводил сканирование атмосферы, пока мы снижались, а затем летели над планетой, держась на высоте восьми километров.

Прошло минут сорок, прежде чем показалась голубая кромка пронизанной солнечными лучами атмосферы. А через некоторое время мы достигли освещённой стороны планеты и увидели сквозь облака очертания материков и окружавшего их зеленоватого океана.

Зрелище было потрясающее. Большая часть суши была зелёной, но попадались и участки пустынь, а также длинные цепи гор.

Снизившись, мы смогли разглядеть огромные вулканы с титаническими дымящимися кратерами.

— Иерихон, какие на этой планете условия? — спросил я, глядя на проплывающие на экранах изображения. — Есть жизнь?

— Воздух данной планеты пригоден для дыхания, ваше благородие, — отозвался ИскИн. — Уровень кислорода составляет десять-пятнадцать процентов атмосферы. Это ниже оптимального для человека на двадцать процентов, но ничего критичного нет. Вероятно, дело в вулканической активности, из-за которой происходит усиленный выброс углекислого газа, создающего парниковый эффект. Соответственно, на планете преобладает тёплый климат. Он поддерживает активный фотосинтез растений. Как можно заметить, они занимают большую часть площади суши. По крайней мере, в пределах видимости. Вероятно, из-за жары леса часто горят, что также способствует повышению концентрации углекислого газа. Его уровень позволяет предположить, что высота растений здесь выше, чем на планетах с оптимальной для человека атмосферой, примерно в два раза.

— Что насчёт живности? — спросил я.

— В воздухе пока не обнаружены микроорганизмы, однако так высоко их и не должно быть. Хотите, чтобы я снизился для взятия проб?

— Давай. Если нет опасных для нас бактерий и вирусов, сможем выйти без скафандров.

— Я бы не рекомендовал, господин. Ближе к почве и в ней самой могут быть зловредные микроорганизмы.

— Тем не менее, снизься и проведи анализ воздуха. Если найдём выживших членов экипажа «Сирина», по крайней мере, будем примерно понимать, стоит ли бить тревогу из-за вероятности заражения.

— Слушаюсь, ваше благородие. Но считаю своим долгом заметить, что индивидуальное обследование потенциальных заражённых всё равно будет необходимо.

— Это само собой.

Паром пошёл вниз, так что вскоре уже можно было различить кроны деревьев, образующих плотный бескрайний ковёр, рассечённый лишь иногда попадающимися реками.

— Не вижу птиц, — сказал я спустя некоторое время.

— Мне пока не удалось обнаружить подобных представителей фауны, господин, — отозвался Иерихон. — А вот бактерии и микроорганизмы присутствуют. Большая часть из них участвует в круговоротах углерода и азота. Патогенов среди них не выявлено.

Мы продолжали лететь над материком. Под нами, покуда хватало взгляда, простиралось волнующееся на ветру зелёное море бескрайнего леса. Если в его тени и обитали животные, разглядеть их не было ни малейшей возможности.

Наконец, ИскИн сообщил, что мы приближаемся к месту, откуда исходит сигнал бедствия.

— Провожу сканирование пространства, — доложил ИскИн.

Прошло около минуты, прежде чем он заговорил снова:

— Ваше благородие, цель обнаружена. До неё примерно шесть километров.

Я всмотрелся в экраны. На них, покуда хватало глаз, по-прежнему колыхалось зелёное море леса. Странно… Такая махина, как боевой корабль, просто не мог упасть на планету, не оставив следа! Деревья на несколько километров вокруг места его крушения должны быть уничтожены.

— Почему мы не видим его? — спросил я.

— Не могу знать, господин. Сканеры чётко показывают присутствие корабля.

— Может ли быть применена какая-то маскировка?

— Я допускаю такую возможность.

— Тогда давай подлетим поближе и выясним всё на месте.

—