Фантастика 2026-2 - Олег Велесов

Невиданное доселе племя дикарей выбралось из ужасных и вонючих болот Най-Струпций, преодолело Узкий перешеек и, уничтожая всё на своём пути, ворвалось в наш любимый город! — он встряхнул головой и театральным жестом указал на нашу перепуганную компанию. — Смотрите на них, они у нашего порога!

Зрители охнули, как будто мы и в самом деле только что совершили марш-бросок от перешейка до Ландберга, а по дороге так поизносились, что реально походили на дикарей.

— Кто спасёт нас? Кто отведёт беду в сторону? — продолжая принимать мхатовские позы, завыл Брокк, и тут же ответил сам себе. — Ну, конечно же, кто кроме них? Вот они, наши герои!

Он ткнул пальцем вправо.

— Рыцари Света, поборники чести и величайшая надежда Западных феодов! Встречайте!

Зрители неистово захлопали в ладоши, а над крышей кулис медленно поднялась платформа, на которой стояли трое рыцарей в замысловатых доспехах. Крылатые шлемы, фигурные наплечники, увеличенные гульфики — и всё покрыто позолотой, что наверняка обозначало свет.

Мне не понравился подобный оборот. По всем канонам жанра светлые рыцари обязаны победить злобных дикарей. Но Хадамар обещал мне совершенно другой исход. Он передумал? Или это Брокк погнал отсебятину? Зачем тогда мне вернули меч?

До этого я был готов к схватке и не сомневался в победе, ибо всё указывало на её неотвратимость. Теперь моя уверенность поколебалась. Сюда бы мою старую группу или хотя бы Швара, а лучше всех вместе.

Я обернулся к куче баранов за спиной. При виде рыцарей они совсем утратили дух, включая кожемяку, который совсем недавно так яростно пытался занять мои нары. А я на него очень надеялся.

Я попытался встряхнуть их.

— Слушайте сюда. Если хотите выжить, держитесь вместе, не разбредайтесь. Попробуйте отвлечь на себя хотя бы одного. Не нападайте, просто сковывайте его, не позволяйте напасть на меня, и тогда у нас появиться шанс наполнить свои копилки.

Они меня не услышали, племя дикарей испугалось самое себя. Я плюнул — чёрт с вами — и отошёл в сторону, чтобы дать себе больше места для маневра. Если умирать, так, сука, с гордо поднятой головой. Брокк между тем продолжал нагнетать ситуацию, расписывая, какие мы, дикари, ужасные, и какие рыцари герои. Я устал слушать его драматический речитатив и крикнул:

— Слышь, декламатор, заканчивай, — и показал на трибуны. — Люди-то ждут.

Это вызвало смех среди зрителей — не сильный, но плюсик мне в карму прилетел. Брокк раздул ноздри — моя выходка ему не понравилась — и провозгласил:

— Что ж, вот и пришла пора дикарям познать всю силу праведного гнева! Да обрушится воля богов на их головы! Начнём наше действо!

Брокк вильнул в сторону, а рыцари смело пошли в атаку. Из оружия у них были только короткие копья по типу кузы с наконечником, похожим на широкий кухонный нож. Таким можно и колоть, и рубить, что, собственно, и продемонстрировал первый рыцарь. Он взмахнул по горизонтали, намереваясь снести мне голову, и ещё не завершив удар, поднял руку в победном жесте.

Это не профессионально. Я присел под кузу, чувствуя, как холодный ветерок встрепенул волосы на макушке, и, выпрямляясь, по-босяцки рубанул его Бастардом по шлему. Рыцарь завалился набок и застыл. Сообщений, что я убил его, не прилетело, значит, всего лишь оглушил. Но и это хорошо, пусть полежит немного, пока я с остальными разговариваю.

Двое других разом остановились. Один, с распахнутыми орлиными крыльями на шлеме, кивком указал напарнику в сторону моих баранов, дескать, займись этими, а сам пошёл на меня. Производить дурацкие отмашки по примеру первого рыцаря он не стал. Наоборот, сделал полукруг, с каждым шагом сокращая между нами расстояние, и не останавливаясь, водил кузой перед моими глазами, перебрасывая её из руки в руку, делая кульбиты, круги над головой, дабы я не понял, куда он намерен бить.

Да, этот будет поопаснее предыдущего. Я пошёл ему в противоход, чтобы не становиться лёгкой мишенью, и несколько раз кольнул остриём меча в грудь. Вернее, продемонстрировал уколы. Он не пытался отбить их, лишь уклонялся изящными поворотами тела. Это вызвало у зрителей дикий восторг, особенно у женской половины. Дамы вскакивали с мест, визжали и хлопали в ладошки. Рыцарь быстро отступил на шаг назад, показал мне раскрытую ладонь, мол, погоди, приятель, поклонился трибунам, чем вызвал новый визг восхищения, и вновь вернулся ко мне.

Красавчег! Я усмехнулся и уже без всяких демонстраций ударил подплужным по ногам. Ударил резко, коротко, и каким чудом он сумел увернуться — не понимаю. Он подпрыгнул, поджимая ноги под себя, и рубанул кузой сверху наотмашь.

Я тоже увернулся чудом. Лезвие лишь чиркнуло по жилету, оставляя на нём длинную ровную полосу, и на излёте задело бедро.

Вы пропустили удар. Поглощение урона 2 ХП. Потеря здоровья 61 ХП

Ах, блин... Нормально. Главное, артерию не повредил, а так даже дебаффа нет.

Мы снова закружили друг против друга. Рыцарь явно превосходил меня умением, ненамного, но разница чувствовалась. За следующие две минуты он трижды достал меня: в грудь уколом и рубящими по предплечью. Все три раза не смертельно, но в совокупности я потерял 270 ХР, и он продолжал наседать, а я потихоньку отступал к краю сцены.

Там, где сбились в отару мои товарищи по театральному мастерству, периодически раздавались крики. Я глянул мельком в ту сторону. Видимо, желание жить и моё предупреждение, пошли им на пользу. Изобразив некое подобие строя, они отмахивались от наседавшего на них рыцаря всем тем, чем вооружились перед боем. В одиночку рыцарь не мог растащить их и заставить открыться, однако всё равно дотягивался кузой, нанося болезненные раны. Это и вызывало судорожные вопли.

Но об этом нужно пока забыть, потому что противник достал меня в четвёртый раз, и уже более серьёзно. Наконечник вонзился мне в плечо, и вдобавок этот сучий рыцарь добра и света повернул его в ране, отчего у меня слёзы брызнули из глаз.

Вы пропустили удар. Поглощение урона 9 ХП. Потеря здоровья 312 ХП

Половина моей жизни осталась на кончике вражеской кузы. Я выдохся. По сути, он уже мог меня убить, но что-то удерживало его руку от завершающего удара.

Для него же хуже. Если он решил поиграть со мной, как кошка с мышкой — пусть играет. Только иногда, если кошка чересчур заигрывается, мышка может огрызнуться и сама превратиться в кошку.

Мя-я-у-у!

Я полоснул мечом слева направо, снизу вверх, потом