Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

Жуя какой-то бутерброд, Саша присел рядом со мной и включил изображение со своего плокстора, запустив показ фотографий. Я охнула.

Два огромных, красивых в своей необычности города – мне даже не сразу поверилось, что человек может создать такое на другой планете.

– Да мы тут вечность будем это разгребать! – ужаснулась я.

– Все не так просто.

Зонды, отправленные нами на Юниви, прислали результаты анализов различных образцов, взятых на поверхности, в том числе и образцов трупов. Есть подозрения, что колония погибла в результате действия неизвестного нам вируса.

Сложив в уме два и два, я пришла к неутешительным выводам:

– Кошмар.

– Точнее и не скажешь. Сегодня с утра я разговаривал с братом и сообщил, что мы не будем высаживаться.

– Все настолько плохо?

– Да. Сюда отправят вирусологов, и уже от итогов их работы будет зависеть, станет ли эта планета колонией или пойдет в карантин. Слишком ее субтропический климат способствует развитию и размножению всякой заразы.

– Значит, мы летим домой?

– Да, корабль уже взял курс. Что у тебя там с находками?

– Все, что я знала, написала в отчете. Остальное – это уже работа ваших ученых: чересчур сложная техника, мне не хватает знаний.

– Вот и прекрасно, жена. Пора нам вливаться в привычную жизнь друг друга.

– Чур, ты переезжаешь ко мне!

– Почему? У меня квартира больше.

– Зато у меня уютнее и есть кухня. Тебе ведь нравится, как я готовлю? – привела я безотказный аргумент.

– Уговорила!

Глава 20

Едва мы вернулись на станцию, новость о том, что я сошла с корабля замужней женщиной, мгновенно облетела все ее закоулки, как и тот факт, что начальник станции больше не свободен.

Первые несколько часов мы занимались улаживанием срочных дел и принимали поздравления от родителей и друзей. Но не прошло и суток с момента нашего прибытия, как Сашу вместе со мной уже вызвали с докладом к начальству.

Разговор происходил в гостиной, в неофициальной, так сказать, обстановке. После всех приветствий нам предложили сесть.

– Мы можем вас поздравить? – спросил Литвинов.

– Да. Я теперь самый счастливый мужчина, – чуть улыбнулся Александр.

По тому, как мы касались друг друга, «Пятерка», видимо, сразу это поняла, но супругу, как всегда, не было никакого дела до мнения окружающих.

– Может, начнем? – спросил эйфи.

– Отчеты мы вам предоставили. Есть какие-то вопросы? – вежливо спросила я.

– Есть просьба, – ответил Элиот.

– Какая? – я мгновенно насторожилась.

– Нам нужно, чтобы вы проникли в подсознание одного человека и выудили оттуда кое-какую информацию, – начал Фредерик.

– Что за человек? – спокойно полюбопытствовала я.

– Вот все сведения о нем, ознакомьтесь, а мы с вашим мужем пока поговорим об итогах экспедиции, – Элиот перебросил мне на плокстор все, что нужно.

И пока они обсуждали серьезные проблемы, я развлекалась «легким чтением». Человек, имеющий дар тире, в процессе развития оного умудрился его как-то то ли повредить, то ли извратить. В итоге через какое-то время носитель сошел с ума и стал использовать дар, чтобы мучить людей. И все бы ничего, нейтрализовали бы его, и с концом, но, видно, кое-что пока гарантировало ему жизнь.

Просмотр информации неожиданно оказался для меня тяжким бременем. Я и в своем времени навидалась разных маньяков, но одно дело – ролик по телевизору, и совсем другое – реалистичное 3D-изображение, которое во всех подробностях раскрывает перед тобой мир безумца.

Когда я закончила и оторвалась от плокстора, вся «Пятерка» дружно повернулась ко мне. Они, похоже, давно закончили разговор о колониях и уже некоторое время общались на посторонние темы. Литвинов нетерпеливо побарабанил пальцами по столу.

– Когда вы за это возьметесь?

– Я не буду работать с этим человеком, – пробурчала я.

– Почему? – нахмурился главный экономист.

– Вы представляете, что от меня требуете? Это не простой гражданин или нарушитель, это маньяк. Погрузившись к нему в подсознание, я испытаю небывалые муки. Нет! – отрезала я.

Александр все это время молчал, не вмешиваясь в наш разговор. Несмотря на то, что я ему дорога, и на то, что он не всегда со мной согласен, я являлась главой рода, значит, именно мне нужно было принимать это решение. А поспорить можно и наедине.

После моего отказа ляг очень долго на меня смотрел, а потом назвал такую сумму, что я сразу засомневалась в принятом решении. «Пятерка» застыла в шоке. Литвинов – прекрасный специалист в своей области и скорее застрелится, чем отдаст такие деньги, – значит, есть личный интерес. На нем-то я и попытаюсь сыграть.

– Вы меня почти убедили, и дать согласие мне мешает только страх перед неизвестностью. Хотите, чтобы я взялась за это, – удовлетворите мою просьбу об объединении сознаний.

В комнате повисло молчание. Некоторое время гуманоиды, наделенные властью, переглядывались, и только спустя пару минут напряженной тишины Литвинов медленно кивнул:

– Думаю, Фредерик будет не против.

Тот напрягся, но промолчал.

– Нет, я прошу об объединении сознания с вами. И только с вами.

– Это невозможно! – ляг возмущенно выпрямился.

– Почему? – приподняла я брови.

– А почему этого не может сделать Фредерик? Он ваш родственник, и между вами больше доверия, процедура пройдет легче. Тогда как между нами не только нет доверия, но я вас еще и прилично недолюбливаю!

Его коллеги удивления не выказали – видимо, были в курсе его «теплого» отношения ко мне. Впрочем, они явно не одобряли этого признания во всеуслышание. Александр же сидел словно каменный, и было заметно, как его злит все происходящее.

Оценив произведенный эффект, Литвинов, наверное, пожалел о сказанном, но мне не было до этого никакого дела. Главное, он понял то, что я догадываюсь о его личном интересе и могу поделиться своими догадками с другими.

– Иван, почему ты так воспринимаешь это предложение? Да, предстоит неприятная для вас обоих процедура, но ничего страшного в этом нет. Леди Уотерстоун уже доказала, что в своей области она работает очень аккуратно. Все-таки в чем причина отказа? – спросил Эдвард Элиот.

А ведь для него тоже очень важно, чтобы я взялась за эту работу! Все интереснее и интереснее.

– Хорошо, – выдавил из себя, словно через силу, ляг.

Вот и отлично!

Подойдя вплотную к теперь уже подопытному, я села рядом с ним и положила руки ему на голову. Негатив от ляга расходился буквально волнами.

– Господин Литвинов, советую вам поумерить свои антипатии. Вы не представляете, насколько неприятной может стать для вас эта процедура.

После моих слов сразу стало заметно, что мужчина обуздал свои эмоции. Отрешившись от всего постороннего, я, стараясь быть осторожной,