Его Дубейшество - Сергей Витальевич Карелин

Они с особым усердием лупили пришельцев, находясь в растянутых руках Агнес. Буквально в тот же миг правая дверь слетела с петель, и ещё двое противников выкатились по ледяной дорожке, балансируя, как коровы на льду, а вслед им прилетело несколько криво брошенных копий. Они ударили гостей по спинам, и те кубарем покатились по полу.

Следом из комнат выскочили четыре подруги и прижали голыми ступнями врагов к полу. У Лакроссы копьё упёрлось в глотку её пленника, княжна приготовила в руках два шара ледяной энергии, Агнес замахнулась подушкой, заряженной ледяной маной Вероники, а сама синеглазка встала на грудь поверженного бойца, уперев рядом голубой клинок из чистого льда.

На миг я сам чуть ум не потерял от того, как они выглядели. Амазонки. Валькирии! В коротких топиках и лёгких шортиках, в ночных пеньюарах из тончайшего шёлка, грозные, неумытые и нечёсаные. Надо сказать, даже в таком виде они выглядели ужасно соблазнительно.

Бойцы, направлявшие на меня оружие, тоже отвлеклись на такую красоту, чуть не пуская слюни, — буквально на секунду, но мне этого хватило. Я взмахнул молотом и ударил рукоятью им по ногам, как клюшкой для гольфа. Все трое упали, а я схватил их пистолеты и смял в железный комок. Обычная оружейная сталь. Со сплавом трабелуниума я бы так легко не справился.

— Ну что, сынки, помогли вам ваши патроны артефактные? — с угрозой процедил я, наклонившись к врагам.

Вдруг возле моего горла оказался тонкий клинок, пылающий, как добела раскалённая сталь. Он был настолько острый, что, казалось, мог бетонную сваю разрубить с той же лёгкостью, что и тонкую свечку. Со стороны лезвия он почти невидим.

— Только дёрнись, и я выпотрошу тебя, как гнилую рыбу, — прошипели мне в самое ухо.

Такой клинок действительно мог это сделать.

— Никто никого потрошить не будет, сотник Самойлов, — холодно произнёс князь Тарасов.

Я аккуратно повернул голову, чтобы не коснуться белого лезвия, и увидел над собой мужчину с сединой на висках, руки которого превратились в холодное оружие. Он был выше князя Тарасова, хмуро глядевшего на бойца снизу вверх. Более жилистый, он казался воплощением ловкости и выносливости. Ещё и гуттаперчевый, как гимнаст, с таким-то оружием.

Сотник. Значит, это личная гвардия Тарасова из числа его дружинников.

— Но, Ваша Светлость… — начал возражать Самойлов, но клинок от моего лица убрал. — Мы лишь соблюдаем протокол безопасности. Что если под личинами этих красных девиц скрываются враги? Арабские мастера масок могут…

Тарасов вздохнул и потёр пальцами брови, как бесконечно усталый человек. Впрочем, он и выглядел усталым. Как обычно.

— Я знаю, что могут арабские мастера масок, сотник. Успокойтесь — барон Дубов спас мне жизнь, я доверяю ему и его друзьями. Уберите своих людей, пока здесь бойня не началась.

— Да, Ваша Светлость, — покорился Самойлов, а я как раз разогнулся и взглянул на него сверху вниз.

Мой рост его нисколько не смутил. В нём чувствовалась дремлющая мощь хищника, всегда готового к бою. Опасный противник. Не уверен, что вышел бы из схватки с ним победителем.

— А можно мы ещё полежим… — с придыханием попросил боец, изгибавшийся под пятой оркессы. Причём гнуло его отнюдь не от боли… — А то нас так… крепко… держат!

Остальные трое тоже явно наслаждались видом снизу и изворачивались, пытаясь увидеть чуточку больше. А тот, которого держала княжна, наступив ему на горло, всё тянулся губами к её ступне. Троица, которую я придавил коленом поперёк, выворачивала головы, явно завидуя своим товарищам.

Что это, блин, за отряд такой⁈

Я оглянулся на сотника и прочитал по его губам: «Дебилы, бл…дь».

— А ну встать! Быстро наружу! — взбешённо заорал он.

— Иу! — скривилась княжна, наконец увидев, что делает её новый поклонник. Тряхнув голубым каре резво отскочила, отчего её пеньюарчик на миг взмыл в воздух, показав кружевное бельё.

Дружинники Тарасова едва опять не поплыли, но сотник подзатыльниками погнал своих людей из моих комнат.

— Никогда больше шею мыть не буду, — тихо пробормотал один, только что лежавший под ногой Лакроссы.

Я же бросился проверять Альфачика. Лютоволк просто спал. Даже лапами во сне подёргивал, будто преследовал кого-то.

— Я прошу прощения за мою охрану, Ваше Благородие, — вежливо с поклоном извинился князь, когда входная дверь закрылась за последним из его охраны. — Порой они проявляют чересчур много рвения, защищая меня.

Угу, как будто это не специально разыгранный спектакль, чтобы расположить меня к нему. Старые добрые уловки могучих аристократов. Ладно, посмотрим, что ему есть сказать.

Я молча указал ему на круглый обеденный стол, на котором так и остался стоять остывший завтрак, приготовленный Машей: гренки с авокадо и нарезка из овощей. Эх, хоть бы яичко пожарила, что ли… вегетарианка, блин.

В этот момент девушки как раз заметили Машу, которая недовольно одёрнула шорты и вязаный топик. Они тут же радостно защебетали, довольные, что дали отпор внезапным гостям. Часть разговора я даже услышал.

— Маша, а ты здесь какими судьбами? — спрашивала шёпотом княжна.

— Да так… — уклончиво отвечала та. — Коля попросил вас потренировать в Духовном пространстве.

— Что? Опять тренировки? — схватилась за сердце Агнес.

— Тиран! — выдохнули все четверо хором.

Что тут скажешь? Тренировки Сергея Михайловича, да и мои тоже, давали свой результат — мы постепенно становились командой.

Девушки шустро забрали остывший завтрак и переместились на диван, уведя за собой Машу. Они нашёптывали ей последние сплетни, а дриада то и дело бросала хмурые взгляды на Тарасова.

Я же зашёл в кухонную зону и снял выкипевшую турку с кофе. Открыл окно, впуская свежий морозный воздух, дым от сгоревшего жмыха потянулся на улицу. Помыл турку, наполнил её свежей водой и насыпал новую порцию кофе. Через пару минут бодрящий напиток вскипел, чуть снова не убежав. Всё это время Тарасов молча ждал, изображая на усталом лице вселенскую вину.

А может, и правда чувствовал себя виноватым? А я просто слишком строг к человеку, который является Первым советником Императора? При его должности и титуле положено бояться за жизнь. Пожалуй, по сосредоточенной в руках власти и доверию государя он будет даже сильнее любого их Светлейших. Боюсь даже представить, сколько у такого человека может быть врагов. Хотя… уверен, у меня не сильно меньше.

Разлил горячий кофе по