Фантастика 2026-12 - Виктория Юрьевна Побединская

— Ты точно уверен, что он настолько жадный, насколько ты сказал?

Лазарев покачал головой, будто я спросил какую-то глупость.

— Говорю же, у него сейчас проблемы и… — На его лице неожиданно появилась улыбка, практически полностью копирующая мою собственную. — Сколько, говоришь, там квартир?

— Я не говорил. Но раз уж ты спросил, то девяносто шесть.

— Значит, узнал уже.

— Мне было любопытно, — хмыкнул я. — Вопрос в другом…

— Ресурсов на это вам никто не даст, — тут же сказал Лазарев, но я только махнул рукой.

— Да не нужны они мне. Тут в другом проблема. Мой начальник не хочет этим заниматься. В принципе, ей плевать на то, как завершится это дело, если оно завершится. А сам я в нём ничего решать не могу. Сам же знаешь.

— Тогда уговори её.

— Только это и остаётся.

— Кстати, что случилось в кафетерии сегодня? Я слышал, ты поцапался с сынком Розена.

— Да какое там… Так, обменялись любезностями с одним придурком.

— Я бы на твоём месте был поосторожнее, — предупредил меня Лазарев. — Саша, Евгений один из тех…

Он запнулся, словно хотел сказать то, к чему привык, а затем резко передумал, пытаясь подобрать другое «определение». И нет, его эмоции я по-прежнему не читал. Это и по лицу было видно.

— Да ладно, — бросил я ему. — Говори уж то, что собирался. Розен — это одна из ваших беговых собачек. Точно такая же, как и я.

— Ну ты сам сказал. И да. Тут ты прав. Будь с ним поосторожнее. Тот факт, что тебя сюда засунули, уже явный признак того, что мои «коллеги» играют не совсем честно. Так что не стоит ждать, будто на этом всё и закончится.

— Так говоришь, как будто ожидал чего-то другого, — не удержался я от смешка, и Лазарев улыбнулся.

— Туше. Действительно не ожидал. Знаешь, на самом деле, я даже немного удивлён тому, как легко ты воспринял факт нашей небольшой игры.

— А чего мне из-за него париться? — пожал я плечами. — Ну есть и есть. Суть дела такова. Ты поставил на меня, потому что хочешь добиться победы. Я же играю в эту игру потому, что ты мой шанс пробиться наверх. Всё честно.

— Я бы на твоём месте забыл бы про это слово. О честной игре речи и не идёт.

— А я фигурально.

— Так что? — Лазарев кивнул на папку. — Сделаешь это? Я предупреждаю: ресурсов тебе на это дело никто не даст.

В ответ на это я только устало махнул рукой.

— Да понял я. Говорю же. Тут, скорее, проблема в том, чтобы уговорить Скворцову. Как ты заметил, моя руководительница не особо горит желанием тратить на это дело больше сил, чем необходимо. Без неё я один чёрт ничего не смогу. Пока, по крайней мере.

В целом на этом разговор и закончился. Лазарев ещё раз попросил быть осторожнее и повежливее. Я же сказал, что прогибаться ни перед кем не собираюсь, чем оставил его весьма недовольным. Вообще уходил он с каким-то странным выражением на лице, которое я так и не понял.

Сам я ещё посидел минут десять, после чего решил плюнуть и пошёл собираться. Рабочий день закончился ещё четыре часа назад, а мне предстояло ещё до дома добираться.

В одном Лазареву я не соврал. То, что я попал сюда… ну, это не золотой билет, конечно, но очень и очень хороший шанс. Просто он, привыкший к совсем другому уровню, да и вообще к другой жизни, этого не понял. Осталось убедить в моей правоте Марину.

Глава 9

Оказалось, это не так просто, как я рассчитывал. На следующий день Марина на работу просто не пришла. Признаюсь, в этот момент я немного обалдел.

С другой стороны, потратил время, чтобы закончить данную мне работу. И то хлеб с маслом. Зато к концу второго дня работы все порученные мне документы оказались разобраны, оформлены, заполнены и лежали красивыми стопочками на столах. Я даже узнал правила работы с местными ходатайствами. Как оказалось, ничего сложного там не было. Здешние бюрократические обороты не особенно отличались от тех, к которым я привык. Просто формулировки несколько иные.

Марина пришла на работу только на следующий день. И сделала это уже после полудня. Плюс ко всему, похоже, что вчера кто-то очень хорошо так погулял. Налицо все признаки похмелья и весело проведенной ночи.

— О! Ты всё ещё здесь сидишь⁈ — хмуро удивилась она, когда увидела меня за столом.

— Это вообще-то моя работа.

— Да я в курсе. Давай, пожалуйста, не так громко. У меня голова болит… — Она словно только в этот момент заметила изменения, которые произошли в её офисе. Бумаги лежали ровными стопками. Пол больше не устилали папки. Чёрт, да я даже пепельницы её выкинул. Они меня бесили.

Но куда сильнее её внимание привлекли именно те бумаги, что лежали на её столе аккуратными стопками.

— Только не говори, что ты всё это уже сделал, — едва ли не простонала она. — Тут же работы на неделю минимум было.

— Ага. А я управился за три дня. Кстати, об этом. Я хотел поговорить с тобой, — указал ей на лежащую передо мной на столе папку.

Марина вяло прошла по кабинету, кинула сумку на стол, с видимым удовольствием плюхнулась прямо в кресло и растеклась по нему медузой.

— Что это?

— Это дело, на которым вроде как ты сейчас должна работать, — пояснил я, чем вызвал явное недовольство на её лице и в эмоциональном фоне.

— Не помню, чтобы я говорила тебе копаться в этих бумагах, — пробурчала Марина, достала из сумки бутылку с холодной водой и приложила ко лбу.

— Ты не говорила и обратного, — парировал я. — Я хочу участвовать в этом деле.

— Да нафига? Там будет сделка. Я договорюсь, и кто-нибудь из ребят с шестьдесят пятого выбьет мировую. Дадим клиенту немного денег и закроем его. А следующее только недели через две получим, а до того можно отдыхать…

Марина прикрыла глаза, наслаждаясь божественной прохладой приложенной ко лбу бутылки. Даже не нужно было читать её эмоции, чтобы понять: девке сейчас плохо. Даже представить боюсь, сколько она вчера выпила, раз