Газлайтер - Григорий Володин

— В смысле без меня? До комиссии ведь еще пять дней… — тут замечаю, что девушка оделась в белую блузку и черную юбку, прямо как порядочная ученица. — А куда ты так нарядилась?

— В Академию, — улыбается она счастливо. — Ты спал пять дней, но, слава богу, всё же выспался! Мы сегодня поступаем!

Глава 6

Приемная комиссия

— Ты мне одно скажи — мы забрали пушки Стяжковых? — зеваю я. Сложно сразу прийти в себя после многодневного сна. В организме ощущается истома, мышцы расслаблены, в голове легкая неясность.

— Да, там не только пушки, а целый автопарк приволокли, — счастливая Лена продолжает прижиматься к моей груди, обхватив руками шею. Прибежавшие на ее голос Светка с Камилой облепили меня с двух сторон — обнимают, гладят, что-то тихо мурчат. Буря пискливого восторга, громкой радости уже прошла, и теперь девчонки просто пытаются быть ближе ко мне каждым участком тела. Еще и Шархан взобрался на кровать и рядом улегся, тоже мурча. — Лакомка потребовала у Стяжковых отдать все орудия и машины, которые участвовали в осаде, да еще подписаться на компенсацию в миллионы рублей.

— Лакомка от тебя почти не отходила, — вставляет Светка, не отпуская мою руку. — И притом успевала такие дела воротить! Вцепилась в Стяжковых как бульдог!

Голос у блондинки восхищенный. Нет ни капли прежней спеси и неприязни по отношению к альве. Неужели за эти пять дней Соколова успела проникнуться уважением к главной невесте?

— Она воспользовалась моментом, — подтверждает Камила. — Охранка мурыжила Стяжковых и делала перестановки в руководстве клана, а в это время Лакомка бросалась угрозами вплоть до того, что ты сам пойдешь на них возмездной войной. Стяжковы ведь не знали, что ты в глубоком сне. Только Охранка была в курсе, но она не посчитала нужным ставить этих сволочей в известность. После поражения их дутого Грандмастера, после того как ты его разнес, они хотели как можно скорее от нас отвязаться. Поэтому подписали всё, что Лакомка им совала.

Умница остроухая! Не зря я выбрал тебя главной среди будущих жен. Опыт, как говорится, не пропьешь. А у Лакомки хватает его во всех сферах от зельеварения до деловых коммуникаций. Альва сумела обобрать Стяжковых, не перейдя красных линий.

Сейчас, кстати, Лакомка находится на гвардейской базе и общается со Студнем насчет восстановления периметра турелей вокруг дома. Уехала, как раз когда я проснулся, хотя до этого всё время была рядом. Даже бумаги просматривала и подписывала, сидя у моей постели. Еще и каждую ночь спала рядышком, ложась мне под бок.

— Значит, собрались в приемную комиссию, — вспоминаю.

— Дань, ты не думай о нас плохо, — вдруг вставляет Лена, снизу вверх глядя на меня блестящими глазами. — Мы не хотели никуда идти без тебя, потом бы зачислились. Но Лакомка настаивала. Она сказала, что ты всего лишь спишь и набираешься сил и мы не должны подрывать репутацию будущего мужа своей неявкой в Академию. Поэтому вот мы и собрались, — указывает девушка на одинаковый наряд трех невест. Темные колготки, черные юбки и белые блузки с вышитым полупрозрачным родовым гербом Вещих на воротниках.

Причем Камила со Светой тоже надели мой герб. Значит, решили больше не скрывать нашу помолвку. С одной стороны, это достаточно нагловато, ведь закон о двударниках еще не принят. С другой, они так однозначно заявляют, что всецело поддерживают меня.

— Лакомка правильно сказала, — киваю, погладив Лену по головке. — И вы молодцы, что ее слушались. А теперь дайте мне время собраться.

Девушки с неохотой отрываются от меня. Только Камила задерживает касания руки на моей шее — сканирует всё ли в порядке со здоровьем. Потом кивает сама себе. В порядке, еще в каком порядке, дорогуша! Накопитель разросся, сил у меня вагон и маленькая тележка.

Когда невесты покидают комнату, я встаю и разминаюсь. Валяющийся на кровати Шархан поглядывает желтыми глазами и мурчит, как заведенный.

— А тебе есть что сказать, усатый? — фыркаю.

— Дань, — голосом Ленки произносит тигр и, закрыв глаза, демонстративно переворачивается мохнатым брюхом к верху.

Приходится почесать соскучившуюся животину, затем иду в душ. Холодные струи повышают мышечный тонус. Ух, хорошо! Сполоснувшись, я больше не ощущаю себя медведем после зимней спячки.

Слуги приносят выглаженный костюм. Надеваю, причесываюсь. Снова раздается тихий тарахтящий звук. Но это уже не урчание заснувшего Шархана. Нет, это мой живот бурчит, требуя насыщения. Пора хорошенько подкрепиться.

На подходе к столовой в ноздри бьет запах жареной яичницы с беконом. Девчонки уже подсуетились и приказали на кухне приготовить голодному жениху поздний завтрак.

Пока уминаю глазунью с молоком и кофе, в кармане пиджака просыпается мобильник. Звонит никто иной, как Владислав Львов. Легок на помине, будто у него мой пульс где-то выводится.

— Здравствуйте, Владислав Владимирович.

— Проснулся, значит, — без удивления отмечает Красный Влад. — У тебя сегодня поступление, вот и подумал, давай-ка звякну, вдруг уже навалялся.

— Ваша интуиция вас не подвела, — прожевываю бекон. — Спасибо за то, что прервали конфликт со Стяжковыми, Ваше Высочество. Мне бы сильно не хотелось уничтожать столь значимый для Царства род.

Владислав фыркает в трубку:

— Конечно, после победы над Грандмастером у тебя есть право так говорить, так что говорить говори, но не зазнавайся, Данила.

— И не думал, Владислав Владимирович, — соглашаюсь и тут же вкручиваю с тяжким вздохом: — Я сам не испытываю удовольствия от ежедневного истребления десятков Мастеров. К тому же это начинает поднадоедать…

— Ладно, — начальник Охранки раздраженно цокает языком. — Я по делу звоню. Кстати, невесту ты себе завел очень настырную. Мне доложили, что она грызла Стяжковых и пугала их тобой, пока они ей не подписали компенсации на десять миллионов.

— Она выступала от моего имени, — с ухмылкой отвечаю.

— От чьего же еще? Два сапога пара. В общем, по происшествию Царь сделал выводы. У клана Стяжковых сменился глава и высшие руководители. Этим дело не ограничится, чтобы ты понимал, мы наскребли там клубок змей, но сейчас не об этом. Просто знай, что тебе больше не нужно углубляться в карательные меры. Оставь Стяжковых нам, виновные будут наказаны, я обещаю.

Ого, нехило же Лакомка их впечатлила,