Пыльная буря - Сергей Александрович Самохин

серьезный бой, но последствия его были уже практически ликвидированы. Что сталось со взорванными лабораториями, я пока не знал, не до того было. Здание, где находился сейчас кабинет Грюнера, выходило фасадом прямо на площадь. Это был небольшой трехэтажный дом, желтый, с веселыми зелеными ставнями на окнах. Охрана на входе проверила мой айди, связалась с Хенриком – на мое счастье, он был на месте. Меня попросили подождать в холле, и я минут двадцать просидел в кресле внизу, наслаждаясь относительной прохладой внутри и с любопытством наблюдая за оживленной работой бюро. Наконец, меня вызвали наверх, и проводили в кабинет Хенрика.

Кабинет руководителя Центра не поражал глаз ни роскошью, ни аскетизмом. В отличии от прошлого его кабинета, этот был просторнее и светлее, с двумя большими окнами на разных стенах угловой комнаты. Большой стол самого шефа у одного окна, еще один большой стол для совещаний в центре комнаты, со стульями вокруг него. Несколько несгораемых шкафов, оружейный шкаф в углу. На полу лежал неброский, немного потертый невнятный ковер, приглушавший шаги. Хенрик, невысокий сухой военный примерно сорока лет, за последнюю неделю явно приобрел еще пару морщин и еще пару тысяч седых волос. Усталым он не выглядел, а вот раздраженным вполне. Мы пожали друг другу руки, и я уселся в кресло около "совещательного" стола. Хенрик сел на соседнее, и выжидательно глянул на меня.

–У меня несколько моментов, которые я хотел бы с тобой согласовать. – начал я, прекрасно зная, что Хенрик и раньше не любил длинные прелюдии к разговорам, а сейчас их просто не переваривает, в силу своей перманентной занятости. – Прежде всего, мы завтра едем на "Маяк" за нашей формой. По расчету с ними все окей, проблем не будет?

–Форму вам отдадут, все остальное я решу, я же говорил. Что тут могло измениться?

–Отлично. Теперь по персоналу. Наверное, я начну брать выборочно по пару человек из числа кандидатов на пробу, на дежурства. Пара недель, присмотреться, составить мнение. Понятно, что это никак не может мне гарантировать того, что человек "чист", но другого выхода я пока не нашел.

–Ну наконец-то. Я уж не знал, когда ты будешь этот вопрос решать. Делай, проверяй. Кандидаты у тебя есть. Сколько планируешь еще добрать?

–Пока еще шестерых, больше пока не рискну. А то количество новичков превысит количество “старичков”. Нас станет восемнадцать, пока так поработаем.

–Хорошо, это мы уже раньше согласовывали. Мне только нужен список, чтобы их в штат зачислить. Так с чем ты на самом деле пришел?

–Ко мне Антон заходил. – Я сделал паузу, и дождался кивка Грюнера, подтвердившего мне, что он понимает, о чем я. – Ему конвой нужен.

–Нужен. – опять кивнул Грюнер, и замолчал.

–Он мне не сказал, зачем. Сказал, что ты в курсе, и чтобы я у тебя спросил. Или это сильно засекреченная информация?

–Это сильно засекреченная информация. И естественно, было понятно как день, что ты с этим после разговора с Антоном сразу ко мне прибежишь. – Хенрик выдержал паузу, хотя я прекрасно понимал, что он давно решил, что мне следует знать, а что – не следует. – Что могу сказать тебе – только тебе! – так это то, что Антон сейчас занимается вопросом банд. Тех самых, которые нас недавно атаковали. Одна из новых обязанностей его подразделения – предотвращение таких атак.

–То есть, Антон ищет Зета?

–То, что ты мог бы узнать, ты узнал. Извини, пока это все, что могу рассказать. Что ты Антону ответил?

–Что конвой будет, и в нем поеду я. – выложил я сразу свою мысль на стол.

–Это исключено. Два руководителя подразделений в одном конвое – исключено. Если вас накроют, то я останусь без людей.

–С чего бы это нас должны "накрыть"? И потом, это не может функционировать иначе. Антон едет по озвученным тобой причинам на непонятное мне задание. Другого человека, как я полагаю, ты послать вместо него не можешь.

–Вместо него – не могу. А вместо тебя – могу.

–Формально тоже не можешь. Жандармерией командую я, и я распределяю людей. И погоди возражать, я объясню. – поднял я руку, заметив, как от моей наглости брови Грюнера поползли вверх. – Ты сам хотел, чтобы Жандармерия была самостоятельной единицей, так дай мне самому решать, как эта единица будет работать! Это будет наш первый серьезный конвой. И опытных людей у нас в подразделении всего шестеро, плюс я. Я не могу отправить всех шестерых, оставив тут только тех, кто в конвоях никогда и не участвовал. И потом, я не собираюсь все время сидеть в кабинете, и если ты так планировал, то лучше сразу меня увольняй. И в первый конвой я должен ехать со своими людьми. Мне нужно и авторитет у них зарабатывать, и их самих в деле увидеть.

–Вы с Антоном даже одинаково говорите. – устало нахмурился Грюнер. – Слабая аргументация, не находишь?

–Нахожу. – признался я. – Ничего лучше я пока не придумал. Но поехать я должен. Ну просто должен. Хенрик, нас всего двенадцать человек. И я не буду строить отношения со своими подчиненными, с самого начала отправляя их в тестовый конвой одних. Я должен видеть, как они работают. Лично видеть. Ты бы сам на моем месте как поступил?

Тут я нажал на правильную точку. Я знал, что Грюнер сам был стопроцентный человек дела, и что тот факт, что он сейчас сидит в кабинетах, он сам переживает очень тяжело. Некоторое время Грюнер молчал, глядя на меня. Когда молчание затянулось, я вдруг понял, что он совершенно точно предвидел вот именно такой разговор со мной, и до сих пор не принял однозначного решения. Или принял?

–Хорошо. Ты прав, ты управляешь Жандармерией. Но помни, что тогда ты несешь и полную ответственность за все. За всё, что касается твоего подразделения, понимаешь? Если хочешь иметь право решать самому, то к нему прилагается и обязанность за все отвечать. Я до сих пор не согласен ни с твоим решением, ни с твоей аргументацией, чтобы ты знал. Но… Я предоставлю тебе возможность решать самому.

–Насчет ответственности: я по-другому это себе и не представлял. – сказал я то, что думал. – Спасибо тебе.

–Когда едете?

–Завтра мы на "Маяк", за нашей первой формой. Послезавтра в семь утра выезд с группой Антона. В четверг будем обратно, Антон планирует заночевать в Сиене.

–Хорошо. – Хенрик встал из-за стола, поднялся и я. – Я еще подумаю, завтра зайди ко мне вечером. Доложишь по "Маяку", и я тебе наверное дам