Наставница для леди, или Счастливо оставаться! - Валентина Элиме

моменты. А завтра уже пятница и после — выходные. Никаких уроков, шума и гама в коридорах, никаких проверок тетрадей, никаких родителей. В этом году мне не дали классное руководство, ожидала только в следующем.

— Оливия! Да что с тобой сегодня! — снова позвали меня и стянули с моего тела одеяло. — Из-за тебя мы чуть все не проспали! Вставай скорее!

Вот тут я резко присела в кровати, понимая, что жила в своей квартире одна и никого чужого быть не должно.

Увиденное собственными глазами меня поразило. Два ряда односпальных кроватей вдоль стен, накрытые темно-коричневыми покрывалами. Девушки в форме такого же цвета спешно собирались, глядя в мою сторону недовольными взглядами. Что я им сделала-то? Причем там я и девушки? Где я вообще? Меня отправили на какие-то учения, и я забыла про это?

— Собирайся! — мне в лицо кинули такую же форму, во что были одеты остальные девушки. — Живее!

Пришлось машинально стать с кровати и начать одеваться. Куда и зачем — я все еще не понимала. Но чувство самосохранения прямо кричало, что отставать от других не стоило. Натянула на себя форму, и тут меня накрыло вчерашними воспоминания. Я присела обратно, но не успела задуматься, что же со мной приключилось, как на меня снова зашипели.

— Оливия Саттон! Да приди уже в себя! — чуть ли не хором произнесли девушки в комнате.

Я тут же подскочила с кровати.

— Опоздает хоть одна из нас, миссис Розалия доложит нашему куратору, и накажут нас всех. Из-за тебя! Миссис Робертино будет только рада, если мы в день распределения попадем впросак. Поэтому живо собирайся, Оливия!

От громкого голоса соседки по кровати вздрогнула и спешно принялась собираться. Быть виновницей всех бед мне не хотелось, как и попасть в немилость какой-то миссис Робертино. Мне хватило увольнения от Розы Руслановны. Но происходящее вокруг меня мало походило на наш мир. Либо меня жестко разыгрывали. Но кому это нужно? Старшему Бобырину? Таким образом мужчина мстил мне за оценку единственному отпрыску? Но я же дала слово Алексею, что исправлю ему двойку. Тогда от кого я получила удар по голове? Тихий, незаметный девятиклассник Моисей решился ступить на скользкую дорожку? Кроме него и Бобырина больше двоек никому не ставила. Да быть такого не может! Моисей не мог! Или все же мог?

Решив подумать об этом попозже, когда останусь одна, собралась я быстро. Даже кровать успела заправить. За годы работы в школе студенческая жизнь в общежитии так и не забылась. Да и дети не давали расслабиться. Если в школе целый день проходил без происшествий, это можно было считать чудом. Перед уходом моя соседка по кровати оглядела нашу комнату и, оставшись довольна, закрыла дверь.

— С тобой все хорошо? — обратилась она ко мне, взяв под руку и ведя по коридору вперед. — Ты какая-то потерянная сегодня. Заболеть хочешь? — прохладная рука девушки коснулась моего лба. — Вроде не горячий. Или струсила перед распределением? Тебе-то чего бояться? Лучшая выпускница курса! Миссис Уайт позаботится о том, чтобы пристроить тебя в хорошее место. Мне ли не знать.

За такими разговорами мы и дошли, по-видимому, до учебного класса. Девушка, что привела меня и имени которой я до сих пор не знала, присела за одну парту со мной. Начала занятий ждать долго не пришлось. Едва мы заняли свои места, дверь открылась, и в кабинет вошли три женщины. Несмотря на происходящее вокруг, я едва не рассмеялась.

Миссис Робертино я узнала сразу. По всей видимости, все директора учебных заведений, где бы они ни работали, были похожи друг на друга. Стервозное лицо, скверный характер и желание показать, что ты выше всех других. Соседка толкнула меня в бок, а три пары глаз тут же уставились на меня. Опустила голову, стараясь изобразить саму серьезность и повинность, чтобы не навлечь на себя еще больше бед. Где бы я не оказалась, нравы здесь были другие.

Дальше я услышала шаги, после заговорила миссис Робертино:

— Выпускницы пансиона, — начала она пафосную речь. — Вот и завершилась ваша учеба в этих прекрасных стенах. Сегодня вы узнаете свою судьбу и уже завтра приступите к тому, чтобы показать, чему научились здесь. Я надеюсь, что никто из вас не осмелится очернить имя нашего пансиона.

Почувствовав на себе внимательный взгляд, несмело подняла голову. На меня в упор и прищурив глаза, смотрела вторая женщина. Но взгляд был добрый, несмотря на всю ее строгость. Видимо, она и была нашим куратором, миссис Уайт. В ее руках была трость, и она облокачивалась на нее. Видимо, страдала ногами. В глазах худощавой женщины ничего не сумела разглядеть, только вопросы. Но она первая прервала наши переглядывания.

Вторая чуть ли не лебезила перед миссис Робертино и стояла вплотную к ней, чтобы в случае подхватить или просто ловила каждое слово директора. Ну, чисто секретарь Анжела.

“Бывают же такие совпадения”, — чуть не произнесла я вслух, покачав головой.

— Все хорошо? — шепнула мне соседка по парте, заметив в мой адрес взгляд куратора.

Я лишь кивнула, чтобы нашими перешептываниями не привлекать к себе внимание. Миссис Робертино продолжала разглагольствовать, какая честь нам оказана и как мы должны постараться, чтобы привлечь внимание других девушек к пансиону. Ученицы всегда были нужны. Я же задумалась о том, почему и как я оказалась здесь. Но ответов не нашла. Еще и начали называть имена девушек, что я решила прислушаться, чтобы запомнить. Не хотелось бы потом попасться на этом.

— Сара Браун, — позвала секретарь миссис Робертино. К ней вышла девушка-блондинка, прям как ангелочек. — Школа девочек в Даутсаунде.

Девушка буквально выдернула бумажку из рук секретаря, присела в книксене, развернулась и поцеловала бумажку. Видимо, получила хорошее место. Сразу за ней вышла другая. Но Дженифер Тейлор, скорее всего, повезло меньше. Она забрала свое назначение с безрадостным выражением лица. Дальше девушки выходили следом друг за другом. Кто-то забирал бумагу с улыбкой на лице, кто-то старался не показывать свое недовольство, другие же были безэмоциональны. Волновалась одна я, так и не услышав своего имени.

И вот все девушки были распределены и получили назначение на работу. Моя соседка выглядела довольной. Эмбер Аллен уезжала в школу Тёрнер-Вуд. Я понятия не имела, кого и чему там обучали, но мне было все равно. Как же я?

Миссис Робертино попрощалась с нами, на пару секунд все же задержав свой