Проказник - Андрей Олегович Белянин

Ладно, мне-то чего? Я в ваших делах по-любому левая сторона. Меня не звали, и я не сам приперся. Что бы тут ни происходило, мне пора домой, не будем устраивать долгие прощания, не нужно меня провожать, я прекрасно найду дорогу сам…

Ага, из Нижнего Новгорода середины двадцать первого века в Дублин начала двадцатого?!

Где-то, как-то, непонятно каким образом я потерял почти столетие!

Мы уже рассуждали об этом, помню, но, кроме трех подозреваемых, у меня все равно нет ответа ни на один вопрос. А что до этих троллей, ведьм, друидов… Я даже не уверен, что узнаю их в лицо, если прямо сегодня встречу на улице. Нет, ну, тролля узнаю, конечно, а вот остальных…

Мэри тоже ушла в себя, на ее мордашке с густо накрашенными ресницами и губами застыло выражение угрюмой подростковой категоричности вкупе с полной растерянностью.

Ну ничего, взрослеть полезно, и чем раньше проникнешься малоприятными реалиями этого мира, тем лучше. В любом случае я лично никому в няньки не нанимался. Сейчас соображу, куда мне двигать в первую очередь, и свалю от этой милой чародейницы, поступившись напоследок всеми обещаниями кровной мести. И поверь, девочка, это будет мой лучший подарок тебе…

– Подожди, пожалуйста, я быстро сбегаю, извинюсь и вернусь!

– Извинишься? – остановив подорвавшуюся Мэри, удивился я. – Но перед кем? Теми двумя дылдами, Жокой и Микой?

– Они мои сводные сестры, а о родне нельзя говорить плохо! Иначе ночью приползет змея и задушит.

– Серьезно? – Я прикинул расстояние до подоконника: допрыгну или нет.

– Она уже приползала, когда я не слушалась мачеху. – Неожиданно побледнев, девочка перешла на шепот. – Большая, черная, очень холодная. И не сбросишь ее никак, тяжелая и скользкая, как не знаю что…

Допрыгну. Я почти взял разбег, но нелепая история про змею, приползающую ночью, остановила меня. Интересно было бы на такое взглянуть, не находите? Я в том смысле, что святой Патрик изгнал с Изумрудного острова всех змей, и это научный факт, не подлежащий сомнению. Их у нас нет, и все тут.

А уж чтобы змея ползала прямо в доме и душила ребенка за банальное непослушание? Да еще из всех здешних обитателей выбирая лишь глупышку Мэри? Ну, тогда остальные, видимо, святы от рождения! Святое шоу, вы все тут просто смеетесь над необразованным ирландцем, который с утра даже глотку промочить не успел…

– Ты не уйдешь?

– Нет, – после секундного размышления подтвердил я. – Вали, беги, унижайся, но на обратном пути захвати любой алкоголь, какой только есть дома!

– Но у нас никто не выпивает…

– А мамочка пьет, – оборвал я, притопнув ногой. – Ни в одной сказке нет мачехи-трезвенницы, ибо это противоречит человеческой природе! И потом, для большинства ведьмовских зелий необходим спирт. Уж я эту вашу братию знаю…

Моя Светлая Госпожа не дерзнула продолжать бессмысленный спор и едва ли не с низкого старта покинула помещение. Я уселся на столе и позволил себе спокойно осмотреться. Теперь можно было не спеша сделать осмысленные выводы о том месте, куда меня закинула злодейка-судьба.

Итак…

Комната девочки-подростка всегда отличается от мальчишеского жилья аккуратностью и вниманием к деталям. Одно большое окно, плотные занавески синего цвета в мелком растительном узоре, узкий диванчик в углу, две книжные полки, простой круглый стол, накрытый черной скатертью, один стул с высокой спинкой, платяной шкаф, люстра на три плафона, стены увешаны пасторальными картинками в рамках: пейзажи, цветы, котики. А, еще колючий кактус на подоконнике, лучше б резеду выращивала.

Если убрать некоторые книги на мифические или оккультные темы, пару подсвечников на искусственных черепах и имитацию хрустального шара из самого обычного стекла, то чего-то такого уж демонического в комнате не было. Так что я поспешил с первоначальными выводами, признаю, но не каюсь.

Картина за окном не сильно впечатляла. Да, город велик, здания огромны, но большинство домов напоминали скорее серые коробки, в каждую из которых можно было расселить целую ирландскую деревню, а быть может, и не одну.

Кроны деревьев были густо-зеленые, хотя, похоже, холодный ветер уже начал закручивать облака на свой особый осенний манер. Спрыгнув на подоконник, я обратил внимание на маленьких людишек, снующих внизу. Получается, что дом Мэри находился на высоком холме. К подножию вела гладкая серая дорога.

Ну, то есть удирать через форточку смысла нет. Я, конечно, спущусь, цепляясь за все подряд, мы, проказники, очень ловкие, но это будет долго и скучно. Тем более что мне пока никак не удалось разобраться в главном вопросе: кто меня сюда засунул?

Пошарив в рюкзаке моей Светлой Госпожи, я нашел две конфеты и тут же умял обе. А чего не так? Можно подумать, если б я дождался ее и попросил разрешения, она бы мне отказала!

Нет, конечно! Да только попробовала бы, мелочь белобрысая! Будем считать, что я просто максимально облегчил ей естественное для любого нормального человека проявление гостеприимства. Что важнее – дружба или конфета?

Мне доводилось слышать от фейри, мотавшихся с шотландцами на Крымскую войну, о том, что русские в чем-то очень похожи на ирландцев. Суровые снаружи и добрые внутри, умеют пить, но всегда встанут на защиту друга, танцуют до упаду, готовы делиться последним, ну и самое главное – точно так же, как мы, ненавидят поганых бритишей!

И вот именно в этот момент, когда я вновь нырнул в школьный рюкзак, мой взгляд упал на учебник английского за седьмой класс. Так что же получается, эта дрянная девчонка учит их язык? Язык колонизаторов, предателей, грабителей и убийц?!

Я почувствовал, как горячая волна плохо управляемой ярости туманит мозг…

– Мак, ты не скучал?

Как только Мэри вошла в комнату, она была молча обсыпана с макушки до пят мелким конфетти из покойного ныне учебника по английскому. Обложку я просто закинул на люстру. И пусть девчонка не жалуется. Ибо так поступать с моим национальным самосознанием – фу-фу-фу!

– Ты… ты чего? А с чем я после каникул в школу пойду?

– Вот не интересно ни разу!

– Ах ты… криповый пакостник!

– Я проказник!

Мы посмотрели друг другу в глаза, поняли, что время для переговоров безвозвратно утеряно, и, не теряя ни минуты, приступили к боевым действиям. Она сняла с правой ноги растоптанный тапок, я засучил рукава, а потом пошла натуральная ирландская драка!

Без правил, без жалости, без объявления войны, без снисхождения по возрасту или росту, без особых причин, без боевых кличей, без условий или запретов, без ограничительных мер, без слез, по-трезвому, с крушением мебели