Криндж и электротатары - Харитон Байконурович Мамбурин

— Вызов принят!

Хех. Не спрашивайте меня, что такое «безумие».

Вам не понравится ответ.

Глава 2

Мы с Тамарой

— Местные — весьма особенный народ. Когда-то, давным-давно, по расположенным в этой местности структурам активно работали из очень больших калибров… — рассказывала нимфа, бодро перебирая ногами рядом со мной. — … я говорю о космическом оружии, Криндж, именно о нём. Бластерные, плазменные, лазерные установки. Здесь выравнивали всё. Но самый интересный момент — выжигали энергией после того, как сюда обрушили самое настоящее море другого оружия. От бомб до боевых вирусов, тут творилось нечто неописуемое! И благодаря этому сложилось несколько невероятных факторов, благодаря которым генокод местных мутировал очень экзотичным, но не совсем приятным образом…

В общих чертах, каким-то образом организмы местных водителей жуков получили высокую толерантность к примитивным протезам, позволяющую им без каких-либо проблем приживлять себе самые простые модели, даже те, которые не предназначены для работы без специального аппарата, расшифровывающего сигналы нервов. Роль этого аппарата выполнял мозг самого человека. Однако минусов тут было больше, чем плюсов — человеческие организмы не были «заточены» на траты энергии под импланты. Это решалось батарейками и буквальным симбиозом с местными гигантскими скарабеями, которые, как оказалось по словам Тамирис, моей спутницы, употребляли крайтекс не хуже ашуров.

— Под этими песками настоящее море крайтекса… — задумчиво добавила нимфа, которую мы одели в мою запасную майку. — Было море. Восемьдесят лет назад. Теперь там три моря, наверное. Ты же знаешь, что он размножается?

— Знаю, — кивнул я. — Противная жижа, чего уж там.

— О! Кстати! А ты его пьёшь⁈

— Нет. Он невкусный.

— Ты же ашур!

— Я не ашур, уже говорил тебе. Понимаю, что тебе неоткуда достать планшет и узнать… а, стоп. Голо-Нет не работает, так что неважно…

— Как это не работает⁈

— Да там весь орбитальный город поразил вирус, у них ничего не работает, они там выживают еле-еле, жрут друг друга, пытаются свалить на Землю…

— ЧТО?!! КАК⁈

Да, блин, теперь ей рассказывать всё это.

— Ну, как-то раз я щёлкнул пальцами…

— ЧТО⁈ Не морочь мне голову!

— Да дай хоть интригу навести!

— Ах ты… Скорпион!

— Чт… Эй! Куда лезешь⁉

— Ты смотри, какой скорпион!!

— Едрит!!!

Ну вот, мы убегаем от помеси скорпиона с уховёрткой, которая размерами всего лишь с восемь вставших друг за другом кошек. Другой вопрос, что таких тварей за нами семенит десятка четыре, а нимфа при этом орёт сиреной на половину пустыни, успевая при этом лобком тереться об мою шею и понукать пятками, но это ладно, производственные риски. Вообще, хорошая женщина, как и все остальные эти инопланетные гибриды. Мягкая, покладистая, общительная, грудь большая. Может, борщ варить умеет, ей по возрасту положено. Может, и сварит.

— Я вообще не умею готовить! Беги быстрее!

— А сейчас-то что⁈

— Думаешь, почему скорпионы отстали⁈ За нами песчаные черви ползут! Не останавливайся!

Хорошая женщина, хоть и готовить не умеет, да и по шее елозит, что отвлекает. Зато работает адекватным зеркалом заднего вида, позволяя мне сайгачить по пескам как заводному апельсину. Тут ведь не просто бежать с пробуксовкой приходится, а ещё смотреть, что там спереди выскочить может. Я уже пнул две змеи, одну собаку и какого-то зарывшегося в песок типа, который не успел отрыться вовремя. Кстати, он был не киборгом…

— Да шевели копытами, увалень бестолковый! Там верблюды к червям присоединились!!

— Где⁈ — гаркнул желающий посмотреть на вкусных верблюдов я, оглядываясь.

— Идиот! Тупица! Кретин! — забарабанили мне по голове испуганные женские руки и остальные части тела. — Они тоже под песком! Беги! Бегиииии!!!

Ну вот как так-то? Почему, с какой женщиной я не встречусь, она буквально через пару дней начинает считать себя моей любимой женой? Ну ладно цверги, им каждый новый мужик в их отверстиях сладок и приятен по факту, а остальные-то чего?!!

— Ты меня что, в общий ряд записал?!!

— Да всем вам от меня одно и то же надо! — взвыл двухметровый, страшный как питекантроп, человекопитек, продолжающий скакать по обжигающим пескам от подземных червей и не менее подземных верблюдов. — Все вы одинаковые!!

— Ах ты гад!!

— Да тебя только из-за меня и разморозили! Кончай драться! Ухо! Ухо! Не грызи ухо, мать твою!!

— У меня нету мамы!

— Да? Ну поплачь! УХО!!!

Ускакать удалось за счёт того, что мой мудрый наверху-сидящий лоцман направил свой транспорт на более твёрдую поверхность, которую нимфа таки углядела, когда прекратила маяться дурью. Подпесочные скотины не сумели копать эту преграду, так что мы, глядя на недовольные фонтанчики песка, выпускаемые вдали, принялись отдыхать. Сама же Тамарис слезла на песок лишь будучи шлёпнутой по заду, но затем тут же залезла обратно с проворством ящерицы.

— Горячо!

— Ладно, — согласился тяжело дышащий я, озираясь по сторонам. — Сиди. Думай, заодно. Нам нужна вода, еда, тень.

— Мы в пустыне, ау! — недоверчиво постучали мне в череп.

— И я, Тамара, смогу двигаться даже после того, как из твоей иссушенной тушки испарится последняя капля влаги. Нет, я знаю про нимф, мне одна две недели подряд мозги канифолила, мы жили в одной постели, так что я прекрасно в курсе про вашу особую кожу, про строение мышц, про умение консервировать ресурсы. Поэтому шевели мозгами, старушка, говори, куда тебя нести.

— Я не старушка, мне всего шестьдесят два года! Не считая тех, что в заморозке… Дай сориентироваться.

В итоге, повинуясь мудрому навигатору, я и побежал более размеренным шагом в сторону под названием «туда», указанную тонким женским пальчиком. Переставшая страдать дурью нимфа умудрилась как-то подружиться с рюкзаком, от чего нести её получалось комфортнее, чем даже просто рюкзак. Ну, бешеной собаке семь вёрст не крюк, а Криндж у нас далеко не слабосилок, так что утянуть полста кило нимфы было совсем несложно.

Тащить пришлось несколько часов, но зато мы устроились отдыхать в тени огромной ржавой железяки, стоящей посреди песка памятником неизвестно кому. Я прогнал стайку каких-то резких глистов, так и не успев поймать ни одного. Слезшая с меня женщина, сделав пару счастливых вдохов, вцепилась в рюкзак, начав его потрошить.

— Я слышала бульканье! — объявила она. — У тебя есть вода и, возможно, еда! Я их буду пить и есть!

Было бы чересчур