Криндж и электротатары - Харитон Байконурович Мамбурин

жестоко ворчать по отношению к хорошо прожарившейся старушке, которую злые электротатары гнобили в криостазисе восемьдесят лет, поэтому я просто сел спиной к железяке и не стал мешать жующей и мычащей нимфе возмущённо пинать меня голой ногой. Кажется, я нашёл себе идеальную спутницу — её можно в рабочее время бесить, а в нерабочее — трахать! Теперь осталось только понять, как связать наши жизни в один узелок, чтобы она не ускакала к своим мелким лысым повелителям…

Ну ничего, что-нибудь придумаю. В этом мире бабу легко найти. Очень легко, поверьте. Прямо вот вообще легко, раз вдунуть.

…а вот потерять, да. С этим обычно огромные проблемы.

Дальше наше путешествие пошло куда плавнее. Тамарис продолжала сидеть на рюкзаке и озирать окрестности, пока я бежал в выбранном ей направлении. Большую часть времени мы молчали, экономя силы, но, находя оазис, опивались водой и наполняли мою флягу, что позволяло мне какое-то время делиться с нимфой историями о современном мире, о том, куда он скатился и о том, какую роль в этом сыграл я. Женщина материлась, ругалась, жалела о том, что её достали в такое сложное время, а ещё вслух раздумывала, выжил ли тот анклав греев, в котором её создали. Сам анклав находился в бывшей Африке, я ни черта не знал, что там происходит, оперативно ответить на этот вопрос было некому, так что нимфе, после нашего приключения, предстояла дорога дальняя в дом казённый.

Так, мыкаясь по пустыне, мы напоролись на патруль местного клана. Шесть огромных скарабеев почесали мне наперерез с такой скоростью, что я, замедляя бег, даже стал рефлекторно ждать, пока кто-нибудь из огромных жуков мигнёт или бибикнет мигалкой, но вместо этого с их покатых боков ссыпался десяток людей-киборгов, жужжа и щёлкая своими роботизированными конечностями, из которых полезло разное стреляюще-режущее оружие.

— Стойте где стоите, чужеземцы! — хрипло гаркнул самый здоровый и пузатый из степняков-пустынников, важно ковыляя вперёд. — Опусти оружие, высокий!

— Вы опустите, и я опущу, — мирно согласился я, продолжая целиться из своего дурного пистолета, похожего на металлический кирпич, прямо в пузана.

Тому это очень не понравилось, да и остальным тоже. Количество наведённых на меня стволов, вылезших из рук, плеч и из-за спин роботизированных степняков, увеличилось.

— Ты на нашей земле! — гневно заорал, немного боясь лицом, пузатый. — И ты угрожаешь нам, людям Тарка-хана, оружием?!!

— А вы целитесь в святую! — парировал я, чувствуя, как Тамарис плотно так задвинулась мне за спину.

— Мы в тебя целимся! — проорал ещё один.

— Нехрен в меня целиться! — категорически гаркнул в ответ. — Я мимо проходил!

Узнать о вооружении местных племён было несложно, пока я гостил у предыдущего хана. Выглядели все их стволы, пилы, шипы и лезвия, в изобилии натыканные в протезы, очень даже внушительно, но тут замах был на рубль, а удар на копейку. Электричества на достаточно мощные выстрелы из энергетического оружия тела местных мутантов сгенерировать не могли даже при очень большом желании, а порох в пустыне был довольно большим дефицитом. У местных материальных принтеров, находящихся в распоряжении у кланов, были свои ограничения и программы.

То есть, проще говоря, стоящий напротив меня десяток наверняка обладал встроенным оружием, способным дать как следует просраться даже такой неубиваемой хрени, как я, но на накачку залпа такой штуки требовалось время, а быстрые выстрелы из обычного огнестрела меня не остановят. Будет больно, обидно, будет течь кровяка, но Кринджик выживет, а вот его враги, по старой доброй традиции, — нет. И эта вот уверенность у меня была написана на морде большими печатными буквами, пока мой убивака-пистолет продолжал угрожать потрохам определённо понимающего ситуацию пузана.

Подумав, тот решил сменить риторику. Видимо потому, что был лидером этого жучиного патруля, а значит не мог просто зассать и дать заднюю. Такое в кланах не прощают.

— Сдавайся, Криндж! — гаркнул он… тут же получая красивую сквозную дырку в своём объёмном теле.

Я в этот момент уже со страшным ором летел вперёд, набегая на целую кучу народа, выглядевшую как премиальные маньяки-убийцы-киборги из очень постапокалиптичного кино.

Нет, я тупой, тут вопросов нет. В начале, только осознав себя, был, наверное, умнее, но ум, как все знают, нужен только слабым, дохлым, мелким, короткоживущим человечкам с маленькими вялыми писюнами. Когда ты теряешь руки по локоть и яйца по предстательную железу после псионического удара даоса, а потом это всё отрастает меньше, чем за месяц, то… перестаёшь пользоваться этой вашей интеллектой. Зачем она нужна такая сложная, когда можно просто всех убить и одному остаться? Тамара, конечно, мне очень понравилась, у меня вся шея в потёках, но увы, если какой-то татарин из жопы мира без интернета знает твоё настоящее имя — то тут всё, пришла пора жертвовать чем только можно, убивая всех, кого нужно. Иначе нельзя, понимаете? Иначе уже не фонтан.

В общем, жалобы кибербабки на то, что далеко не все орлы летают в набеги и то, что племенам запрещено драться друг с другом, оказались правдивы. Татары шумною толпой не ожидали такого резкого развития событий от слова совсем. Грозные металлические полуроботы прощёлкали клювами, разве что письнув в меня пару раз из каких-то совсем несерьёзных дуделок, а после этого я оказался среди них, как это называется…? Да, в дружном коммуникабельном коллективе, где очень неудобно разворачиваться, уклоняться и стрелять, но очень удобно бить кубическим куском металла по металлическим частям электро-кочевников, зная, что этим ты их буквально ломаешь.

Впрочем, я не особо эстетствовал. Бил по органике тоже, по черепам, пинал их далеко и сильно под тревожное шуршание сочувствующих жуков, орал при этом очень тревожным басом, тихо надеясь на то, что эти громкие крики могут отвлечь местных саксаулов от слегка раненной (а вдруг и живой?) Тамары. На нимфу времени не было, была лишь надежда на то, что хитрая как тридцать три еврея намачивательница чужих шей умудрится выжить.

Хотелось бы сказать, что кочевники сопротивлялись как настоящие львы пустыни, искусно лавировали и, скалясь немытыми зубами, коварно и умело меня кромсали со всех сторон, но вот в шатре Потомак-хана, как выяснилось, мне дико сильно брехали за мощь местных багатуров. Орущие, вопящие, плачущие люди разлетались, хрустя деталями и костями, прямо как… кого я там последним бил? Ах да, китайские бандиты, те рынок держали…

Правда, из боя с китайцами я вышел еле живой, весь в дырах, истекая кровью от продырявленной в десятке