КОМСОМОЛ-4 - Ольга Войлошникова

— А потом полное тебе поле…

— Дайзёби!*

*Хорошо! (яп.)

Из тумана вынырнул Коля:

— Пустая деревня, ваш-сият-ство! Ни души. Даже скотины по сараям нет.

— По-нят-но. Значит, наша цель, по-любому, вон там, где фонари горят и что-то вроде ангаров понастроено. Оттуда и железной дорогой тянет, и техникой.

— План какой? — деловито спросил Коля. — Как обычно?

— Ага, щас находим какой-нибудь караул, быстренько кончаем его — и дальше по нарастающей.

Смысл велосипед изобретать? Система уже, считай, наработанная.

Хотару смотрела на нас немного ревниво.

— А ты меня пока не трогаешь! — строго сказал я ей. — Мне придётся много с сиренью оперировать. Шарахнет — будь здоров!

— Поняла! — сказала она слегка испуганно, глядя, как я быстро стягиваю в плотный концентрат текущие по улицам шлейфы смертной маны. Дальше мне осталось только накинуть шкуру, и мы пошли в обход мёртвой деревушки.

Ангары оказались обнесены бетонным сборным забором. А вот и постовые около караулки! Всё как положено: полосатый шлагбаум, такая же будочка. Всегда меня это смешило. Ну кого это остановит? Этот хоть в заборе, а то бывает — стоит такой шлагбаум посреди поля, дорогу блокирует. Типа объехать не судьба?

Ладно, сейчас в будочке рацио может быть. А может и нет, кстати. А если ты на броневике каком? Раздавил её — звони, обзвонись, ага!

Ещё у часовых был вариант стрельбой тревогу поднять. Но эти даже выстрелить не успели. Погреться фляжечкой решили, козлы полосатые. Пока один вытащил да прикладывался, а второй, чмокая губами, считал его глыканье, я выскочил и одел на когти обоих.

— Это ты удачно, — прокомментировал Николай. — Только маловато их.

— Щас ещё будут!

Я привычно поднял кадавров и уже стандартной скороговоркой приказал им напасть на Страхотин. Как всегда, «только солдат и офицеров коалиции, гражданских не трогать» — мало ли, вдруг кто-то всё же жив остался.

Мёртвые чистильщики деревянно повернулись и живенько побежали внутрь охраняемой территории. Понеслась!

АККУРАТНЕНЬКО ЗАХОДИМ…

Хотару проводила их задумчивым взглядом.

— Это страшно. Ты заставляешь врагов убивать друг друга?

— Да.

— Это страшно и… и немного по-шулерски. Но мне нравится!

Ну ещё бы! Кицунэ — те ещё хитрюги и обманщицы. Шулерши божественного уровня, можно сказать. Это нам крайне повезло, вообще-то, что они на нашей стороне, спасибо бате.

Мы не особо торопясь пошли вслед за кадаврами. Сейчас первая парочка стопудово ещё «материала» подкинет. И действительно, где-то впереди уже разгоралась перестрелка. И как бы не пулемёт?.. Полосатые таким макаром мне грохнут кадавров без толку! Я невольно прибавил шагу. Меж тем пулемёт затих.

— Я гляну? — умильно заглядывая мне в морду, попросила Хотару.

— Только осторожно, — брякнул я, и тут же сам подумал: это я кому говорю? Кицунэ? Это пусть цивилизаторы хреновы осторожничают!

Лиса, только хихикнув на мой пассаж, размазанной молнией метнулась вперёд.

— А я это, спросить хотел, пока её нету, — подлетел поближе Николай. — Госпожа Хотару — лисица, так?

— Ну, — кивнул я, прислушиваясь к странным звукам вдали.

— А кто сильнее, вы как медведь или она как лиса? — продолжил осторожные расспросы Коля.

Я хмыкнул:

— Как бы тебе объяснить? Отец мне рассказывал, что когда он её маму пленил, то не просто в шагоходе с ней дрался, а ещё и его светлость Дашков, огненный маг из первой сотни, в придачу им помогал. А тётя Айко была одна. И они едва одолели. Вот и прикинь силы. Госпожа Хотару, как ты сказал, меня на одну лапу положит, а второй прихлопнет.

— Что вот так вот прямо, понимаешь? — захлопал глазами Николай.

Вообще, смотреть, как призрак хлопает глазами, было забавно.

— Слушай, Коля, мне тут тоже мысль пришла дурацкая, хочу тебя спросить. Вот, если ты полупрозрачным станешь, то, получается, и веки у тебя тоже будут полупрозрачными? И получается, ты совсем глаза закрыть не сможешь? Свет-то будет просачиваться!

— Ну, вы вопросы задаёте, ваш-сият-ство! Это смотреть надо, пробовать!

— Ладно, пошли потихоньку. Там уже кадавры повеселились, теперь ещё и лиса. Так что материала будет полно.

И мы пошли.

На первый труп в полосатой шинели мы наткнулись прямо у ближайшего дома, смахивающего на контору. Солдат лежал ничком, и воткнутая в его спину примкнутым штыком винтовка не оставляла никакого сомнения в причине смерти.

Какие хорошие кадавры — боеприпасы экономят!

Я выдернул винтовку и поднял труп. Скороговорка приказа — и беги, дружок, ищи своих, зарабатывай себе уменьшение срока в котлах адских! Я вот абсолютно уверен, что черти всех цивилизаторов этих без масла жарить будут! А уж полосатых-то — точно!

— Почему без масла? — с совершенно детским интересом спросил Коля, чуток меня обгоняя.

— Чтоб к сковороде присыхали.

Треплемся вслух, треплемся…

А! В бою без этого практически никак.

Следующая тройка «полуфабрикатов» лежала на перекрёстке. Два застрелены, а у третьего было вырвано горло. Ага, кажись, у кого-то из кадавров патроны закончились. Или просто удобнее так было?

Немного сирени — и тройка кадавров побежала искать себе цели. Последний, правда, смотрел чуть искоса, низко голову наклоня — да и хрен с ним.

Я снял Облик и пошёл по слегка отсыпанной гравием и сверху как будто укатанной чем-то тяжёлым улице, осматриваясь по сторонам. Видно, что в отличие от вымершей деревушки, где улицы были вымощены с любовью, тут всё делалось на скорую руку — и улицы, и ангары эти, и дома, похожие на быстровозводимые бараки.

Щиты, конечно, накинул посильнее, но так-то, если меня кто и увидел бы — и чего? Идёт себе парень, никого не трогает. Оружия у меня нет, кадавров я могу и метров с пяти поднимать, так что…

— А можете с десяти, ваш сият-ство? — с любопытством подначил Коля.

— Пробовать надо. Так-то всё достигается упражнением. Деда Лёша у меня знаешь, как говорит?

— Как?

— Главное — потренироваться!

— Мудро.

— А то ж!

А впереди стрельба нарастала. О! Даже взорвалось что-то! Что, у кого-то гранаты лишние? Это прям непорядочно, мои гранаты тратить!

Глава 3

ПОТРОШИМ БАЗУ

ПОЛЗУНЫ И КАДАВРЫ

Южная Моравия, Страхотин

20 января 1948 года, раннее утро

Аркадий

Я прошёл по улице до перекрёстка и выглянул за угол. В трёх зданиях от