Дризелла - Дэя Лим

Спустя неделю слухи, гулявшие на приеме маркизы Аргайл, подтвердились: глашатаи на всех площадях торжественно объявили, что грядет Королевский бал. Все знатные девицы королевства получили приглашения, мы с сестрой — в том числе. Сложно передать атмосферу безумного волнения, охватившего высшее общество. Столько всего надо успеть сделать! Подготовить платья, шляпки, перчатки, туфельки, накидки (нам еще нужно заказать карету и нанять лакеев). В ателье и изысканных дамских лавках тут и там вспыхивали яростные бои за последнюю пару кремовых атласных туфелек.

К счастью, у нас уже были платья, подходящие для предстоящего торжества: их сшили к ежегодному балу герцогини Ратленд, поскольку матушка была уверена, что в этот раз нас непременно пригласят. И поскольку этот бал считался «гвоздем сезона», то и наряды все готовили шикарные. Мы долго спорили с маман по поводу выбора фасонов платьев, и в кои-то веки нам удалось прийти к консенсусу: и мама дала согласие на цвета, которые понравились нам с Анастасией.

Мое платье было воздушным и искрящимся, словно наряд феи. Футляр и юбка из нежно-голубого атласа, а поверх него — кружевная паутинка тюля. Больше всего мне нравилось оформление рукавов и декольте: каскад золотистых и белых бусинок сверкал при каждом движении. Не припомню, чтобы у меня был столь прекрасный наряд.

Анастасия наконец-то уговорила маму на голубое платье: юбку украшал сложный серебристый орнамент, а декольте — белое кружево и яркие бантики из голубого шелка.

На последней подгонке платьев перед балом мама не могла перестать потчевать нас наставлениями:

— Вы должны понимать, что привлечь внимание принца вам не удастся! На этом балу будут сотни девушек, которые моложе, богаче и с аккуратными носиками, поэтому не пытайтесь приблизиться к принцу. К счастью, король не сумасшедший, так что бал не будет представлять собой однородную толпу девиц на выданье: туда приглашено также множество знатных молодых людей. Так что постарайтесь найти какого-нибудь не совсем нищего баронета или младшего графского сынка. И улыбайтесь! О боги, Дризелла! Не пугай меня! Я имею в виду милую скромную улыбку, а не оскал сумасшедшей. Анастасия, не горбись! Король предоставил вам уникальный шанс — постарайтесь не упустить его. Помните, как писал в своей поэме Ковентри Пэтмор: «Мужчине нужно угождать, но угождать ему — удовольствие для женщины».

— Если это так, то почему мы покинули папино имение из-за того, что дядя «слишком много всего требует»? Он недостаточно мужчина или вы не вынесли столько удовольствия?

— Дризелла! Оставь свои пошлые колкости при себе, я сгорю от стыда, если ты скажешь нечто подобное в обществе.

«Обещаешь?» — я с трудом подавила желание сказать это вслух, но после такой дерзости мама, чего доброго, вообще запретит мне ехать на бал.

* * *

Утро знаменательного дня выдалось суматошным: экономка, Золушка, даже дворецкий Глэнвилл — все бегали туда-сюда с поручениями графини Тремейн. Мама вызвала на дом мастера по прическам, при этом серьезно рассорившись с леди Хатчестон, уверявшей, что она забронировала этого специалиста еще месяц назад. Мастер О'Генри, после недолгих раздумий, выбрал сторону маман, поскольку злость леди Хатчестон меркла в сравнении с гневом отвергнутой графини.

На создание причесок ушла уйма времени, но спустя четыре часа мы с Анастасией были почти готовы к балу — осталось всего-то накраситься, надеть платья и аккуратно погрузиться в карету. Миссис Бэгшоу и Золушка помогали нам с одеждой. Нам с сестрой было неловко смотреть в глаза Золушки, учитывая, что в принципе, как падчерица графини, Золушка имела право прийти на бал. О, она, без сомнения, затмила бы своей красотой всех придворных дам, но матушка скорее пришла бы на бал в наряде танцовщицы варьете, нежели пустила туда Золушку. Это было несправедливо, а заставлять девушку помогать нам готовиться к балу — еще и жестоко. Это обстоятельство несколько омрачало все радостное волнение по поводу Королевского бала, хотя сама Золушка была совершенно невозмутима, словно и бала никакого нет, а мы едем на очередной прием.

Мама не разрешила нам нормально поесть: «Как вы сядете за стол? Вы же помнете платья!». Как будто несколько часов тряски в карете их не помнут. Поэтому мы ограничились бутербродами, предварительно занавесив драгоценные платья простынями.

— Поскольку людей будет слишком много, бальных книжек нет, значит, вы должны постараться, чтобы потанцевать хотя бы с одним кавалером. Хорошо бы нам выехать заранее, чтобы занять место поближе к трону.

— Чтобы потенциальные партнеры по танцам не смогли убежать от нас на другой конец залы?

— Да, Дризелла, именно так! Я думаю о вас, такой шанс нельзя упускать. А теперь покажите мне, как вы делаете реверанс в этих платьях.

— Мама, — Анастасия закатила глаза, — мы умеем делать реверанс.

— Уметь и делать красиво — разные вещи.

Спорить было бесполезно, мы с сестрой послушно присели в реверансе.

— Да снимите простыни, милостивый Боже, будто подушки ожили и склоняются надо мной. Вот, так лучше. Выпрями спину, Анастасия. Дризелла, глаза в пол, и улыбайся.

— Да, это такой дивный пол, как тут не улыбнуться.

— Я вижу бусину возле стола, — Анастасия решила мне подыграть. — Мам, можно уже выпрямиться, а то колени болят.

— За что мне достались такие неблагодарные дочери? Миссис Бэгшоу, велите кучеру седлать лошадей, мы готовы ехать на бал.

Путешествие до королевского дворца сложно было назвать увлекательным: в карете душно, а приоткрыть окно не представлялось возможным из-за клубов пыли. Толчея на выезде задержала нас на два часа, матушка была в бешенстве — конечно же, ведь стало понятно, что танцевать вблизи трона не получится. Остаток дороги мы слушали ее мрачные размышления на тему: «Вся судьба под откос из-за плохих дорог, нерасторопных кучеров, наглых выскочек, не дающих проехать вперед графине».

— Вблизи трона будут самые высокопоставленные лица, вы могли бы привлечь внимание наследника графского титула! А вместо этого — скажите спасибо, если удастся станцевать с захудалым виконтом.

Пейзаж тоже не располагал к веселью: сплошные поля, изредка разбавленные лесной просекой. Поскольку мы опаздывали, мама разрешила лишь одну остановку для «зова природы». Радость от замеченных вдали башен дворца омрачила вереница карет на дороге — здесь нам тоже пришлось простоять немало времени. Мама выглядела так, словно республика стала казаться ей не столь отвратной формой государственного правления.

Как и все королевские вотчины, дворец походил скорее на город, нежели на отдельный замок. Первыми мы проехали аккуратные дома прислуги — во дворце трудились тысячи слуг. Далее шли главные ворота защитной стены — тут нам опять пришлось постоять. Наконец вереница карет заканчивала