Чужак - Андрей Евгеньевич Первухин

посидев и покопавшись в мыслях, всё же удалось вспомнить о местном курсе валют. В ходу медь, серебро и золото, последнее в трущобах большая редкость, а сейчас я находился именно в них. Одна золотая монета стоит семьдесят серебряных, а одна серебрушка — пятьдесят медных. Само собой, всё зависит от размера монеты.

Посидев в темноте ещё немного, сходил на ужин, а после завалился спать, утро вечера мудренее. Конечно, в голову приходили мысли, что утром я снова окажусь в больничной палате в старом больном теле, но ничего подобного не произошло. Ночью несколько раз просыпался, люди веселились до самого утра, то и дело кричали, несколько раз даже начинались драки. После завтрака решил сделать главное на данный момент дело, нужно купить другую одежду. Гарнот был у своих родителей единственным любимым ребёнком, поэтому его баловали и старались дать ему всё самое лучшее. В глазах порядочных людей меня это поднимало, но тут можно всякого встретить, из толпы лучше не выделяться.

— Доброе утро, — поприветствовал я Джосса, он уже был на своём месте, несмотря на то, что посетителей было мало. Только такие же постояльцы, как и я.

— Ну и как тебе комната? — Кивнув, спросил он.

— Нормально, наверняка лучше, чем в общей.

— И даже спать не мешали? — Удивился мужчина.

— Если спать охота, то ничего не мешает, а если нет, то даже на пуховых перинах не уснёшь, — улыбнулся я, а после добавил. — Так мой отец говорил.

— Умный у тебя был отец, — сказал Джосс.

— Вы не знаете, та лавка, о которой вы говорили, уже открылась?

— Открылась, — кивнул мужчина. — Правильно, утром для таких одиночек как ты самое безопасное время, всякая шваль спать ложится, после обеда по городу бродить не советую. А ночью даже носа из комнаты не показывай, не нужно тебе это.

— Учту, — серьёзно кивнул я.

Как оказалось, меня послали к скупщику. Не удивлюсь, если бы смогли обобрать, то часть моих вещиц оказалась бы тут. Подростковые банды тоже состоят не только из идиотов, и они не захотят хорошей и дорогой по местным меркам одеждой привлекать внимание старших товарищей. В общем, принарядился я так же, как и все, хорошо, что скупщик хотя бы стирает одежду. В таком месте могли даже в крови продать. Обмануть он меня не пытался, хотя мог, видимо дорожил своей репутацией или по какой-то другой причине.

Я всю голову изломал, что мне теперь делать и чем заняться, работы нет и не предвидится, самому удалось в этом убедиться. У моего нового знакомого уже трудились люди и, по сути, работали за еду и кров с самого утра и до вечера. И это были не какие-то пропойцы, а вполне приличные люди, такие же беженцы, как и я. За свои места они держались, тут безопасно, а будешь плохо работать, окажешься снаружи, где никого не ждёт ничего хорошего. Пока завтракал, наслушался историй об убийствах, рядом с таверной за одну ночь убили несколько человек, о грабежах можно даже не вспоминать. Мне нужно какое-то дело, не выходить же самому на разбой, я к этому не привык. Вот обнести ту тварь, которая промышляет грабежом беженцев, я бы попробовал, но одному это сделать не получится.

Весь день я просидел в своей каморке, думая над тем, как дальше жить и что делать. Вокруг беспросветное средневековье, в это я уже наверняка убедился, а судя по языку, точно не наш мир. Удалось переговорить с одной служанкой, назвал ей несколько городов, но она только хмурилась, никогда о таких не слышала. Как правильный попаданец, можно попытаться двинуть вперёд науку, но и тут не всё так благостно, как хотелось бы. Всю голову изломал, но так и не придумал, чего бы такого сотворить, знаний не хватало.

Убивать умел в основном огнестрельным оружием, хотя и ножом неплохо управляюсь, но выходить с ножом против меча, предварительно записавшись в армию, не очень хотелось. К тому же местные войны мне и даром не нужны, не мои они, пусть воюют те, кто их развязал. Не хотелось бы, чтобы мне снова кто-то отдавал приказы, хватило этого в прошлой жизни. И я не испытывал к этой стране какого-то чувства патриотизма, ещё и возраст сказывается, кому я такой нужен. Мне сейчас надо как-то устроиться, а где именно, не знаю. Даже думать не хотелось, что будет, когда закончатся мои средства и меня выгонят на улицу.

К сожалению, мне пришлось покинуть гостеприимный постоялый двор гораздо раньше, чем у меня закончились деньги. Вечером перед ужином решил немного посидеть в общем зале и послушать, о чём болтают люди, чтоб хотя бы немного знать обстановку. Уселся за самый дальний столик спиной к стене. Зал большой, между мной и проходом много столов, которые постепенно начали заполняться людьми. Интересных разговоров пока не было, но по мере выпитого, а спиртные напитки здесь довольно крепкие, языки у людей, как правило, развязываются.

Но спокойно послушать разговоры мне так и не удалось, потому что в столовую вошли несколько человек. Увидев одного из них, я насторожился и немного сдвинулся в сторону, чтобы спрятаться за посетителями. У меня всегда была хорошая память на лица, вот и сейчас она меня не подвела, в зал вошёл один из охранников того толстяка, в этом не могло быть никаких сомнений.

Эти люди не стали проходить в зал, вместо этого они завели разговор с Джоссом, причём разговор сразу же пошёл на повышенных тонах. Охрана напряглась, а после двинулась на помощь к хозяину этого заведения. Само собой, такое событие привлекло внимание окружающих. Разбегаться никто не стал, все смотрели, чем окончится данный конфликт. Один из бандитов достал нож и продемонстрировал его охране, только запугать не получилось, охранник поманил его к себе пальцем, мол, давай, нападай. Похоже, нашли труп или ещё ищут, как и меня, слабо верилось в то, что они припёрлись сюда не по мою душу.

Бандиты удалились ни с чем, не стали сталкиваться с вояками, что и понятно. Одно дело вырезать спящих, а совсем другое — столкнуться с человеком, который может дать отпор. Я спокойно поел и ушёл к себе в комнату, пропало всякое желание слушать новости. Надолго в одиночестве меня не оставили, своим присутствием почтил сам хозяин этого заведения.

— Сегодня переночуешь здесь, а завтра тебе нужно съезжать, — сообщил он мне.

— Почему, у