Последняя жизнь - Иван Солин

— Ты закалебал сам с собой трындеть, придурок! — пнул невезучего Илью Волина сопровождавший его здоровяк в таком же, как и упоминалось, сером комбезе. Правда, у него он, благодаря нейросети, отображался как ярко-лиловый с желтыми узорами, что стоит здоровяку 1.99 кредов в месяц. А если б платил по 4.99, то и все вокруг обладатели нейросетей видели ли бы его таким. Яркая индивидуальность, как видно, стоит подороже. — Поторопись давай! У нас простой из-за поломки. Бордель уже более трех часов как закрыт! Справишься с ремонтом за двадцать минут — сможешь выбрать бабу. Хотя я решительно не понимаю, чем тебе Коридо́нки с тремя сиськами не нравятся. Ну да, они лысые, фиолетовокожие и любят померяться мускулами, а то и в партере побороться. Но это ведь не повод каждый раз, когда тебя приводят, такие рожи корчить. А Энгма́за, ах, какая красотка с мощной бицухой и выразительной икроножной, так та и вовсе тебя в любимчиках числит и постоянно просит именно к ней направлять. Ну и что, что она выше тебя на две головы и от груди сотку одной рукой жмет, зато очень страстная и умелая. А фигура(закатив глаза). Круче нее тут, пожалуй, только Мунга́за с(показав руками) плечами! В общем, есть у тебя стимул и, соответственно, шанс заполучить, как ты любишь, низкорослую и слабую остроухую плоскодонку из Мулиа́нок(поморщившись). Извращенец. Меня ж в дрожь бросает от этих больных на всю голову сук, которым не менее пяти сотен лет всем, а шлюхами они сами идут работать, чтоб соблюсти традиции родины. Это ж надо, мерзость какая: мелкая, совсем без мускулов и со страстью подчиняться. Фу, бл…

— Много ты понимаешь, морда! Ты ж даже не бухаешь(с надрывом). И мясо не жрешь, качок безмозглый!!!

— Да не заводись, Иль. Ну чё ты опять начинаешь? — примирительно похлопал по плечу спутника бритоголовый здоровяк с лиловыми радужками глаз и острыми нижними клыками в добродушном оскале. — А хочешь, мы сегодня вместо кросса устроим после ужина просто легкую гимнастику? Штанга — сорок подходов по…

— Да пошел ты! — истерично воскликнул, скинув здоровую лапу собеседника с плеча, исстрадавшийся от ЗОЖа Волин.

— Ладно-ладно, пришли уже. Начинай ремонт. Только дай я тебя для начала еще раз болью приложу, чтоб мне премию за старание выписали. Угу?

— Давай, — равнодушно отмахнулся тех-2 Иль Вол, уже подключившийся удаленно к дроидам ближайшего техкомплекса. — Всё равно я почти взломал рабский имплант и кроме призванных имитировать боль мышечных сокращений не чувствую ничего.

— Хе-хе, снова ты за свое? — даже и не напрягшись, одобрительно похлопал по плечу собеседника его надзиратель. — А я в этот раз, между прочим, на тебя поставил. Да. Может, твоя двадцать седьмая попытка побега наконец увенчается успехом. До шлюзов(заржав). Но это я — такой вот оптимист. А вот док — тот уверен, что до ежемесячной перепрошивки импланта ты никак не успеешь. Да если и справишься раньше, то сам подумай, братан, ну куда ты потом, а? Пусть даже и угонишь в этот раз челнок.

— Это уже мое дело. Короче, если я чиню за двадцать минут, то иду сразу к голубоволосой малышке Милуниэ́ль. Хотя это на фоне мускулистых бабищ она малышка, а так-то эльфийка моего роста. В общем, договорились, так?

— А то! Иди к кому хочешь. Хоть к своим любимым ушастым Мулианкам. Извращенец(неодобрительно). Хоть к копытным Таргианкам. Хотя у некоторых(задумчиво) задница размером с…

— Слушай, а если я за пятнадцать минут успею закончить работу? Я, кстати, уже приступил, так что засекай время, — заявил труженик, вольготно развалившийся в подлетевшем кресле на анигравах. — Так что, бонус будет?

— Ага, засёк. Ну-у… если успеешь за пятнадцать, то разрешу тебе еще и доступ к синтезатору. И когда взломаешь его, то будет тебе мясо, — брезгливо поморщившись на последнем слове, ободрил здоровяк. Сам при этом тоже уселся, но непритязательно прямо на пол, вымощенный плитами из износоустойчивого серого, а какого же еще, полимера, чем прикрывались стандартные панели локальной искусственной гравитации в данном техническом проходе. — Но сам понимаешь, Иль, что продлится это только до регламентного обслуживания оборудования кухни, то есть не больше пары недель. Да ты и сам знаешь. Так что если и дальше захочешь есть эту гадость, то надо будет еще чего-нибудь придумать, чтоб подкупить мою невнимательность(заржав).

— Замётано. А если за десять минут всё отремонтирую, то с тебя база знаний «РЭБ системы» 3-го уровня. Идет?

— А ты не охуху? Я и так тебе хакерские базы, уже жалею, что проспорил.

— А тебе не пох? Всё равно они у тебя мертвым грузом валяются среди прочих баз. Ну, которые из трофеев с того разбитого лайнера. И ты ведь, подумай сам, не сможешь продать это всё по нормальной цене. Хе-хе, дороже, чем выходит та премия, которую тебе постоянно башляют за расторопность меня, такого образованного.

— Ну ладно-ладно. Уговорил. Тем более тебе в любом случае не сбежать. Никак. Да и, как ни старайся, не перепродадут тебя подороже в местечко получше. Нагрузку разве что увеличат, раз ты постоянно изыскиваешь способы самосовершенствоваться. Пусть и вне назначенного тебе плана обучения, но за свой, ха-ха, счёт. Одна лишь экономия для босса, дурик. Короче, пика карьеры ты уже достиг, раб.

— Гады вы. Нагрузили так, что у меня ж уже даже времени не осталось для постройки бомбы на антиматерии, чтоб рвануть этот ваш клоповник, когда сбегать буду.

— Да ты не переживай. Ты, главное, и дальше собирай ее, не отвлекаясь. Ну а мы потом себе заберем. И первую, и ту, которую ты тайком параллельно делаешь(заржав).

— Вот вы сссуки…

— Тревога! — внезапно завопил вскочивший на ноги надсмотрщик жестоко страдающего невольника в кресле. А читая текст полученного на нейросеть сообщения от искина, здоровяк добавил подробностей. — Флот Директората! Нас жестко блокируют. Сейчас начнется мощная бомбардировка, и…

И темнота.

* * *

Неизвестно где и когда, но мы-то догадываемся.

— А? Я живой? — встрепенулся Илья Волин, когда осознал себя стоящим посреди пешеходного перехода. — Бл…

И темнота. Но уже немного не такая. А вскоре она и вовсе сменилась на весьма колоритный интерьер большого зала словно бы рыцарского замка какого-то. Хотя, наверное, куда больше и гораздо богаче да торжественней. Во многом из-за множества повсюду