Леха в деревянном царстве - Урус Иванов

Гном наконец посторонился:

— Заходи.

Парень аккуратно пригнулся, переступая порог, и шагнул внутрь. Вопреки ожиданию, потолок оказался гораздо выше, чем он думал, метра три-четыре. Ну да, действительно, столярная мастерская. И насколько переселенец мог судить, перед ним был настоящий уникум: горный народ с деревом обычно ладил плохо, а этот работает.

Через запыленные окна пробивался свет, но главное освещение давали потолочные лампы непривычной формы. Леха осмотрелся и удивился, насколько это место похоже на столярки из его прошлого. Со скидкой на электрическое освещение и паровое отопление.

Центральное место занимали тяжелые, страшные, но крайне устойчивые верстаки. Похоже, раньше здесь работало несколько человек, а теперь просто не экономили место. На одном лежала тряпка, инструменты для резьбы по дереву и небольшая заготовка. Парень предположил, что гном вырезает ложку. От второго тянуло свежей смолой, а рубанок и гора стружки на полу давали понять, что в свободное от резьбы время гном работает над заготовками.

На полках аккуратно расставлены рубанки разных форм и размеров. Леха знал, что они чем-то отличаются, но сказать, где какой-нибудь грунтубель, а где шпунтубель был не в состоянии. Тут же находилась внушительная коллекция ручного инструмента. Переселенец издалека опознал только стамески и молотки.

Вдоль стен вытянулись стеллажи для досок и обрезков, которые жалко выкидывать. Столяры в принципе народ запасливый, а в данном случае можно было биться об заклад, что в мусор уходят только опилки. Да и то не факт, может, гном и их умудрился как-то пристроить к делу.

Петрович задумчиво смотрел на Алексея. Еще вчера он проболтался магу, что ищет помощника, а уже сегодня этот его криворукий протеже азартно снимает стружку с заготовок. В принципе, гном не был избалован умелыми помощниками, и даже такой неумелый подмастерье мог быть ему полезен. Сумел же он распустить доску на заготовки для табуретки, кое-как их пристрогать и даже изобразить на одной из деталей шип для соединения «шип-паз».

Петрович видел, что парень не столько работает, сколько вспоминает, как надо работать. Похоже, он на кого-то насмотрелся и сейчас пытается повторить. Большей частью инструмента он пользуется неправильно, но перекрывает неумение энтузиазмом. Хотя, может, лучше поискать кого-то более умелого? Маг, конечно, просил посмотреть, но руки не выворачивал…

Пока гном рассматривал, что получилось у переселенца, и взвешивал аргументы «за» и «против», тот уже пробрался в дальний угол мастерской.

— Ай! А это что? — раздалось оттуда.

— Круглое?

— Да! И тяжелое.

— Это магоколесо. Лежит без дела, а выбросить жалко. — И, предугадывая следующий вопрос, уточнил: — Лицензию может когда-нибудь получу, на телегу поставлю.

— Ага, понятно, — парень скептически хмыкнул. — А это что? Токарный станок?

— Ну да.

— А как же он крутит заготовку? О, ага, на педальном приводе. Ничего себе. А это же… А вот тут? А как?

Что-то гулко щелкнуло и свалилось. Гном вздохнул и пошел проводить демонстрацию. Этот чертов аппарат ему было еще жальче, чем магоколесо. Потому что до привода у него либо руки не доходят, либо денег нет, а вот станок-то он как раз запустил. Но работать на нем ему было неудобно и не особо интересно.

— А я в школе неплохо токарил, и на производстве тоже. — похвастался парень. И самокритично добавил: — Ну, может и не очень хорошо, но другие еще хуже. В школе даже шкатулку выточил, и вазу. Понятно, трудовик помогал, но все-таки. А для одного заказа мужикам даже ножки выточил. Так, а как тут? Угу, понял…

Гном задумался. Пронаблюдал, как Алексей приноравливается к станку, устанавливает подрамник и сноровисто хватается за рейер. Сходил к столу и принес оттуда лист бумаги.

— Сможешь вот это сделать?

Парень вгляделся, пожал плечами и приступил к работе. Похоже, у него действительно был талант к этому делу: из-под рейера сначала полетели щепки, потом пошла стружка, и заготовка начала принимать форму.

— Резцы наточены прекрасно, — проговорил Алексей, поворачиваясь к гному и кладя руку на получившуюся ножку. — И деревяшка отличная.

У Петровича было другое мнение насчет заготовки, но он промолчал. Потом еще раз внимательно поглядел на довольную улыбку, на запорошенное опилками лицо, на оживший токарный станок.

— Знаешь, что, ээээ, Алексей. Приходи-ка завтра, обсудим, чем ты мне можешь помочь.

Глава 4

Леха грел руки о теплые бока кружки и радовался, что успел проскочить по улице, пока было сухо. Плотная стена дождя за панорамным стеклом как бы намекала, что засел он надолго. Это пару недель погода вообще была на удивление нестабильной, яркое солнце сменяла гроза, а три дня назад теплый май превратился в май промозглый.

В последнее время Леха регулярно наведывался в кафе, где они сидели с Максом. Ему нравилось, что тут можно слопать вкусной выпечки, выпить ароматного кофе и зарядиться энергией от безалаберных и беззаботных студентов. Заодно он вполглаза любовался на хозяйку кафе — а это была именно хозяйка или управляющая — но старался пристально не рассматривать. После того, как он схлопотал подзатыльник за безобидный куплет, парень опасался оскорблять местные нравы.

Леха тяжело вздохнул. Сначала надо встать на ноги, а потом уже думать про вот это самое. Тем, что он переселенец, никого не удивить, а хороший парень — это, увы, не профессия.

К счастью, ситуация потихоньку выправлялась. Петрович платил пятнадцать грошей в день и кормил обедом. Для начинающего подмастерья, как выяснилось, это было вполне прилично: если не филонить и не отдыхать слишком много, за месяц набегало плюс-минус двадцать марок. Три он отдавал за крышу над головой, еще семь-восемь уходило на еду, стирку, баню и прочие незамысловатые потребности. Еще около пяти просто растворялось в воздухе, ничем иным дыру в бюджете объяснить не получалось. Но даже так у него оставалось что-то на руках.

Хотя первые дни в мастерской дались ему непросто. Да ладно — первые дни, кого мы хотим обмануть? Просто со временем он притерпелся, а в начале держался на тупом ослином упрямстве и немножко на желании заработать денег. К концу недели от заявления об уходе его удержали только робость и счастливый случай. Пока он собирался с духом, гном заявил, что пора уходить на выходные, поэтому допиливай недопиленное, и начинаем приборку. В тот вечер Леха мрачно сожрал два десятка пышек, но счастливее не стал. Уже дома он сообразил, что одним махом проел больше половины дневного заработка, и расстроился еще сильнее.

Следующий день он валялся пластом — болело все. Руки, ноги, поясница, шея, плечи, мышцы задницы и что только не.