Металлический монстр - Отис Эделберт Клайн

Мы проехали мимо строящегося здания и увидели, что его возводят тем же способом, каким строилась металлическая шахта, которую я видел поднимавшейся из недр Косигуины: в качестве строительного материала использовались тела тысяч этих странных существ.

Вскоре мы остановились перед металлической стеной высотой около пятидесяти футов. Две массивные створки ворот, прежде казавшиеся частью стены, распахнулись, открывая извилистую металлическую дорогу, что вела к огромному зданию, стоявшему посреди самого необычного сада из всех, какие мне когда-либо доводилось видеть.

Вместо травы, цветов, кустарников и деревьев он был заполнен мхами, плесенью, грибными образованиями, лишайниками и прочими таллофитами[6]. Бархатистый серый мох покрывал газон сплошным ковром. Тут и там росли огромные грибы и сморчки самых разнообразных форм, размеров и цветов. Но больше всего поражали многочисленные виды исполинских слизевиков[7].

Leocarpus fragilis – слизевики, стоящие на границе между царствами животных и растений и вздымавшиеся на высоту до десяти футов, были увенчаны блестящими золотистыми споровыми коробочками, по форме напоминавшими вытянутые яйца. Шаровидные физариумы достигали трёх-четырёх футов в диаметре. А тёмные перистые соцветия стемонитиса, собранные в большие плотные группы, поднимались на двадцать футов над нашими головами. Не столь приятны для глаз были слизистые, студенистые плазмодии различных видов. Они медленно ползали по отведённым им участкам, разыскивая пищу, необходимую для образования тех прекрасных перьевидных структур, шаров, корзинок и яйцевидных споровых коробочек, характерных для зрелых форм.

Все они были порождениями тьмы, развившимися без доступа к солнечному свету, совершенно неспособными существовать под прямыми лучами владыки Солнечной системы, но при этом невероятно быстро размножавшимися и росшими здесь, в этом странном, тусклом свете подземного мира.

Мы остановились перед тем, что казалось сплошной стеной здания, однако и здесь открылась ранее невидимая дверь, образовав круглый проем диаметром около пятнадцати футов.

Мы покинули наш странный экипаж и, сопровождаемые стражами, прошли по узкому коридору в огромный центральный атриум, простиравшийся, судя по всему, до самого верха здания. Подняв голову, я увидел галереи, опоясывавшие его на каждом уровне и уходившие до самого верха. На полу этого помещения, ближе к центру, располагалось кольцо черных дисков. Каждый из них был около десяти футов в диаметре, с узким ограждением по краю. Наши похитители завели нас на один из этих дисков и велели ухватиться за перила, после чего платформа с большой скоростью взмыла в воздух и затем накренилась в сторону одной из галерей.

Перегнувшись через ограждение, я увидел, что нас поднимает исполинское сегментированное щупальце, выходящее из пола там, где только что лежал диск. После того как мы оказались на галерее, диск стремительно вернулся на прежнее место.

На галерею выходило множество круглых дверей. Нас провели через одну из них по коридору к другой, гораздо более широкой двери. По обе стороны от неё стояли двое стражей с металлическими трубками в руках. Они не обратили на нас внимания, и мы вошли в роскошно обставленную комнату, странно контрастировавшую с простыми коридорами и атриумом из коричневого металла. Пол здесь был устлан густым роскошным ковром; нижнюю часть стен украшали фрески, выше располагались барельефы, а потолок был сделан из светящегося жёлтого металла, разливавшего по залу мягкий янтарный свет.

В дальнем конце комнаты под зелено-золотым балдахином, на устланном пышными подушками возвышении примерно в трех футах над уровнем пола, полулежала фигура. Когда мы приблизились к трону, она села. Я в ужасе уставился на существо, представшее перед нами.

Сперва я принял его за оживший человеческий скелет, но, подойдя ближе, разглядел, что его плоть и кожа были прозрачными, кости и зубы – полупрозрачными, а внутренности и нервная система – непрозрачными. Его огромную голову, в два раза превосходящую по размеру голову любого земного человека, охватывал украшенный драгоценными камнями золотой обруч с огромным изумрудом посередине лба. Одежды на существе не было. Талию опоясывал пояс из золотых звеньев; с него свисали кинжал с украшенной драгоценностями рукоятью и ещё несколько предметов – были они инструментами или оружием, я определить не смог. Ноги были обуты в остроконечные золотые туфли.

Когда наши конвоиры заставили нас остановиться, это ужасное существо поднялось и шагнуло вперед, чтобы рассмотреть нас. Оно бесцеремонно ткнуло меня студенистым пальцем в живот, потянуло меня за подбородок, чтобы заглянуть в рот, затем ощупало мои руки и ноги. Везде, где оно прикасалось ко мне, оставались слизистые следы, очень похожие на те, какие оставляет садовый слизень. Пальцы у него были холодными и липкими.

Закончив осмотр, существо вернулось на своё возвышение и снова улеглось. А затем, к моему изумлению, заговорило со мной – или, по крайней мере, обратилось ко мне – по-английски.

– Я разочарован в тебе, Уолтер Стюарт. Хотя другой мой пленник, Артур Ривз, считал тебя своим предводителем, ты – лишь существо низшего порядка. А объем твоей черепной коробки исключает возможность существования мозга, способного воспринимать и усваивать высшее знание. Неужели на внешней коре Земли нет более высокоразвитых существ?

– Насколько я понимаю, – ответил я, – вы считаете себя существом высшего порядка.

– Я правлю существами высшего порядка, – последовал ответ.

– Этими металлическими людьми?

– Нет, скудоумный. Они – машины моего изобретения. Я правлю народом моей расы – существами высшего порядка, Улитами. С помощью моих металлических созданий, моих Тэков, я завоевал внутренний мир – подчинил своей власти все народы Улитов. Под моим управлением Тэки непобедимы. Я – Зет, завоеватель и император внутреннего мира.

– Мне хотелось бы знать, – сказал я, – как вы научились говорить по-английски.

– Твой мозг ещё более примитивен, чем я предполагал, – ответил Зет. – Наш разговор происходит посредством мыслей, а не слов.

– Но ведь я говорю, и вы, кажется, тоже говорите, – настаивал я. – Я слышу вас.

– Во сне ты можешь говорить и слышать, – сказал Зет, – хотя на самом деле не делаешь ни того ни другого. Можешь назвать это сном, если хочешь. Или, если предпочитаешь, можешь воспользоваться теми другими словами, имеющимися в твоём сознании, – телепатией или яснослышанием. Наши субъективные разумы ведут беседу без использования физических средств. Разговор мгновенно переносится в объективное сознание.

– Но кто ты такой, что считаешь себя в праве подвергать меня, Зета, властителя внутреннего мира, допросу? Отвечай на мой вопрос.

– На внешней поверхности земной коры нет Улитов, – сказал я. – Ею правят существа, которых называют