DooM: Эндшпиль - Дэфид аб Хью

Олестрадамус не слышал. Он был слишком занят, разъясняя своему врагу, что значит навлечь на себя гнев тыквы.

А потом я услышал то, чего боялся больше всего: звук сдувающейся тыквы, что встретила свою смерть. Олестрадамус превратился в кучу похожей на резину плоти на полу, и эта плоть больше не изрыгала молнии.

У нас только что появился первый мученик в священном походе наказания неверных.

Я отступил в тень разлома. Тупой адский принц настолько увлекся убийством своего расового врага, что начисто позабыл обо мне и других членах команды. Шатаясь, он сделал несколько шагов вперед, очевидно, уже мертвый процентов на девяносто.

Я был счастлив поставить последнюю точку в его жизни. Когда он присел над телом нашего любимого Олестрадамуса, самого умного из всех летающих существ, когда-либо встреченных мной, я вскинул дробовик и выстрелил в упор в его висок. В тот момент мне хотелось одного – держать в руках полюбившуюся двустволку, которая досталась мне в одной из земных битв.

Полагаю, Олестрадамус покоцал адского принца даже больше, чем мне показалось сначала. Я ожидал, что ему будет тяжело выстоять, но он выглядел так, словно ему в грудь ракетой попали, а он еще как-то умудрился выжить. Он тяжело рухнул на пол, последний рев вырвался из его груди. Спустя десять секунд он был мертв, а из его головы вытекала зеленая кровь, смешанная с перемолотыми в жижу мозгами. Второй козел-переросток стал швыряться в меня шарами, но было уже слишком поздно. Я сделал еще шаг назад и полетел через разлом на мокрую землю внизу. Падение было не самым мягким – меня оглушило. Когда я пришел в себя мгновение спустя, то увидел, что подо мной образовался силуэт эдакого огромного грязевого ангела.

Адский принц подошел к разлому и попытался стрелять через него, но мы спрятались за каменным навесом, где он никак не мог нас достать. Спасибо Сатане, наши бесстрашные импы не успели сделать разлом еще шире – тогда огромный козел протиснулся бы за нами.

Арлин помогла мне подняться, и я рассказал команде, что произошло с несчастным Олестрадамусом. Арлин тоже понравилась идея объявить его или ее мучеником, и я объяснил суть Шмыг, чтобы она потом смогла передать ее остальным апостолам.

Над нами раскинулось ужасного цвета небо. Мы вгрызлись больше чем на два километра вглубь твердой породы Фобоса. И здесь, прямо над головами мы увидели звезды! Разумеется, их расположение не соответствовало реальному, но оно и не должно было – в конце концов, это всего лишь компьютерная программа.

На другом конце поля я увидел возвышающуюся платформу Врат.

- Ладно, парни, - указал я на нее. – Мне неприятно это говорить, но если мы хотим найти источник энергии, нам пора убираться с Фобоса.

Арлин вскинула брови и пожала плечами.

- Ну что ж, сайонара, Фобос. С нетерпением жду, когда смогу вернуться и погостить тут подольше.

Ага, точно, АС.

17

Морпехи как кошки. Они спят вполглаза и постоянно принюхиваются, словно вечно голодные тигры. Они могут спать стоя, в невесомости, спускаясь по лестнице и даже маршируя на плацу. Не пытайтесь подкрасться к спящему морпеху – Иисус, парящий над водой, создает достаточно шума, чтобы его разбудить. И едва морпех просыпается, он вскакивает на ноги, хватает винтовку и готовится к бою так быстро, что самый быстрый микропроцессор за это время не успеет обработать и строчки машинного кода.

Я – исключение из этого правила. Флай Таггарт просыпается, не помня собственного имени, сонный и заторможенный, протирая глаза, в которых еще видны остатки сна. Меня шатало как того переделанного Фредами зомби, рот был словно ватой наполнен, и я нечленораздельно мычал, выпрашивая живительного кофе. Чтобы привести меня в чувство утром, обычно требовалось два новобранца и один крепкий рядовой. В этот раз за них отдувалась младший капрал. Арлин вытащила меня из комы простейшим из возможных способов: она начала пинать меня по ребрам, сначала аккуратно, потом все жестче и жестче, пока я, все еще с закрытыми глазами, не выставил свой мясистый кулак и не поймал ее за лодыжку. Не проснувшись и наполовину, я дернул ее за ногу и заплетающимся языком пробормотал что-то о том, что не стоит пинать мужика, когда тот пытается немного вздремнуть. А затем я моргнул и проснулся. Сел в грязной луже, поросшей сгустками острой, хрупкой синей травы, которая вроде как колыхалась на ветру, хотя не могу сказать точно. Арлин уже проснулась и смахивала грязь с униформы, потирая колено.

- Твою мать, сержант! – произнесла она громким шепотом. – Я только хотела разбудить тебя без лишнего шума.

Поняв намек младшего капрала, я тоже понизил голос.

- Что тут происходит? Последнее, что я помню – как был привязан к столу, а Новички со своим пылесосом пытались высосать мои мозги.

Я огляделся. Мы сидели на верху небольшого, слегка морщинистого холма. Вдалеке я увидел построенный людьми корабль, Позор Смертельным Деконструктивистам. Он выглядел еще меньше, чем я представлял, особенно на фоне воспоминаний о корабле Фредов. Мне до сих пор хотелось увидеть их рядом. Этот корабль, однако же, выглядел проще и был более гладкой формы. Во все стороны до самого горизонта раскинулась плоская равнина, то тут, то там к небу тянулись тонкие и безмерно высокие стволы деревьев. Они так плавно покачивались от малейшего ветерка, что вполне возможно, это была просто очень большая трава.

Весь сегодняшний день был окрашен оттенками голубого. Я точно помнил, что пустыня, по которой мы брели, оставив корабль Фредов, была серо-коричневой, без намека на голубой. Я нагнулся и осмотрел землю: голубые пятнышки, которые окрашивали всю территорию, на самом деле были крошечными жуками. Почти микроскопические насекомые покрывали все, даже меня с Арлин. На мгновение я съежился от страха – никогда не любил жуков. Но сейчас я ничего не мог поделать, да и боли они мне не причиняли. Даже Кегля, и тот нас покинул. Понятия не имею, куда он делся, но с нами этого маленького предателя поневоле не было.

- Арлин…

- Да, я знаю. Ты даже сбросить с себя их не можешь. Полагаю, они питаются микробами, так что могут даже пользу принести.

- Арлин, в какую жопу нас на этот раз занесло?

Она пожала плечами. Из-за голубых существ ее ярко-рыжие волосы стали фиолетовыми.

- Все, что я могу вспомнить, это как Реаниматоры пытались