Дети Владыки. - Виталий Конторщиков

Не доходя метра до машины, этот парень склонил голову и басисто пророкотал:

— Я Сохал, сын Забира. Рад вас приветствовать на земле племени «Правой руки». Не знаю, что со мной произошло, но внезапно мне стало плохо, и я упал, а потом очнулся, и…

И ваши волшебницы сотворили чудо, и теперь моя жизнь принадлежит вам, — он снова поклонился, но теперь куда ниже.

Кинув быстрый взгляд на странное окно, увидел смотрящих на меня девчонок. И что характерно, они ржали и показывали мне язык, но недолго, ведь приём больных уже начался. Нетрудно догадаться, что он изначально предложил подобное нашим девушкам, но был послан… Ко мне. Ладно, с этим потом разберёмся, сейчас нам нужна информация, и тут он нам очень пригодится.

Пригласив его к нам в машину, решили скрепить знакомство рукопожатием.

-- Трафт, -- сказал я, протягивая руку.

-- Рыжий, -- отзеркалил мой друг.

Немного потупив, разглядывая наши конечности, он робко протянул свою. Ну вот, контакт налажен, теперь самое главное.

-- Расскажи нам, друг Сохам, кто вы такие, чем живёте, и почему вас всех постигла такая опасная болезнь.

Немного помявшись, он басисто начал излагать свою историю. Но сначала задал свой вопрос, словно персонаж широко известной на Земле народности.

-- А правда, что вы прилетели надрать… хвосты этим Гронам?!

Не знаю, как у них здесь развито информационное поле, но уже спустя сутки далёкое племя знало, что мы высадились на планету, значит, какая-то связь с внешним миром у них присутствует, подумал я и решил ответить честно.

-- Разорвём всех Рептилоидов в клочья, и это уже не подлежит обсуждению, да и сомнению тоже. Не стоило им начинать свои игрища с попытки нас уничтожить ещё на орбите, да и при приземлении они поступили подло, поэтому да, им конец.

-- Никогда не любил крокодилов, -- почесав голову, добавил мой друг.

Улыбка нашего нового друга говорила, что перевод «Глобо» прошёл нормально. Однако мы ждали ответов, и он начал свой рассказ:

-- На этой земле наше племя живёт с незапамятных времён. Уже многие столетия мы занимаемся добычей руды и её первичной переработкой. Раньше, когда её было много, наша жизнь была гораздо лучше и сытнее. Но выработки истощились, и сейчас мы влачим полуголодное существование. Сколько мы себя не помним, наше племя всегда работало на Гронов. Это приносило доход, и мы могли хоть как-то существовать. Но с каждым годом руды становится всё меньше, а аппетиты наших властителей не убывают, вот и приходится выкручиваться, работая и днём, и ночью.

Простая и понятная речь, явно невеликий интеллект, по всей видимости, человек он открытый, и гнильцы в нём не видно, подумал я, прикидывая, где он нам может пригодится. Поэтому поговорим.

-- Так, это понятно, вы, шахтёры, батрачите на Гронов, но не все же люди этим занимаются, есть же и другие поселения, как там обстоят дела? И расскажи, почему вы все болеете? – Мне стало интересно, как у них тут всё, и я решил немного расширить вопрос.

-- Ну, старшие говорили, что это от плохого питания и отсутствия солнца, да и откуда ему под землёй взяться? А такими мы были всегда, и только ваши… волшебницы сделали со мной чудо. У меня почти ничего не болит, я, я даже не знал, что так бывает.

Выскочив из машины, он грохнулся на камни, попутно разбив себе лоб.

-- Мой долг перед вами вечен, позвольте искупить! – Проорав эту хню на весь посёлок, он так и завис в коленно-локтевой позе.

Пля, это начинает напрягать, подумал я. Время уходит, информации ноль, а этот тут коленца выписывает. Видимо, нам от него никуда не деться. Прогнать не вариант, наверняка за нами пойдёт, не убивать же его в самом деле.

На площадь стали выходить первые вылеченные дети. Первыми на стол к целительницам попали совсем уже умирающие люди, но они так и продолжали приходить в себя в помещении, а вот следом пошли дети. Они выскакивали, громко крича и даже не пытаясь вернуть на свои лица повязки. Мамаши терялись в общем гвалте, не зная, как себя вести, боясь даже дотронуться до своих чад. А первая пара детей, весело заливаясь, пытались обнять убегающих мам.

Узрев эту картину, на заднем плане рухнул на колени и староста, что до этого махал руками перед нашим командиром.

Словно прорвавшаяся плотина, «падучая» захватила всех людей поселения. Видя чистые, без оспин и нарывов лица первых вышедших в сопровождении Амиты детей, их радостные и счастливые лица, население этого посёлка разом упало на колени. Все без исключения рухнули и стали стучатся головами о камни. Эта хрень ломала рассудок похлеще зависшей на ветвях Пандоры Горгоны.

Хлестанувший по мозгам выстрел чуть не вынес последний цепляющийся за остатки логики разум. Мой друг как всегда «пас поляну», поэтому летящий к нам дрон Рептилоидов рухнул на камни, существенно не долетая до нас. Если точнее, то метрах в двухстах.

Мой друг был начеку, да и со своей винтовкой он никогда не расставался, по крайней мере я такого не видел в последние полгода.

В суматохе ближайших часов у нас как-то совсем вылетел из головы тот непреложный факт, что Рептилоиды уже сто пудов знают судьбу посланной ими группы в это поселение. Не может быть иначе. В этом мире напичканных в тело технологий сигнал о смерти этой группы наверняка достиг штаба или что у них там. Появление на горизонте дрона Гронов говорило само за себя.

К сожалению, наш разговор пришлось срочно прервать. Но один вопрос меня действительно интересовал не по-детски:

-- Сохал, а из чего сделаны ваши окна?

Привычно потупив, он закрутил головой, смотря на эти самые окна. Пожав плечами, он ответил:

-- Так, вода... Минерал и энергия. Обычная плёнка, чтобы сохранить тепло в домах.

Обычная и обычная, подумал я, и мы начали действовать.

Жорик полетел в направлении, откуда прибыл этот посланник Рептилоидов. Ну а мы, сорвавшись с места, побежали занимать позиции на новом месте нашей дислокации с другой стороны поселения. Камней в наш рост, чтобы укрыться, здесь тоже хватало.

Однако никто из очереди людей даже не дёрнулся, чтобы убежать. Реальная возможность исцеления была сильнее страха и не разогнала людей по домам. Неспешно поднявшись с колен, они с тревогой поглядывали в небо, ожидая незнамо чего. Хотя догадаться о причине их опасения было нетрудно, тем более Жорик уже увидел