Темный охотник #12 - Андрей Розальев

От точки, с которой можно было посмотреться в зеркало Аматэрасу, начиналась узкая дорожка, усыпанная белым гравием, явно предназначенная для хождения поодиночке. Она проходила под первыми воротами, заходила внутрь святилища, делал круг и выходила через вторые ворота. А там уже можно было уйти в город или пойти в императорский дворец через двойной мост — если пустят.

Но самым главным объектом святилища, безусловно, являлся огромный необработанный кристалл горного хрусталя, торчащий, словно перст, в самом центре святилища.

Похоже, сама Аматэрасу, точнее, слепок сознания Фригг, подсказала Махиро наилучшее решение. Потому что теперь вектор движения был понятен любому, кто придёт на площадь. Загляни в зеркало, чтобы увидеть кто ты есть, ужаснись, и иди в святилище, чтобы очиститься.

Если Лекса ещё и сделает этот механизм рабочим, как мы оживили зеркало…

Проскочившие в голове мысли я передал полубогине одним мыслепакетом, и та, обернувшись, кивнула. Поняла, что и как сделать, чтобы получилось идеально.

Сама Махиро, облачённая в традиционное многослойное кимоно и накидку, с непокрытой головой и неизменным тати в ножнах, подвешенных шнурами на поясе, стояла в окружении придворных и репортёров. Вдалеке стояло оцепление, за которым виднелось огромное количество простых японцев, пришедших в столь ранний час поглазеть на редкое зрелище.

— Лекса-но-ками, — звонкий голос Махиро, усиленный магией, разнёсся над площадью.

Все присутствующие, начиная с самой императрицы, склонились перед ней.

Мы остались смотреть, а Лекса остановилась перед зеркалом и взглянула на себя. Уж не знаю, что она там увидела, но, насмотревшись, поправила волосы, улыбнулась своему отражению и пошла к святилищу. Гравий захрустел под её шагами.

Зайдя внутрь, Лекса просто прикоснулась к камню.

Несколько секунд ничего не происходило, и я не сразу понял, чего она ждёт. Но потом солнце, выглянув из-за домов, позолотило крышу, ещё чуть-чуть…

И хрусталь ожил, начал наливаться плотным белым светом. Немного погодя я ногами ощутил исходящую от него вибрацию, а потом и услышал гудение. Надеюсь, она не планирует вызвать землетрясение? Но нет. Свет, пробиваясь через ставшими прозрачными ладони Лексы, окутал её всю, а потом и всё святилище, растворил в своём сиянии столбы, и даже крыша в какой-то момент стала будто бы прозрачной.

С мелодичным звоном камень вспыхнул так ярко, что пришлось прикрыть глаза рукой.

Вот только в астральном плане он продолжал сиять. Да и в видимом спектре немного светился, что я понял, когда проморгался. Похоже, Лекса не просто привязала камень к себе, как алтарь, но и напитала своей божественной силой «авансом», чтобы его не пришлось долго намаливать, как в храме белкусов.

В благоговейной тишине Лекса вышла через вторые ворота и, обернувшись, осталась там стоять, улыбаясь.

«Махиро, давай!» — мысленно подтолкнул я императрицу, забывшую, кажется, как дышать.

Никто так и не издал ни звука. Да что там, присутствующие придворные, особенно сильные одарённые, выглядели так, будто сама Аматэрасу вышла из своей пещеры и снизошла на площадь. Неодарённые и слабенькие маги ещё могли подумать, что это просто магия света, но те, кто рангом повыше, если и не понимали, то чувствовали, что произошедшее выходит далеко за рамки обычной магии.

Махиро, следуя примеру Лексы, подошла к зеркалу. Остановилась, глядя на себя, удовлетворённо кивнула своим мыслям и пошла к святилищу. Чуть поклонилась при входе, прошла, хрустя на каждом шагу, к персту. Приложила обе ладони.

И камень откликнулся, вспыхнув на мгновение молочно-белым светом.

Какая всё же красивая магия!

В этот момент я, будучи связанным с Махиро, почувствовал, как по ней прокатилась очищающая волна, подобно благословению самой Лексы. Да что там, у девушки даже лицо разгладилось, ушло напряжение, на губах заиграла лёгкая улыбка. Вот значит, как это работает?

Следом за императрицей никто не решался идти, и я подтолкнул сперва Анютку, а потом и Ариэль. Сам прошёл последним.

Зеркало вполне ожидаемо показало меня возле стелы Кодекса, в окружении неожиданно не только моих красавиц, но и детей, за которыми угадывались многочисленные друзья и союзники. Хм… приятное видение! Я не против!

Единственное, что омрачало в видении — от него веяло тревогой. Изображение задрожало, будто в горячем мареве.

Сглотнув, я поспешил отойти от зеркала и прошёл через святилище. Прикоснулся к холодной поверхности хрусталя, и выдохнул.

Хрусталь мигнул, и меня будто волной свежести омыло, а тревога улетучилась, будто её и не было. Даже чуйка, всё последнее время тикающая в голове подобно таймеру обратного отсчёта, стала тикать спокойнее. Всё также подгоняла, но не торопила.

— Лекса, то, что ты сделала! У меня просто нет слов! — когда я подошёл к ожидавшим меня девушкам, Махиро как раз выражала свои восторги. — Я думала… думала, что ты что-нибудь скажешь, но ты! Ты хоть понимаешь, что ты сделала?

— Очень хорошо понимаю, — кивнула Лекса. — Это не первый мой алтарь.

— Рэйсё-но-Масакагами, Зеркало Души, в котором каждый видит себя без прикрас. И Киёмэ-но-Мабасира, Столп Очищения, возле которого можно отказаться от скверны, и если твоё желание искренне — ты почувствуешь, будто камень с души свалился. Ты вдохнула новое дыхание в древнюю религию! — Махиро только что не приплясывала от возбуждения. — Вот увидишь, через неделю через это святилище пройдёт половина Токио, а очередь желающих выстроится отсюда и до Итурупа!

— Очень на это надеюсь! — полубогиня сама сияла, как начищенный самовар. — Чем сильнее вера, тем больше я смогу помочь тем, кто в этом действительно нуждается. Ну и моя сила в этой вот вере. Это путь светлых богов, очень непростой путь.

— Тёмный проще? — нахмурилась императрица.

— Тёмный путь всегда проще, — вздохнула Лекса. — Даже напрягаться не надо, достаточно разок слабину дать, и оглянуться не успеешь, а ты уже на тёмной стороне.

— Я буду приходить сюда перед каждым важным решением, — оглянувшись, пообещала Махиро. — Чтобы не сбиться с Пути.

Глава 17

Временная мера

После открытия храма Махиро пригласила нас в малую приёмную, просто поболтать.

Но, конечно, запросто поболтать с императрицей не так просто. Разговор так или иначе сворачивает на политику. Вот и я вспомнил одно незаконченное дело, которое в прошлый раз, после интронизации, упустил.

— Махиро, слушай, а у тебя тут Окада не объявлялся?

— Объявлялся, — улыбнулась та. — Не просто объявился, пришёл с рапортом на увольнение.

— Вот те раз! — удивился я. — И почему же?

— Потому что самовольно покинул рабочее место и залёг на дно. А так