Корпорация Santa - Денис Деев

Тяжелые двери из массива натурального дуба бесшумно распахнулись, впуская его внутрь.

Кабинет Эмиля был огромен и пугающе пуст, если не считать массивного стола из темного дерева, напоминающего алтарь. Господин Директор стоял у панорамного окна, заложив руки за спину. Услышав шаги, он неспешно обернулся, тепло, почти по-отечески улыбнулся и легким движением пальцев приказал охране снять с Макса браслеты.

Офицеры бесшумно растворились за дверью.

— Проходи, Макс. Присаживайся, — голос Эмиля обволакивал спокойствием. — Мои искренние поздравления с выдающимися финансовыми показателями.

Господин Директор подошел к встроенному бару и, к немому ужасу Макса, извлек оттуда знакомую пузатую бутылку.

— Выпьем за успех?

Эмиль плеснул в хрустальные бокалы две щедрые порции «Слезы эльфа».

— Классная штука, — Директор с видом истинного ценителя вдохнул аромат сивухи, настоянной на техническом меле и гудроне, и сделал большой глоток, ничуть не поморщившись. — Жгучая. Дерзкая. Бескомпромиссная.

Макс сидел в кресле ни жив ни мертв, лихорадочно пытаясь понять, в какую именно садистскую игру с ним сейчас играют.

— Но вот в чем загвоздка, Макс, — Эмиль аккуратно поставил бокал на стол, и его теплая улыбка начала медленно, неотвратимо таять. — Мы, Красные Мотиваторы и Голубые Управляющие... мы другие. Мы рождены здесь, на Террисе. Мы пьем ваш элитный коньяк, наслаждаемся его... оригинальным вкусом, и с нами абсолютно ничего не происходит. Никаких побочных эффектов.

Эмиль неторопливо обошел стол и навис над замершим в кресле Максом.

— Но вчера... — продолжил Директор, и в его голосе зазвучал арктический холод. — Один расчувствовавшийся Красный Мотиватор решил поощрить своего лучшего желтого сотрудника за ударный труд. Он не стал угощать его карамельным кнутом. В виде величайшего исключения налил ему рюмку твоего элитного коньяка.

В огромном кабинете повисла тишина, плотная и тяжелая.

— И желтый эльф проснулся, — тихо, почти ласковым шепотом закончил Эмиль. — К нему вернулась память. Он вспомнил Землю. Он вспомнил, что он — человек.

Директор наклонился так близко, что Макс отчетливо увидел свое перепуганное, бледное отражение в его ледяных зрачках.

— А теперь ответь мне, мой гениальный менеджер... Многие ли в твоем Тринадцатом цеху успели попробовать этот восхитительный напиток? И... как вы вообще додумались до его изготовления?

Макс понял: отступать некуда. Позади была Угольная Яма, впереди — ледяные глаза Абсолютного Директора. Если признаться в сознательном производстве алкоголя, разрушающего корпоративные скрепы, — это расстрел на месте. Следовательно, оставалась только «Защита Идиота». Нужно было продать катастрофу как гениальную, но случайную инновацию.

Макс сглотнул, расправил плечи и включил режим одухотворенного визионера.

— Господин Директор... То, что вы называете коньяком, изначально задумывалось как... э-э... высокотехнологичный растворитель для красок! — Макс сделал честное-пречестное лицо, каким обычно обладают люди, продающие подержанные автомобили. — Мы ведь запустили линию музыкальных открыток. Требовалась особая адгезия картона!

Эмиль медленно кивнул. Лицо его выражало глубокий, почти отеческий интерес.

— Растворитель? — мягко переспросил Директор. — Какая невероятная удача. Продолжай, Ж-313.

Макса понесло. Почувствовав, что начальство слушает и не перебивает, его внутренний сказочник расправил крылья.

— Именно! Мы смешали базовые реагенты... но из-за устаревшей вентиляции в Тринадцатом цеху произошел досадный инцидент. В чан с растворителем случайно упала горсть опилок и кусок фанеры!

— Опилки? В чан с химикатами? — Эмиль удивленно приподнял бровь, словно слушал сказку на ночь. — Бывают же на производстве такие поразительные совпадения.

— Не говорите! Я сам был в ужасе от нарушения санитарных норм! — горячо подхватил Макс, активно жестикулируя. — А потом... потом логисты сорвали нам поставку питьевой воды. Один желтый эльф, совершенно изможденный перевыполнением плана, подошел к чану, перепутал его с кулером, зачерпнул стаканом этот самый растворитель на опилках... и выпил!

— И знаете, что произошло, Господин Директор? — Макс выдержал театральную паузу, подавшись вперед.

— Что же? — Эмиль даже слегка наклонил голову набок.

— Он взбодрился! — радостно возвестил Макс. — Его показатели выросли на триста процентов! Он начал клеить открытки со скоростью промышленного степлера! Это оказался не просто растворитель, это мощнейший энергетик!

Эмиль взял со стола свой бокал с коньяком, посмотрел его на просвет и небрежно поинтересовался:

— А память?

Макс на секунду запнулся, но тут же взял себя в руки.

— Память? А что должно было случиться с его памятью? Всё абсолютно нормально! Как его зовут — помнил, где лежит скотч — помнил, гимн Санте пел без запинки... Ну я и подумал: если это такой потрясающий «эликсир быстродействия», почему бы не дать его остальным передовикам? Исключительно ради блага Корпорации! Ну а потом... потом произошел этот досадный сбой маршрутизации пневмопочты. Бутылка прибыла не по адресу. Техническая накладка.

Макс замолчал, победоносно глядя на Эмиля. Легенда была железобетонной. Случайность, помноженная на энтузиазм.

В кабинете повисла тишина. Эмиль перестал улыбаться. Температура в комнате словно разом упала на десять градусов. Иллюзия добродушного слушателя испарилась, оставив после себя лишь холодный, расчетливый интеллект хищника.

Директор оперся обеими руками о массивную столешницу и медленно, неумолимо придвинулся к Максу.

— Скажи мне, Ж-313... — голос Эмиля звучал тихо, но от него вибрировали стекла в панорамных окнах. — Ты правда считаешь, что межпланетной корпорацией с триллионными оборотами могут управлять дебилы?

Макс вжался в кресло. Весь его кураж мгновенно испарился, оставив лишь липкий, холодный ужас.

— Я... э-э-э... нет, конечно нет, Господин Эмиль... но...

— Тогда зачем, — Директор чеканил каждое слово, как гвозди в крышку гроба, — ты сейчас сидишь в моем кабинете и несешь эту низкосортную, жалкую чушь?

— Это не чушь, Господин Директор, — голос Макса внезапно потерял все дрожащие, заискивающие нотки. Спина выпрямилась. — И я могу это доказать прямо сейчас.

Эмиль слегка опешил. Выражение абсолютного всезнания на его лице дало крошечную трещину.

— Как? — искренне недоумевая, спросил он.

Вместо ответа Макс сделал то, за что в СантаКорп обычно распыляли на атомы даже без заполнения формы на утилизацию. Он бесцеремонно потянулся через необъятную столешницу из красного дерева, взял личный бокал Эмиля, в котором плескался элитный подпольный коньяк, и сделал огромный, жадный глоток.

Жидкость обожгла горло, напомнив о теплотрассах Южного Бутово и гении Жоржа. Макс крякнул, лихо допил содержимое до самого донышка и, с шумом выдохнув, по-пролетарски, от всей широкой души занюхал лацканом своего роскошного Красного Пиджака.

— Ух, хорошо пошла! — искренне выдохнул он, смахнув выступившую слезу.

Эмиль молча,