Репликация - Наташа Эвс

до приезда Серафима меня одолевало волнение: как пройдет объединение союза, вернутся ли наши силы, будут ли они такими же, как раньше, и как это повлияет на наших детей. За последнее Мия переживала особенно, но теперь иного выхода не было — мы должны вернуть силы и начать сопротивление.

Я переживал за свои возможности. На меня возложили ответственную миссию, и я опасался не дотянуть до такой высокой планки. Мне кажется, я был совсем другим до закрытия Главных Врат. Решительным, сильным и даже дерзким. А потом во мне будто что-то надломилось. И я никак не могу с этим справиться.

Настал день нашего объединения. Мы собрались в подземной локации, ожидая Серафима. Ян ходил по залу из стороны в сторону, сунув руки в карманы, Эвелин скромно сидела на краю длинной лавочки и с усталой задумчивостью смотрела в пол, а Леон, Стефания и Николь устроились за столом в центре. Мия была очень напряженной, я это чувствовал. Она опустилась на ящик в стороне, сняла фигурку кролика с шеи и стала монотонно переворачивать ее в пальцах. Точно так, как в те далекие времена пребывания на острове. Только тогда Мия сдерживала в себе древнего Абаддона и движения фигурки в пальцах не давали ей отдать сознание темному, заключенному в ней. А сейчас, наверное, этот кролик — память о маме — помогал Мие собраться с силами для предстоящего события.

Я сидел один с дальнего края стола и смотрел на Яна. Мне хотелось точно так же ходить из стороны в сторону, потому что сила волнения стала мне мешать. Она сдавила мои ребра кольцом, не позволяя сделать глубокий вздох, и от этого мое сердце колотилось, поднявшись из сжатых легких в самое горло. Я пытался выглядеть спокойным, делал медленные глубокие вдохи, считал до десяти, задерживал дыхание, но это плохо помогало. И в какой-то момент я взглянул на Мию, а она в это же время посмотрела на меня. Наши взгляды встретились, и я ощутил спокойствие, которое исходило от нее. Мия словно успокаивала меня сквозь пространство, обнимая своей любовью и силой. Я поднялся и подошел к ней, чтобы быть рядом, потому что чувства Мии действовали на меня как успокаивающий наркотик.

— Спасибо, любимая, — шепнул я, устраиваясь на полу у ее ног. — С тобой я смогу все. Моя сила — ты. И только с тобой я полноценен.

В этот момент в зал вошел охранник и объявил о прибытии Серафима. Мы тут же все поднялись. Меня снова заколотило, наверное, от осознания значимости события. Ведь главный в этой сцене я. Смогу ли я принять энергию инверсов и соединить себя с их потоками. Буду ли достаточно силен после второго объединения. А если все пройдет в пустую, если я не смогу, что делать дальше? Как менять невыносимую реальность? Как объяснить Мирославе, что таким людям, как мы, без зеленых браслетов и других меток, дороги почти везде закрыты? Нет. Это будет огромный провал. Позорный проигрыш союза в первую очередь, ведь мы существуем не просто так. Мы единственные имеем силы справиться с группой древних паразитов. Мы должны. Я должен.

Я.

Когда в зале появился Серафим, Эвелин вскочила и крепко его обняла. Из-за работы Серафима, они виделись от случая к случаю.

Мы расчистили центр помещения от лавок, столов и ящиков, решив проводить соединение в этом просторном месте. Я встал в центре, а ребята окружили меня, как и в первый раз. Тогда все для нас было новым, и никто из группы не знал, что даст объединение сил.

Обернувшись, я посмотрел на лица своих друзей, одни были взволнованны, другие выражали полную решимость. Самую твердую решительность проявлял Ян. Его черные брови нависли над глазами, а скулы ходили ходуном, потому что этот парень желал ринуться в бой и от нетерпения сжимал и разжимал челюсти. Взглянув на Мию, я уловил ее железное спокойствие и глубоко вздохнул. Ну все. Все готовы. После этого я закрыл глаза, стараясь ощутить каждую клеточку своего тела, и сделал три глубоких медленных вздоха.

Соберись, Марк.

Соберись.

Соберись…

Ощути себя сгустком энергии. Раскрой себя. Тебе нужно стать поглотителем. Ты сможешь. Сила внутри тебя. Сила всегда внутри.

Давай…

Я вытянул руки в стороны и развернул ладонями вверх, чтобы каждый инверс опустил свои руки на мои раскрытые ладони. Когда все было готово, я медленно ушел в себя, нужно раскрыть источник потока энергии. Вот он. Совсем сжатый и далекий, словно потонувший драгоценный камень на дне океана. Я поднимаю его из самых глубин моего существа. И выношу на поверхность. Раскройся. Ты должен стать самым большим, ты должен стать самым сильным и вобрать в себя поток каждого инверса.

Ты должен…

Я старался. Я очень долго старался. Но ничего не происходило. Я ничего не чувствовал. Никаких потоков, никаких чужих энергий.

Я совершенно пуст.

Что делать?

Все бросить?

Сдаться?

Что делать? Как себя вести?

Мартин ошибся. Ошибся. Силы ушли безвозвратно. Нас больше нет. Союз разрушен…

Я хотел уже опустить руки и извиниться перед всеми, как вдруг ощутил мощную волну, которая исходила из моего сердца, куда я поместил источник потока энергии, тот самый, поднятый со дна моего существа.

Волна вышла с огромной силой и буквально поглотила связью с каждым инверсом через руки. Их силы потянулись ко мне с бешеной скоростью, отчего меня начало колотить. Мое тело не успевало принимать столько энергии и это выражалось в том, что меня трясло словно в лихорадке.

Я будто расширялся, поглощая в себя всю энергию по близости, вбирая все силы инверсов и даже их жизненное наполнение.

И когда от меня начало трясти и каждого инверса, я ощутил мощный взрыв света. Мои глаза открылись, но я видел только яркий поток света. И еще я не ощущал себя как раньше. Я стал чем-то иным. Не имеющим границ и предела.

Мне нужно еще.

Я хочу больше.

Отдайте мне все.

Мне нужно все!

С голодной жадностью я всасывал в себя силы инверсов. И находился в огромном потоке света. Я словно отключился от мира, но где-то в пространстве слышал голоса.

«Что происходит?»

«Марк!»

«Так должно быть?»

«Марк! Что с тобой?»

«Может, это остановить?»

«Боже мой… Что происходит?»

А потом я растворился в этом сильном потоке света и перестал слышать.

— Он дышит?

— Да.

— А остальные?

— Все живы. Только что с ними?

Голоса появились снова, но уже где-то рядом.

Я медленно открыл глаза и понял, что лежу на