Игра Хаоса. Книга 14 - Алексей Рудольфович Свадковский

понимаю, что мы внутри звездолета. Капитан прикладывает руку к сканеру, тот пищит, что-то считывая, и, наконец, внутренний шлюз открыт. Световые дорожки горят по бокам коридоров, подсвечивая путь, минуем еще несколько дверей, и я вижу просторный анабиозный отсек с кучей камер-саркофагов по бокам. Почти все они пусты, лишь пара десятков работают, и в голубой дымке проступают тела людей, погруженных в сон.

— Это весь еще непробужденный экипаж, остальные уже давно снаружи. Корабль для нас — это основа выживания, пока он есть, существует и город. С помощью его генераторов мы вырабатываем энергию, ремонтный отсек позволяет изготавливать и чинить все необходимое, медицинский лечит нас и наших детей, пищевой в случае нужды создает питательную массу. Для нас он — все. Уничтожь Сокол, и считай нас нет. Мы столько лет ждали, что о нас вспомнят, найдут, но не для того же, чтобы предать и убить…

— А где остальные? — уточнил я, глядя на распахнутые камеры для сна.

— Вокруг тебя, — ответил мэр-капитан, устало присев. — Кто-то ушел, кто-то еще, как и мы, несет свою вахту, а кто-то остался лишь в памяти, да в своих потомках. Мы многих потеряли в первые годы, а системы корабля взаимодействуют лишь с теми, у кого есть орденские наноботы, и даже я, как капитан, не могу внести в список допуска новых лиц. Мы выводим из анабиоза членов экипажа по мере старения и ухода пробужденных ранее, передавая им свою вахту. Тут вокруг, по сути, все как единая команда, почти семья, даже пришлые, прибившиеся к нам и ставшие такими же близкими. Старик Нугор, наш алхимик, разработавший лекарство от черной лихорадки, которую системы корабля даже не могли диагностировать. Делл Гунн, глава разведчиков, еще мальчишкой сумевший распознать проклятых торговцев, почти вошедших в город, а потом верно служивший поселению больше десяти лет, — он качнул головой. — Здесь каждый делает все для выживания остальных, и бросить кого-то, оставив их за спиной… Ты бы так смог?

Он взглянул мне в глаза и сам ответил на свой вопрос:

— Не смог бы. Иначе не стал бы рыцарем Лиги.

— Тогда что делать? — спросил я, сам плохо понимая, что предпринять.

— Как ни странно, у меня есть ответ на этот вопрос.

Тобиас, достав горсть зеленоватых пилюль, закинул их в рот и, слегка закашлявшись, надолго припал к фляжке. После чего снова сумел заговорить.

— Попав сюда, мы тоже не теряли времени даром, все эти годы пытаясь отыскать способ, возможность удрать отсюда и, кажется, нашли. Щит отрицания, окружающий планету, делает почти невозможным создание стабильного перехода извне, но изнутри это сделать намного проще, чем и пользуется Тлат’Нок, формируя туманные порталы, куда и попадают будущие жертвы. Все эти годы мы пытались создать свою портальную установку, способную осуществить межмировой переход. Нужен мощный импульс, способный пройти сквозь преграду для установления связи, и дальнейшая фиксация этого сопряжения, чтобы образовать устойчивый канал, по которому можно осуществить эвакуацию. Но главная проблема заключается в том, что нам необходимо не только выстроить свои врата, но и найти те, куда можно будет переместиться. Мы надеялись методом подбора отыскать какие-нибудь дикие врата, давно забытые своими создателями, но еще пригодные для возникновения и фиксации сопряжения. Только, если ты нам поможешь, все будет намного проще. Думаю, Лига или Орден могут открыть для нас свои точки переноса и передать через тебя все необходимые данные для связи с ними.

Вспомнив о портальном зале в здании Лиги, я кивнул.

— Думаю, это легко решить.

— Очень хорошо, — кивнул Тобиас. После приема таблеток он стал немного лучше чувствовать себя. — Вторая проблема заключается в том, что у нас самих не все готово. Мы потратили годы на поиск того, что необходимо. Ты не представляешь, сколько людей полегло, обшаривая проклятые, кишащие нежитью места, в надежде отыскать нужные компоненты и источники знаний. Когда мы штурмовали башню магистра Гориаса, погибло больше сорока наших товарищей. И только чтобы получить доступ к его библиотеке. Годы поисков и трудов, и мы близки к решению задачи, но нам все еще не хватает концентратора маны, способного удерживать ее поток для начала формирования портала. Это последний ключевой компонент, который так и не смогли получить. По словам нашего мага, есть надежда найти его в Пустом Городе. Он предполагает, что там был проведен какой-то магический ритуал, и он продолжает действовать до сих пор, а без концентратора маны такое почти невозможно. Нам необходимо его получить. Причем как можно скорее, и мы переходим к третьей причине, той, отчего я верю, что сами боги послали нам тебя. Все это нужно проделать в течение пяти дней.

— Это еще почему? — непонимающе уставился я на старика, нервно вздрогнув, едва услышал столь короткий срок.

— Потому что через пять дней мы должны выплатить Первому налог на жизнь, — ответил Тобиас, опустив голову. — Тридцать человеческих особей, возрастом до семи лет, разного пола. Такова часть сделки за право и дальше оставаться живыми.

— Ты хочешь сказать, — недоуменно уставившись на старика, спросил я, — что вы…

— Да, — потемнев лицом, он качнул головой. — Мы платим налог своими детьми ради выживания остальных. Все поселения выживших платят, иначе бы Первые просто не позволили нам существовать. Мы держались почти семь лет, прежде чем нас буквально задавили массой: весь воздух был переполнен мошкарой, так что не продохнуть, дикие волнами лезли из лесов, ментальное давление, шебуршащее в голове тысячами крыльев, буквально сводило с ума. Охотники, старшие, снова дикие. Мы убивали одних, но на их место приходили новые, пока наши силы, наконец, не иссякли. Если б эта тварь захотела, она бы разделалась с нами сразу, но она позволила нам жить и платить. Разводит нас, как скот на забой.

И в этот раз, Игрок, жребий выпал моему внуку, последнему, что у меня есть в этой жизни. Сын с невесткой погибли при штурме этой проклятой башни, вынося книги из библиотеки. Дочку я сам отвел к жертвенному дереву девятнадцать лет назад. Помоги мне спасти хотя бы его. Я богат, очень богат. Весь этот корабль построен мной и на мои средства. Наша семья много лет поддерживает Орден Порядка, а наши звёздные верфи считаются одними из лучших в Радуге миров. Почти четверть кораблей Ордена создана у нас. И тот злополучный полет проводился для проверки нового экспериментального двигателя. Помоги мне вытянуть моих