Бывает и хуже? Том 7 - Игорь Алмазов

Лаврова медленно кивнула, и вдвоём мы вышли из кабинета главврача. На улице она меня остановила.

— Александр Александрович, — избегая взгляда, проговорила она. — Я хотела перед вами извиниться.

— За что? — удивился я.

— За то, что было в самом начале, — протянула Тамара Павловна. — Когда вы только пришли. Я ведь на вас тогда смотрела… Ну, скажем, без энтузиазма. Ну вы сами помните наверное. Этот скандал с Верой Кравцовой… Ваша манера работать, точнее, не работать. А потом вы начали резко меняться, и я до последнего не могла поверить, что это правда.

— Вам не за что извиняться, — сказал я. — Я действительно наделал много ошибок поначалу.

Не я, а прошлый Саня Агапов, но это не важно.

— Александр Александрович, вы не понимаете, — мотнула она головой. — Если бы не вы, я бы доработала до пенсии через силу. И ушла бы с ощущением, что отделение разваливается у меня на глазах. А я ухожу спокойной. У меня в отделении остаётся заведующий, который точно знает, что делает. Я уезжаю счастливой. Спасибо вам. Да ведь благодаря вам я в принципе решилась на этот отпуск! Без вас… я бы точно сгорела.

— Рад, что смог помочь, — серьёзно кивнул я. — Вы заслужили отдых.

— Сегодня у меня дела в городе, а завтра уже приду со всеми прощаться, — бросив быстрый взгляд на поликлинику, сказала Лаврова. — Так что до завтра.

Она пошла к выходу с территории больничного комплекса, а я вернулся в свой кабинет.

— Лена, у меня большие новости, — объявил я. — С понедельника я официально заведующий терапией. Тамара Павловна увольняется и уезжает в Москву.

— Ты серьёзно⁈ — обрадовалась Лена. — Так я теперь смогу официально тебе говорить: «Следующий, сказал заведующий»?

— Это всё, что тебя радует? — усмехнулся я. — А поздравить любимого терапевта?

— Поздравляю конечно! — Лена кинулась с объятиями. — А я, значит, медсестра заведующего. Новая должность, почётно!

Я усмехнулся. У нас с Леной по итогу сложились прекрасные взаимоотношения. Крепкая дружба и идеальная рабочая обстановка. Я был рад, что все трудности остались позади и сформировался такой тандем.

— Планёрку надо собрать, — сказал я. — Позовёшь всех?

— Ох и не терпится увидеть лицо Татьяны Александровны, когда до неё тоже дойдёт эта информация, — потёрла ладошки Лена. — Всё сделаю!

Через пятнадцать минут в моём кабинете собрались терапевты.

— Доброе утро, — начал я. — Во-первых, я вернулся с конференции, так что по всем вопросам снова ко мне. Надеюсь, Юля без меня справлялась хорошо. Во-вторых, с понедельника я вступаю в должность заведующего терапевтическим отделением на постоянной основе. Тамара Павловна Лаврова увольняется. Кардиолога на своё место она нашла, но девочка выйдет только в июле. А пока что пациентов отправляем, как и эти недели, в Саратов.

— Александр Александрович, помедленнее, — проговорила Елена Александровна. — Как это «на постоянной основе»?

Знал, что старая гвардия не сильно будет этому рада. Это ещё Остроуховой нет, а то та бы тоже что-то высказала.

— Вот так, — пожал я плечами. — Павел Викторович рассудил, что я хорошо справлялся эти недели, так что буду справляться и дальше.

— Поздравляю, — радостно улыбнулась Юля. — Ты и правда отлично справляешься!

— Поздравляю, — тихо произнесла Анастасия Григорьевна.

Шарфиков тоже выдавил из себя поздравления. Елена Александровна поджала губы, ничего больше не сказала.

— Так, ещё из новостей, Павел Викторович подал заявку на передвижной флюорограф, — добавил я. — Это, правда, больше для Галины Фёдоровны, которую я снова не наблюдаю. Но потом передам ей отдельно.

— Она на выезде, — заявила Елена Александровна.

— Так, завтра планирую прочитать лекцию на тему «Яды как лекарства: история токсинов в медицине», — продолжил я. — Снова приглашайте пациентов. И последнее, Тамара Павловна завтра придёт попрощаться. Надо бы организовать человеку достойные проводы, всё-таки она долго здесь проработала.

— Надо накрыть стол после твоей лекции и посидеть, — тут же загорелась Юля. — Я всё устрою!

В ней и не сомневался.

— Тогда договорились, — кивнул я. — На этом пока что всё.

Терапевты принялись расходиться. Юля уточнила ещё пару моментов и тоже ушла.

После планёрки я объездил вызовы, а затем вернулся на приём. Рутина затянула в привычном виде: пациенты, комиссии, диспансерное наблюдение.

Через час после начала приёма в кабинет зашёл знакомый пациент. Грехов Анатолий Иванович. Тот самый, кто переел свёклы и решил, что у него рак мочевого пузыря.

— Добрый день, доктор, — кивнул он мне. — Вот снова я к вам. На этот раз ничего не читал в интернете, честно!

— Это радует, — усмехнулся я. — Садитесь, рассказывайте.

От меня не укрылось, что сел Грехов с трудом. Думаю, спина.

— Поясница ужасно болит, — сразу же подтвердил мои догадки он. — На даче картошку посадил, и вот, прихватило.

— Так, боль иррадиирует? — уточнил я. — Отдаёт в ногу?

— Да, правая нога прям отнимается, — закивал Анатолий Иванович. — Прямо ужас какой-то!

Я задал ещё несколько вопросов и перешёл к осмотру. Так, болезненность паравертебральных мышц слева на уровне 4 и 5 поясничных позвонков, выраженный мышечный спазм. Пропальпировал остистые отростки, локальной болезненности по средней линии нет, что хорошо. Симптом Ласега отрицательный с обеих сторон, до семидесяти градусов поднимает ногу без боли. Симптом Вассермана тоже отрицательный. Ахилловы и коленные рефлексы живые, симметричные. Чувствительность по дерматомам сохранена, мышечная сила в нижних конечностях полная.

Несмотря на жалобу пациента на «отнимающуюся» ногу, истинной корешковой симптоматики не было. Ощущение «отнимается» давал выраженный мышечный спазм с рефлекторной защитой. Классический мышечно-тонический синдром на фоне остеохондроза поясничного отдела, обострение после физической нагрузки. Без признаков радикулопатии.

Проверил себя праной, так и есть. Влил небольшое количество, чтобы уменьшить выраженность мышечного спазма и снять отёк в паравертебральной зоне. Облегчение Грехов почувствует уже к вечеру.

— У вас обострение остеохондроза, — объявил я. — К неврологу пока не надо, я справлюсь с этим сам. Так, пять дней максимальный покой, никаких нагрузок и картошки. Мелоксикам по пятнадцать миллиграммов раз в сутки утром после еды, не больше недели, под прикрытием омепразола двадцать миллиграммов на ночь. Местно мазь с диклофенаком два-три раза в день, лёгкими движениями втирать. Мидокалм по сто пятьдесят миллиграммов один раз в день, чтобы снять спазм. Больничный нужен?

— Нет-нет, — покачал головой Грехов. — Спасибо вам, доктор. Второй раз к вам попадаю и убеждаюсь, какой же вы хороший врач.

Я записал его к себе на повторный приём, выдал лист с рекомендациями, и Грехов ушёл.

В перерыве между пациентами я отправился в отделение профилактики. В кабинете застал только Вику, Ирина Петровна куда-то ушла.

Первым делом взвесился. Так, сто пятнадцать килограмм, отлично иду!

— Поздравляю с назначением, — бодро сказала Вика. — Слухи уже дошли,