Бывает и хуже? Том 7 - Игорь Алмазов

— С понедельника только заступаю, но спасибо, — кивнул я. — Что у нас по новостям?

— Тейтельбаум вчера лекцию прочитал, сегодня никого, вы ведь не распоряжались, — ответила девушка. — Завтра вы будете?

— Да, ставь тему «Яды как лекарства: история токсинов в медицине», — кивнул я. — Завтра с утра отнесу Кречетову материалы.

— Поняла, — кивнула Вика. — Кстати, у нас уже три тысячи подписчиков в сообществе!

— И есть даже не из нашего города, — улыбнулся я. — Как раз на конференции одного фаната повстречал.

— Надо же, — удивилась Вика. — Значит, пользуемся популярностью!

Я вышел из кабинета профилактики и вновь отправился к себе в кабинет.

Снова началась вереница дел. Пациенты, заявки, графики. Пришлось разбираться с жалобой на Беляеву. Суть была в том, что пациент не смог ей дозвониться и записаться на приём. Пришлось объяснить пациенту, что запись на приём ведётся через регистратуру, а не через личный номер врача.

В пять часов Остроухова вернулась с выезда, и я позвал её к себе.

— Решили и передо мной лично похвастаться своим назначением? — с порога спросила Галина Фёдоровна.

— Нет, я по другому вопросу, — ровным тоном ответил я. — Решил вашу проблему с недообследованными пациентами.

— Я бы не назвала это своей проблемой, — хмыкнула она.

— Это ваш участок и ваши пациенты, — напомнил я. — Так что всё-таки и проблема эта именно ваша. Павел Викторович подал заявку на передвижной флюорограф. Как только нам выделят эту машину, она начнёт объезжать сёла. От вас, как от ответственной за этот участок, нужен график. Список сёл с указанием количества подлежащих обследованию пациентов, маршрут движения машины с учётом дорог и сезонности. Разумеется, список ответственных в каждом селе — фельдшер или глава деревни. Сделаете мне к понедельнику.

— Я не успею за столь малый срок это сделать! — тут же возмутилась Остроухова.

— Галина Фёдоровна, тут ничего сложного, — отрезал я. — У вас есть все данные, и фельдшеры есть. Я просто прошу собрать всё воедино.

Остроухова помолчала.

— Хорошо, к понедельнику всё будет, — выдавила она из себя. — Могу идти?

— Идите, — кивнул я.

Ещё один терапевт, явно недовольный моим назначением. Что ж, всем точно не угодишь. Но хотят они того или нет, порядок в отделении я буду держать. Это теперь моя прямая обязанность.

После ухода Остроуховой мне позвонила Лиля.

— Я придумала, — радостно заявила она.

— Что именно? — уточнил я.

— Ну, подарок Стасе от Гриши. Помнишь, ты просил? — усмехнулась девушка. — Так вот, Стася уже давно мечтает заняться керамикой. И я узнала, что в Саратове на улице Чапаева есть студия «Глина и руки», у них есть сертификаты на индивидуальный мастер-класс, на четыре занятия и на восемь. Я думаю, что Грише стоит брать на четыре. Она и походит с удовольствием, и не устанет ездить.

— Отличная идея, — похвалил я. — Спасибо тебе.

— Я уже посмотрела на сайте, у них отличные отзывы, — добавила Лиля. — Там девушка из питерского художественного, переехала с мужем в Саратов и открыла свою мастерскую. Студия не дешёвая, но и не задирающая цены. Если хочешь, я скину Грише ссылку прямо сейчас?

— Да, скинь, если не сложно, — ответил я. — А то я на работе, дел много.

— Поняла, всё будет, — Лиля положила трубку.

Хоть одной проблемой меньше. Правда, эту проблему мне навязал сам Гриша, но я был рад, что она решилась.

После приёма ко мне заглянул Савинов.

— Чувак, тебя уже можно поздравлять? — поинтересовался он.

Слухи по этой поликлинике распространяются быстрее, чем вирус кори!

— Назначение только с понедельника, — в который раз за сегодня повторил я.

— Ну да, но всё уже же решено, — махнул рукой Антон. — А у меня новости, между прочим. Ак Барс в финал вышел!

Передать не могу, насколько мне было на это всё равно. Но расстраивать Савинова не стану.

— Прекрасно, — ответил я. — Они заслужили.

Хотя понятия не имел, заслужили они или нет. Но Савинов просиял.

— А то ж, — закивал он. — Ну в общем, я рад за тебя, Саня! Ты будешь самым клёвым заведующим. Слушай, может, пойдём отметим?

— Сегодня точно никак, — покачал я головой. — Я только вернулся, работы много.

— Ну ладно, — грустно протянул Ярик. — Слушай, ну хоть с трусами мне поможешь?

Ёлки-иголки, голова сейчас точно кругом пойдёт!

— С какими ещё трусами? — вздохнул я. — Ты пьяный?

— Да нет, — махнул он головой. — Тут дело такое. Мне Маринка подарила трусы новые. С котиками. И она явно обидится, если я их носить не буду. А у меня от них жуткая аллергия, чешется всё! Подскажи, что делать!

Ох, ну и за что мне всё это?

— Слушай, если это правда от трусов — лучший вариант их не носить, — честно ответил я. — У тебя Марина умная женщина, спокойно объясни ей, что это аллергия.

— Да не получится там спокойно, — вздохнул Савинов. — Я сначала эти трусы так высмеял… Сказал, что в жизни такое носить никто не станет. А выяснилось, что это мне. Ну, я извиняться стал, все дела. Так она мне не поверит теперь, если скажу про аллергию. Ну помоги, может, таблетки есть какие?

Нет, ну правда. За что?

— Я напишу тебе таблетки от аллергии, — кивнул я. — Но повторяю, от аллергена надо избавиться. Так что поговори с ней, иначе так и будешь мучиться.

Написал ему на листке антигистаминный препарат, и радостный Савинов убежал. И почти сразу мне позвонил Даниил Щербаков.

— Привет, — взял я трубку. — Только сегодня о тебе вспоминал.

— Привет, Сань, — торопливо ответил он. — Не представляешь, что я узнал про Коршунову…

Начало интригует!

Глава 20

Я уже думал, что этот план в принципе не сработает. Но нет, Щербаков всё-таки что-то раскопал.

— И что ты узнал? — поинтересовался я.

— Сань, ты не поверишь, — затараторил Щербаков. — Я сидел и копался в открытых базах, по препарату Витавиан. Кто производитель, кто разработчик, кто в патентах. И вылез интересный человек. Коршунов Артём Викторович, тысяча девятьсот девяносто первого года рождения. Кандидат биологических наук. Числится научным руководителем разработки.

— Подожди, — я нахмурился. — Это что, родственник?

— Сын, Саня, — торжественно ответил Даниил. — Родной сын Светланы Аркадьевны Коршуновой.

Оу! Вот теперь всё становится понятно.

— Ты точно в этом уверен? — уточнил я.

— Абсолютно, — ответил Даниил. — Всё проверил: по адресам, выпискам, соцсетям. У него самого там пусто, но Коршунова выкладывала фотки лет десять назад. С подписью «мой Артёмушка защитил кандидатскую». Так что всё сходится.

— А что за кандидатская у Артёмушки? — усмехнулся я.

— Вот тут начинается самое интересное! — довольно воскликнул Щербаков. — Тема диссертации была по фитоадаптогенам. Защищался в Москве, в институте, в котором ни